Глава 278 - Явление предков-Хокаге и встреча легендарной Троицы
Шур-шур...
Из широкого рукава Орочимару выскользнула молочно-белая змея. Упав на пол, она прямо на глазах начала стремительно раздуваться в размерах.
Затем ее пасть широко распахнулась, и на исчерченный рунами пол один за другим вывалились четыре Белых Зецу, покрытых липкой, тошнотворной слизью.
Орочимару ловко ввёл в каждый сосуд концентрированные клетки Сенджу Хаширамы, разложил подготовленные образцы ДНК четырёх Хокаге и, убедившись, что всё готово, стремительно сложил серии печатей:
— Техника Призыва: Нечестивое Воскрешение!
Шуршание!
Вихрь серой бумаги поднялся в воздух. На глазах у замерших Цунаде, Джирайи и Шизуне тысячи плоских пепельных листов облепили тела Белых Зецу, полностью скрывая их под плотным покровным коконом.
Пространство едва заметно исказилось.
Бумажные хлопья рассыпались в пыль, а вместе с ними исчезли и подставные тела.
Вместо них в кабинете стояли четверо великих шиноби:
Сенджу Хаширама — Первый Хокаге в алых доспехах, с длинными тёмными волосами и проницательным взглядом;
Сенджу Тобирама — Второй Хокаге в синих доспехах, с серебристой шевелюрой и суровыми ало-красными глазами;
Сарутоби Хирузен — Третий Хокаге в черном боевом облачении и традиционном шлеме шиноби, чей лик хранил отпечаток глубокой старости;
И, наконец, Минато Намиказе — Четвёртый Хокаге, чья душа совсем недавно покинула залу Гедо Мазо.
— Все четыре прошлых Хокаге… явились одновременно! — прошептала Шизуне, прикрыв рот ладонью и не веря собственным глазам.
Хотя они ожидали этого момента, реальность превосходила самые смелые фантазии. Не только Шизуне, но даже Джирайя и Цунаде на мгновение потеряли дар речи, затаив дыхание.
— Снова в мире живых? — раздался в тишине кабинета спокойный, собранный голос Сенджу Тобирамы.
Второй Хокаге окинул взглядом знакомую обстановку, и в его глазах блеснула острая мысль. Он заговорил первым.
Рядом с ним Сенджу Хаширама, которому уже дважды «выпадала честь» быть призванным с помощью Нечестивого Воскрешения, заметил стоявшего неподалёку Орочимару. В его обычно душевном голосе прозвучали досадливые нотки:
— Опять ты, парень?!
— Дедушка! — внезапно вырвалось у Цунаде.
— Э? — Первый Хокаге резко повернул голову, и его лицо мгновенно озарилось радостью: — Цуна-чан?!
— Это я!
Цунаде тяжело дышала, её глаза предательски заблестели от подступивших слёз.
Такой эмоциональной её видели крайне редко. И причиной тому была не только долгожданная встреча с любимым дедом, но и колоссальная тяжесть ответственности, даввившая на её плечи в последнее время — тяжесть, которую теперь можно было разделить с теми, кто стоял у истоков Деревни.
— Цуна-чан, надо же, как ты выросла! Ха-ха-ха! — Сенджу Хаширама задорно расхохотался. Глядя на взрослую женщину, которая в его воспоминаниях оставалась совсем крошкой, он сначала почесал затылок, а затем привычным жестом стал отмерять ладонью от пола её детский рост, сравнивая с нынешним.
Пока дед и внучка предавались радости воссоединения, заодно вовлекая в разговор погруженного в раздумья холодного Тобираму, Сарутоби Хирузен с тяжелым вздохом повернулся к Орочимару.
Заметив на себе пристальный взгляд бывшего учителя, тот лизнул губы длинным языком и адресовал усопшему старику зловещую ухмылку, после чего отступил в тень, предпочтя со стороны наблюдать за семейной идиллией.
Убедившись, что Орочимару не намеревается сковывать их волю, Сарутоби Хирузен перевёл взгляд на подошедшего Джирайю:
— Джирайя… Вот мы и снова встретились.
— Учитель Сарутоби, — глаза Жаьего Отшельника влажно блеснули.
