Глава 91 - Данзо: «Кто ты такой?»
В глухом, мрачном лесу не умолкали звон металла, глухие стоны и тяжелые звуки падающих тел.
Лишь когда улеглась последняя туча пыли, вокруг снова воцарилась гробовая тишина.
Это была запретная зона Конохи. Сюда категорически запрещалось входить как простым горожанам, так и рядовым шиноби деревни — территория находилась под полным контролем оперативников «Корня». Из-за глубокой изолиренности этого места даже грохот жестокого боя не вызвал никакой реакции в самой деревне. А если кто-то из чутких ниндзя поблизости и заподозрил неладное, жуткая слава Данзо Шимуры и его псов отбивала любое желание сунуть сюда нос без прямого приказа руководства.
Сейчас на поляне, истыканной кунаями и сюрикенами, среди гор израненных трупов стоял Хагоромо Гэнгецу.
Одной рукой он держал за горло последнего оперативника, приподняв его так, чтобы их глаза оказались на одном уровне. Темные зрачки Гэнгецу стремительно закружились, словно складываемые знаки рук. Прошла минута. Почерпнув из разума пленника всю необходимую информацию, Хагоромо Гэнгецу брезгливо разжал пальцы.
Хлюп!
Падая, оперативник затылком наскочил на торчащее из земли острие сюрикена. Его взгляд тут же остекленел.
Отряд, отправленный перехватить людей, связанных с Цанцзе и Тобитаке Тонбо, был уничтожен в полном составе.
Не задерживаясь ни на секунду, Хагоромо Гэнгецу растворился в воздухе, устремившись к срисованным из чужой памяти координатам подземной базы.
Спустя десять минут он остановился. Обычный с виду участок леса, ничем не отличающийся от окружающих депрессивных чащоб. Однако именно здесь, прямо под ногами, находилась цитадель «Корня» — место, от одного упоминания которого вздрагивали шиноби от Конохи до самых окраин мира.
Сверившись с полученными данными, Хагоромо Гэнгецу с молниеносной скоростью сплел серию печатей. Бесшумно распался невидимый барьер. В десяти метрах впереди, где только что густел кустарник, проступила наклонная железобетонная плита со стальным люком. В официальных документах это место стыдливо именовалось «Учебно-тренировочным отделом АНБУ».
Бум!
Хагоромо Гэнгецу не собирался вежливо стучать. Мощным ударом кулака он вышиб тяжелую стальную дверь вовнутрь и шагнул в темный провал.
— Кто здесь?! Наглец!
— Дерзость!
Двое дежурных ниндзя «Корня», отвечавших за регистрацию входивших и выходивших, с немым шоком уставились на развороченный в дребезги главный вход. За последние тридцать лет ни один человек в мире не смел поступить так с их обителью.
Но стоит ли задавать вопросы, когда чужак без тени страха, открыто печатая шаги, вступает в святая святых? Лица часовых под масками заледенели. Выхватив клинки, они сгустками чистой убийственной ярости метнулись напролом, намереваясь мгновенно уничтожить дерзкого нарушителя.
В следующую секунду…
Бах! Бах!
Оба тела, словно выпущенные из пушек снаряды, отлетели назад и с оглушительным треском впечатались в каменные стены. Из-под их масок хлынула темная кровь. Легкие обоих превратились в кашу — они едва ли проживут еще пару минут.
Топ... Топ... Топ...
Тяжелые, размеренные шаги эхом разносились по сырым, ледяным коридорам подземного комплекса.
— Наглец? Дерзость? — Хагоромо Гэнгецу неторопливо вышел из тени, окидывая взглядом пришедшую в полную боевую готовность базу. Его голос прозвучал спокойно, будто он зачитывал окончательный приговор: — С сегодняшнего дня организация «Корень» навсегда исчезает из мира шиноби.
Гу-гу-гу-гу!
По всем подземным ярусам завыла оглушительная сирена тревоги.
В тайном кабинете Данзо Шимура слушал, как наверху гремят взрывы и рушатся перекрытия. Шум приближался с устрашающей скоростью. И без того мрачное, испещренное глубокими морщинами лицо старого интригана стянула судорога гнева.
В кабинет вбежал запыхавшийся оперативник:
— Данзо-сама! Неизвестный прорвал внешний периметр и уничтожает базу!
— Один человек? — Данзо прищурил единственный открытый глаз, почувствовав неладное. — Кто он?
— По предварительному сличению внешности… это Цанцзе.
