Глава 35. Я освещу этот мир своими собственными глазами!
— Хидан, ты еще помнишь свой путь ниндзя? — Взгляд Учихи Ци внезапно стал острым, словно бритва, когда он вперился в стоящего перед ним сопливого мальчишку.
Под тяжестью этого искреннего, обжигающего взгляда Хидан невольно отвел глаза, неуверенно пробормотав:
— Мой путь ниндзя...
— Именно! Твой путь! — Ци хищно усмехнулся. — Тот самый путь, о котором ты вопил, задрав нос к небу и гордо тыча в себя большим пальцем! Ты кричал на всю округу, что ты, оборванец, у которого нет за душой ни гроша, станешь Юхокаге! Что ты положишь конец хаосу в Стране Горячих Источников, вышвырнешь отсюда всех шиноби до единого и станешь следующим Полубогом! Неужели мне нужно напоминать тебе твои же собственные слова? — насмешливо бросил Учиха, глядя мальчишке прямо в душу.
— Э-это... это были просто... — На лице Хидана отразилась болезненная неловкость, он запнулся, пытаясь подобрать слова, но ледяной тон собеседника безжалостно оборвал его жалкие оправдания:
— Просто пустая болтовня? Детские сказки? Ложь?! Хочешь сказать, что реальный мир оказался куда более жестоким, чем ты себе фантазировал?
Ци грубо схватил Хидана за грудки, вздернув вверх. В его алых глазах угрожающе завращались томоэ.
— Не будь идиотом! Если ты отвергнешь собственное сердце, растопчешь свою волю и предашь свои мечты лишь ради того, чтобы покорно склониться перед жестокой реальностью... Если ты набьешь свою пустую башку иллюзиями и сам, добровольно, потащишься на эшафот, виляя хвостом перед теми, кто сильнее Югакуре... Скажи мне, чем тогда твоя жалкая жизнь будет отличаться от смерти?!
— Погоди, я... — Хидан поперхнулся воздухом, отчаянно пытаясь найти оправдание, выдумать хоть какую-то благовидную причину своему падению.
Ему до дрожи хотелось убедить Учиху Ци — и, прежде всего, самого себя — в том, что его выбор был правильным. Что у него просто не было иного выхода. Но слова застряли в горле. В глубине души мальчишка прекрасно понимал: все эти догмы Джашинизма, их фанатичная жажда крови и философия «убей их всех» — это не спасение, а лишь медленный, мучительный яд, которым он пытался утолить свою жажду.
— Хидан! — тяжело выдохнул Ци, и его голос зазвучал глухо, словно раскаты далекого грома. — Ты — сильный человек. В тебе есть сталь, раз ты готов пойти на смерть и принести себя в жертву ради милости этого жалкого божка! Но я скажу тебе правду: все это — лишь трусливый побег от реальности!
Каждое слово било наотмашь, словно кузнечный молот, вдребезги разбивая те хрупкие защитные барьеры, что Хидан воздвиг в своей душе. Учиха сорвал сладкую глазурь с прогнившего учения Джашинизма, обнажив смердящую, тошнотворную гниль, таящуюся внутри. И это заставило мальчишку, наконец, взглянуть правде в глаза.
Лицо Хидана пошло красными пятнами, на лбу вздулись вены. Он в бешенстве вцепился в руку Ци, все еще сжимавшую его воротник, отчаянно пытаясь оторвать ее от себя. Но где уж ему было тягаться в силе с настоящим, пусть и новоиспеченным, генином.
— Хватит! Слышишь, Учиха Ци, с меня хватит! — задыхаясь от ярости и бессилия, сорвался на крик Хидан, а его лицо побагровело от натуги. — Пошел ты к дьяволу! Мне не сдалась твоя жалость! И твои нравоучения мне тоже даром не нужны! За последние десять лет в Стране Горячих Источников я наслушался этого дерьма сполна! Да что ты вообще можешь знать о моей боли?! О том дерьме, в котором я варюсь?! Настоящий шиноби из Великой Страны, мать твою! Тебя самого не тошнит от твоей высокомерной, самодовольной рожи?!
Но, глядя на бьющегося в истерике подростка, Учиха Ци лишь рассмеялся.
— Вот как? — Его лицо исказила пугающая, почти демоническая гримаса, когда он с силой швырнул Хидана на землю. Сейчас он походил на безжалостного злодея из страшных сказок, с садистским удовольствием втаптывающего в грязь наивные мечты юного героя. — А теперь слушай сюда, паршивец! — злобно прорычал Ци, и в его глазах вспыхнул опасный, хищный блеск. — Я не читаю тебе мораль! Я наглядно доказываю тебе, что мой путь ниндзя в тысячу раз превосходит твой жалкий лепет!
