Глава 282
Убрав двадцать пять сендзюцу-печатей подавления, Генма сложил пальцы в печати и мгновенно переместился в потайную комнату.
Там, сидя на полу, медитировала Шизуне. Потоки алой звездной энергии исходили из черного металлического купола перед ней и, словно реки, впадающие в море, вливались в её тело.
На данном этапе тренировок тело Генмы уже насытилось звездной чакрой до предела, поэтому он передал Звезду в пользование Шизуне.
Хотя он достиг пика в освоении этой силы, превзойдя даже Первого Хошикаге, сам артефакт истощился не слишком сильно. С момента падения метеорита прошло двести лет, и, несмотря на постоянное поглощение энергии, он всё еще обладал колоссальной мощью. Даже та часть, что представляла собой красную чакру, была огромна — одному человеку её не исчерпать.
По оценкам Генмы, в Звезде оставалось еще около семидесяти процентов красной чакры. Учитывая, что объем чакры Шизуне составлял лишь треть от его собственного, этого было более чем достаточно для её тренировок.
Спустя некоторое время звездная печать догорела, обратившись в пепел. Шизуне выдохнула, завершая медитацию.
Генма тут же подскочил к ней, обнял и поцеловал, попутно позволив рукам некоторые вольности, от которых атмосфера в комнате мгновенно накалилась.
Шизуне шутливо ударила его кулачком, её щеки залил румянец.
— Мы еще ни разу не пробовали это здесь, в тайной комнате. Думаю, ощущения будут незабываемыми, — улыбнулся Генма.
Шизуне надула губки: — Ох, какой же ты пошлый.
Генма, полный энтузиазма, активировал технику Летящего Бога Грома. Он исчез и тут же появился снова.
Поскольку он специально отделил чакру от своей одежды, в момент телепортации вещи просто опали на пол. Это было его новейшее изобретение в области ниндзюцу — Летящий Бог Грома: Техника Мгновенного Раздевания.
Конечно, вряд ли он был первопроходцем в этом деле. Насчет Второго Хокаге уверенности не было, но Четвертый, у которого была жена, наверняка додумался до чего-то подобного.
Далее последовал процесс, который лучше всего описать как бурю страсти и нежности...
Декабрь 54 года.
В одном из конференц-залов здания Анбу собралась верхушка организации во главе с Генмой и пятью его заместителями.
Прозрение под древом Бодхи не только стремительно увеличило силу Генмы, но и подняло его авторитет на недосягаемую высоту. В глазах многих шиноби Конохи он стал новой версией Первого Хокаге, или, скорее, гибридом Хаширамы и Тобирамы — лидером, избранным самой судьбой.
Теперь в Анбу практически не звучало голосов против него, и реформы шли гладко.
За уходящий год все отделы и должности, которые Генма счел лишними, были упразднены, сокращены или объединены. Те же, что он считал важными, наоборот, создавались и расширялись. Механизмы отбора, управления и надзора были модернизированы.
Более эффективный и мощный Анбу начал показывать свои зубы.
Разумеется, большая часть собрания была посвящена обсуждению дальнейших реформ и дежурным дифирамбам в адрес командующего.
Когда дело дошло до кадровых перестановок, обсуждение шло спокойно: кого-то повышали, кого-то переводили.
Взял слово Джубей: — ...Технологический отдел создан недавно, и нам нужно больше специалистов для его развития. Я выдвигаю кандидатуру заместителя капитана отряда в Стране Рисовых Полей, Тошизо, на пост заместителя главы Технологического отдела. Также предлагаю разрешить генинам и лицам, не являющимся шиноби, вступать в наш отдел...
Джубей, возглавлявший ныне Технологический отдел, закончил свою речь.
Канемаки тут же обратился к Генме: — Командующий, я курирую разведывательную работу в Стране Рисовых Полей и хорошо знаю ситуацию там. Я считаю назначение Тошизо нецелесообразным.
Генма слегка нахмурился: — Почему? Насколько мне известно, Тошизо обладает обширными знаниями, владеет ирьёниндзюцу и отлично разбирается в технологиях. Говорят, по уровню эрудиции он близок к Орочимару тех времен.
При упоминании имени Орочимару лицо Канемаки на мгновение дрогнуло, но он быстро взял себя в руки.
— Командующий, Тошизо действительно способен, но у него тяжелый характер, — произнес он. — Он нелюдим и склонен распространять дискриминационные высказывания, подрывающие единство Конохи. Именно из-за многочисленных жалоб его и перевели подальше от деревни. Возвращение может вызвать проблемы.
Под дискриминационными высказываниями обычно подразумевалась неприязнь к клану Учиха. Хотя раскол между Учиха и деревней был очевиден, и в частных беседах многие разделяли подобные взгляды, публичное их выражение всё еще считалось нежелательным.
Генма помолчал, затем кивнул: — Хорошо, вопрос с Тошизо пока отложим.
Он посмотрел на Канемаки: — Насчет второго предложения Джубея у тебя возражений нет?
— Эм... — Канемаки на секунду замялся, затем опустил голову. — Я полностью поддерживаю ваше решение.
— Отлично, — кивнул Генма.
Спустя несколько дней, ночь.
Генма появился в Стране Рисовых Полей, неподалеку от секретной базы отряда Анбу Конохи.
Обычно такие базы защищены сенсорными барьерами, а на важных объектах выставлена охрана, но для Генмы всё это не было препятствием.
Он с легкостью проник внутрь и, словно зная дорогу, проскользнул в скромно обставленную спальню.
На кровати спал, тихо похрапывая, тощий мужчина в очках.
Это был Тошизо, заместитель капитана местного отряда. Выходец из Корня, ирьёнин и редкий знаток технологий.
Генма давно наблюдал за ним. Бывший член Корня, разбирающийся в науке, находящийся в Стране Рисовых Полей, да еще и со странным характером — трудно было не связать его с Орочимару.
На недавнем собрании Джубей выдвинул кандидатуру Тошизо именно по тайному приказу Генмы. Целью было проверить реакцию Канемаки.
Проверка удалась: Канемаки повел себя странно, его нервозность и поспешный отказ выдали его с головой.
Генма решил лично во всем разобраться и, возможно, найти логово Орочимару. Если удастся его обнаружить, он не прочь прикончить Змея, а заодно провести чистку в рядах Анбу.