— Исключено! — отрезал Данзо, мгновенно отвергая нелепую чушь. Не мог незаметный ничем не примечательный ниндзя-медик Цанцзе обладать такой чудовищной силой. — Раскрыл себя и вместо того, чтобы бежать сломя голову, решил завалиться к нам на порог? Наглости ему не занимать!
В голосе главы «Корня» звенел лютый мороз. За долгие десятилетия он впервые видел кого-то, кто настолько откровенно ни во что не ставил его организацию.
— Собрать всех свободных людей! — Данзо тяжело ударил тростью о каменный пол. — Вперед. Лично очистим базу от этой мразей!
Он хотел собственными глазами увидеть того, кто возомнил себя бессмертным.
— Данзо-сама, стоит ли доложить о нападении руководству деревни? — поинтересовался стоявший подле него Абураме Торуне, один из верных телохранителей.
— Нет! — мгновенно чеканил Данзо.
Верхушка Конохи закрывала глаза на существование «Корня» лишь потому, что тот оставался верным, разящим наповал мечом в руках деревни. Если в один день выяснится, что этот меч затупился и не способен защитить даже собственный дом, «Корень» потеряет право на существование. Поэтому нельзя привлекать внимание Совета. Напротив, инцидент требуется замять в кратчайшие сроки. А для этого нужно лишь одно — быстро и безжалостно уничтожить безумного визитера.
Тяжело опираясь на трость, Данзо Шимура шагнул во главу отряда. В сопровождении Абураме Торуне и оставшихся оперативников он спешно направился к эпицентру прорыва.
Свист! Свист! Свист!
Из каждого темного угла, из незаметных бойниц на Гэнгецу градом посыпался смертоносный металл. Хагоромо Гэнгецу даже не повел бровью. Он лишь вскинул ладонь — и поднявшийся штормовой вихрь сдул тучу сюрикенов, словно сухую листву.
Вдруг сквозь бушующий поток воздуха прорезался ослепительный, бритвенно-острый луч.
Гэнгецу чуть повернул голову. Один из оперативников, обернув кунай чакрой ветра, пробил его защиту и с бешеной скоростью метил прямо в горло.
Хагоромо Гэнгецу просто выставил вперед указательный палец.
Дзинь!
Почерневший, словно из кованого железа, палец встретил несущееся острие.
Отдача от столкновения оказалась столь колоссальной, что рука шиноби «Корня» подломилась в локте и с невероятной силой пошла назад.
Хрясь!
Его собственный, насыщенный чакрой кунай с маху вошел ему же в грудную клетку, пробивая сердце.
С немым изумлением на лице оперативник рухнул на колени и замер. Гэнгецу прошел мимо, на лету подхватив выпадающее из ослабевших пальцев оружие. Тотчас же по лезвию куная побежали лазурные всполохи ветряной чакры. Шаг — и Гэнгецу с молниеносной скоростью сменил позицию, оказавшись в самом центре подбегающего отряда врагов.
Кровавые цветы распускались один за другим.
Сердце. Горло. Глазница. Затылок…
Простые, лишенные артистизма, но смертоносные выпады превратили опытных убииц в беспомощные мишени. Как бы они ни пытались уклоняться или контратаковать, их глаза тускнели, а тела со снопом брызг валились на камни. Кровь ручьями стекала по наклонному полу, сливаясь в единую алую дорожку, которая вела Хагоромо Гэнгецу все глубже в недра подземного комплекса.
Прошагав по трупам двух десятков оперативников, Гэнгецу вышел на край огромного подземного колодца, через который переливались железные мостки.
Он уже поднял руку, намереваясь придавить, словно назойливую муху, затаившегося на потолке ниндзя, как вдруг…
— Стихия Ветра: Вакуумные Пули!
Высокосжатый комок воздуха, уподобившись свинцовой пуле, вылетел из темноты.
Гэнгецу совершил простое движение: перехватил снаряд в воздухе и сжал кулак. Вакуумная сфера лопнула безвредным хлопком.
Он перевел взгляд на источник атаки.
На противоположной стороне подвесного моста стоял Данзо Шимура. За его спиной плотной стеной выстроились элитные бойцы «Корня». Единственный глаз старика был полон ледяной ненависти, жажды убийства и еле скрываемого, болезненного изумления.
Заметив, что враг остановился, Данзо глухо ударил тростью о стальной настил и со всей суровостью спросил:
— Кто ты такой?