Ци выпрямился, оставив тяжело дышащего мальчишку на земле, и устремил глубокий, задумчивый взгляд на бледный диск полной луны, висящий в бескрайнем ночном небе.
— Хидан, — заговорил он после недолгой паузы, и в его надменном голосе сквозило ледяное безразличие. — Твоя ненаглядная Страна Горячих Источников — это лишь крошечная песчинка на карте огромного мира шиноби. Твои великие цели — это всего лишь мелкая, ничего не значащая ступенька на моем пути. То, что я так или иначе сделаю, даже не задумываясь. А вот мой путь ниндзя...
В следующее мгновение он широко распахнул глаза, позволив кроваво-алому свету Шарингана прорезать ночной мрак. Его голос зазвучал холодно, без малейшего намека на эмоции, но в нем таилась несокрушимая сталь:
— Мой путь — это уничтожить Пять Великих Стран, стереть их границы и объединить весь этот гнилой мир шиноби железной рукой. Я положу конец бесконечным войнам, что пожирают нас со времен эпохи Воюющих Провинций! Я принесу в этот мир абсолютный, вечный покой! И я сделаю это, даже если мне придется пройти через ад и саму смерть. Я освещу этот мир своими собственными глазами!
Как только стихли его слова, на поляну опустилась звенящая, почти осязаемая тишина. Ошеломленный Хидан, замершая девушка с каштаново-красными волосами и даже Шинно, который все это время безмолвно сидел в тени, слившись с мраком, — все они не сводили глаз с возвышающейся фигуры Учихи Ци. В их взглядах читалось непередаваемое потрясение; казалось, безумная, грандиозная клятва юноши задела какие-то глубокие, потаенные струны в душе каждого из них.
— Ци... ты... — Хидан нервно сглотнул, не в силах оторвать округлившихся от шока глаз от собеседника.
Но не успел он договорить, как девушка с каштаново-красными волосами медленно поднялась с поваленного бревна. Она окинула юношу спокойным, оценивающим взглядом, словно перед ней стоял абсолютно невменяемый безумец, и холодно спросила:
— И как же ты собираешься осуществить свой грандиозный путь ниндзя? Какое право ты имеешь давать подобные клятвы? Откуда в тебе столько наглости, чтобы замахиваться на то, чего не смог достичь никто в истории? Против тебя выступят Пять Великих Стран! Весь мир шиноби! Сарутоби Хирузен, которого называют сильнейшим Хокаге; Третий Райкаге Эй, чьи копье и щит не знают равных; Третий Цучикаге Ооноки, превзошедший Кеккей Генкай и постигший Кеккей Тота! Саннины, Полубог, чудовищные Хвостатые звери и их джинчуурики! Столько легендарных шиноби, чьи имена вселяют ужас, не осмелились бы произнести такую чушь! Так скажи мне... кто ты такой, чтобы нести этот бред?!
Слова девушки падали тяжело, словно камни. Ее резкий упрек был подобен острому клинку, безжалостно приставленному к горлу Учихи Ци, не оставляя ему ни единого шанса уйти от ответа. Впрочем, Ци и не собирался уклоняться. Как тот самый герой, ниспосланный небесами, он с самого начала знал свое предназначение. Поэтому, не колеблясь ни секунды, он ответил с непоколебимой, каменной решимостью:
— Слова ничего не значат. Важны лишь поступки! И готовность встретить опасность лицом к лицу! — Его глаза сверкнули в темноте. — Никто не рождается на вершине мира. Любая, даже самая невыполнимая задача начинается с одного-единственного шага. — Затем он перевел спокойный взгляд на потрясенного Хидана. — Хидан, на самом деле мы с тобой не так уж сильно отличаемся. Если бросить на чашу весов весь мир шиноби, то всё, что у меня есть — это моя ничтожная, ничего не стоящая жизнь. Но мне достаточно знать, что мои ноги уже ступили на этот путь. И если я буду идти вперед, не сворачивая, моя спина неизбежно привлечет взгляды тысяч последователей. И даже если я рухну замертво на этой дороге... позади меня восстанут миллионы таких же, как я, и продолжат мой бой!
Голос Ци окреп, наполнившись фанатичной убежденностью. Он не отводил взгляда, словно бросая вызов самой судьбе.
— В конце концов, эта безумная мечта станет явью! И свой первый шаг я уже сделал. А сейчас... пришло время для второго. — Он обвел рукой темный лес. — Я начну отсюда. Со Страны Горячих Источников! Я лично выжгу этот хаос дотла и принесу на эти пропитанные кровью земли истинный мир!
Бум... Бум... Бум...
[Вы приняли новое задание — Лично положить конец Хаосу в Югакуре.]