Глава 111. Цунаде Погребённая любовь
Вернувшись в Коноху, Цунаде чувствовала лишь нарастающее раздражение. Она родилась здесь, выросла, знала каждый переулок и каждую трещину на мостовой. Коноха была её домом.
Но этот дом...
Много лет назад на поле боя она спасла умирающего шиноби Листа. Жизнь в нём теплилась, как пламя свечи на ветру, готовое погаснуть от любого вздоха. Именно тогда Цунаде впервые осознала: какими бы великими ни были навыки медика, пациенту прежде всего нужно воля к жизни.
Она спросила того ниндзя, что помогло ему продержаться. Ответом стала фотография: мужчина, женщина и пухлый карапуз. Его семья. Дом там, где твои близкие.
Её дом был в Конохе. Но её близкие...
Их не осталось. Родные, возлюбленный, соклановцы — все исчезли. Из-за войны. Из-за... Конохи.
Цунаде шла в сторону игорного дома. Она не хотела возвращаться в родовое поместье, потому что боялась... боялась этой дороги, ведущей из шумного казино в мёртвую, пустую тишину огромного особняка.
Ей нужно было забыться. Казино подходило идеально — Цунаде обожала тот азартный трепет, что предшествует поражению.
Но отвлечься можно было не только игрой. Например... на ту подозрительную фигуру, что следовала за ней с самых ворот деревни.
Цунаде свернула в узкий переулок и остановилась. До казино оставалась всего одна улица.
— Хочешь автограф или ищешь смерти? Выходи быстрее. Я тороплюсь.
Голос Цунаде звучал пугающе холодно. В Конохе на подобную слежку решались только два типа людей. Первым она давала росчерк на бумаге, вторым — кулаком в челюсть.
— Цунаде-сама... — Из тени вышла женщина-ниндзя в маске Анбу. Выбор преследователя был мудрым: Сарутоби явно опасался, что Саннин сорвётся на мужчине. — Третий Хокаге просит вас зайти.
— Нет.
Ответ был резким, как удар хлыста. Цунаде развернулась, не выказывая ни малейшего желания продолжать разговор.
— Передай старику: когда он подохнет, я принесу на его могилу цветок.
*
В Кабинете Хокаге.
Хирузен Сарутоби с неловким видом отключил хрустальный шар. Он взглянул на своего ученика, стоявшего напротив.
Орочимару смотрел на него с едва заметной, ехидной ухмылкой, отчего старику стало совсем не по себе.
— Она всё ещё в таком состоянии?.. С вами она ведёт себя так же?
— Да, — кивнул Орочимару. — Смерть Дана и Наваки... это стало для неё слишком тяжёлым ударом. Вы же знаете.
При упоминании Наваки взгляд Орочимару на мгновение потяжелел. Но странное дело: когда он вернулся в Коноху и снова услышал это имя, в его памяти всплыло лицо совсем другого ребёнка...
Как же его звали? Ах да, Хидэки. Интересно, во что превратился этот маленький росток?
Сцены того дня до сих пор стояли перед глазами. Два сопляка, даже не окончившие первый класс академии, умудрились отправить действующего генина на больничную койку. Забавно...
— Так продолжаться не может, — пробормотал Сарутоби, поглаживая козлиную бородку. Он достал стопку папок и протянул их Орочимару.
Тот принял документы, но не спешил открывать.
— Учитель, разве нам не стоит сначала обсудить ситуацию на фронте Скрытого Песка?
— Песок сейчас не представляет серьёзной угрозы, обсудим это на общем совете, — отмахнулся Хирузен. — Куда больше головной боли мне доставляют эти трое. Взгляни.
Орочимару подчинился. В его глазах не было ни капли недовольства — терпения ему было не занимать.
Он открыл первую папку. С фотографии на него смотрел юный Учиха. Орочимару он показался знакомым... точно, тот сорванец.
«Уже чунин?..» — мысленно отметил он с лёгким удивлением. Мальчишка был совсем мал.
Впрочем, когда он открыл вторую папку, удивление сменилось пониманием.
«Сын Сакумо...»
Об этом ребёнке он слышал: невероятный талант, которым не переставал хвастаться сам Белый Клык.
Орочимару перевёл взгляд на третью папку. Ему стало любопытно. Неужели тот паренёк из обычной семьи тоже попал в эту команду?.. Хм.
Змеиные зрачки Орочимару сузились от изумления. Это действительно был тот самый мальчик, и он — командир этого элитного звена! Но что самое странное...
В графе «Специализация» свежими чернилами было вписано: «Медицинский ниндзя». Что за чепуха?
— Ну, что скажешь? Хороши, верно? Есть кто-нибудь на примете? — с гордостью спросил Хирузен, словно сам лично вырастил этих гениев.
— Весьма... перспективные дети, — голос Орочимару прозвучал несколько странно, пока он сверлил взглядом третью папку. — Но разве они не ученики Минато? Что вы задумали?
— Задания Минато в последнее время стали слишком опасными, — вздохнул Сарутоби. — Эти дети талантливы, но они ещё не готовы к миссиям ранга A и выше. В нынешней ситуации даже ранг B может обернуться смертельным риском. Посмотри вот это.
Хокаге развернул свиток. В нём содержался отчёт о расследовании последней «миссии ранга B» Седьмой команды.
Восемь погибших шиноби Листа, включая первый отряд. Тела изуродованы до неузнаваемости. А рядом — более двадцати трупов шиноби Камня и Облака. И все они, без исключения, превратились в обугленные головешки.
— Это!..
Орочимару просмотрел свиток, и в его змеиных глазах вспыхнул неподдельный интерес, который он уже не мог скрыть.
Да, он мог оставаться невозмутимым, когда учитель вскользь упоминал его собственные военные заслуги за последние два года. Но эти цифры... эта статистика заставила его кровь быстрее бежать по жилам!
Трупы шиноби Облака и Камня — сплошной уголь... Обыватель бы решил, что поработала мощная Стихия Огня. Но Орочимару-то знал. Он видел «ту самую технику» этого мальчишки.
«Значит, ты всё-таки нашёл способ...» — прошептал он про себя.
Прежде чем он успел что-то добавить, Сарутоби заговорил снова:
— Я планирую, чтобы каждый из вас троих взял по одному ученику. Это освободит руки Минато для выполнения критически важных задач.
Старик сделал паузу и хитро прищурился:
— Тот мальчик, Хидэки... он лидер команды и способный медик. Орочимару, Цунаде не желает меня слушать... Может, ты попробуешь с ней поговорить?
Орочимару на мгновение задумался. В его голове за доли секунды пронеслись сотни сценариев и планов.
Но его ответ, как и всегда, не разочаровал Третьего Хокаге.
— ...Я попробую.