В тот роковой день нападения на Коноху ему так и не удалось попрощаться с наставником. Кто бы мог подумать, что судьба подарит им ещё одну встречу?
Сарутоби похлопал ученика по плечу и мягко улыбнулся:
— Я-то думал, что Пятым Хокаге станешь ты. А в итоге кресло досталось Цунаде. Небось, пришлось изрядно попотеть, пока уговаривал её?
— Да уж… Если бы не… — Джирайя запнулся. В его памяти всплыло яркое, улыбающееся лицо Наруто, и выражение лица Саннина мгновенно померкло.
Сарутоби Хирузен тут же уловил эту перемену:
— Что случилось?
Джирайя лишь покачал головой. Посмотрев на Минато Намиказе, который только что окончательно уложил в голове воспоминания о произошедшем у Гедо Мазо и теперь приближался к ним, Жабий Отшельник тяжело вздохнул, не решившись заговорить при всех.
— Учитель Джирайя. Третий господин, — сдержанно произнес Минато. Хотя он был искренне рад видеть наставника и предшественника, тень пережитого ужаса легла на его лицо, и улыбка вышиблась натянутой и бледной.
— Минато!! — Джирайя крепко сжал плечо ученика, чувствуя смесь глубокой радости и жгучей вины.
— Джирайя, объясни, что происходит? Почему Орочимару находится в Конохе, да ещё и вместе с вами? — спросил Сарутоби Хирузен, кивнув Минато и вновь повернувшись к ученику.
Джирайя мазнул взглядом по стоящему в стороне Змеиному Акробату:
— История долгая, Учитель. Мир шиноби столкнулся с катастрофой, подобной которой ещё не бывало. Нам пришлось прибегнуть к силе Орочимару.
— Из-за Хагоромо Гэнгецу? — нахмурился Минато.
Джирайя удивленно вскинул брови:
— Э? Минато, откуда ты знаешь про Хагоромо Гэнгецу?
Сарутоби Хирузен уже собрался было дать пояснения, но Минато опередил его, ошеломив присутствующих новостью:
— Я видел его… Совсем недавно.
И Четвёртый Хокаге без тайн и утаек пересказал всё: и появление членов Акацки, и шиноби из Клана Учиха, и пленённых джинчурики Облака и Песка, и исполинскую статую, поглощавшую чакру Хвостатых, и то, как из его собственного тела был окончательно вырван Девятихвостый.
К этому моменту Сенджу Хаширама, допекавший Цунаде бесконечными распросами вроде: «Цуна-чан, ты правда стала Хокаге?», «Цуна-чан, Коноха ещё не обанкротилась? Сколько у нас долгов?», «Цуна-чан, ты вышла замуж? Насколько велики мои правнуки?», «Как это — до сих пор не замужем в твоём-то возрасте?!», окончательно вывел внучку из себя, и теплое семейное воссоединение прервалось.
Благодаря этому все присутствующие до конца выслушали рассказ Минато Намиказе.
Радость Цунаде от встречи с предками испарилась без остатка. Она стиснула зубы:
— Хагоромо Гэнгецу действует слишком быстро!
Прошло совсем немного времени с момента неудачной попытки захвата Наруто, а у него уже новый ход. Он не даёт ни Конохе, ни всему миру шиноби ни единой секунды на передышку.
Призванные Хокаге не знали всех деталей, но четко осознавали: все эти события напрямую связаны с Хагоромо Гэнгецу.
Сенджу Тобирама скрестил руки на груди, ничуть не удивлённый услышанным:
— Вполне ожидаемо. Как только Хагоромо Гэнгецу вырвался из-под контроля Нечестивого Воскрешения, подобный исход стал лишь вопросом времени.
Ещё во время нападения на Коноху Тобирама настоятельно просил Сарутоби расправиться с Гэнгецу. Но у Третьего тогда не хватило сил, да и все ресурсы ушли на нейтрализацию Орочимару. А когда призыв Шинигами не смог удержать Гэнгецу, Тобирама понял: этот день неизбежно настанет.
— А теперь расскажите подробности, — Тобирама сурово воззрился на Цунаде. — Вы ведь призвали нас не для того, чтобы предаваться воспоминаниям?
Цунаде коротко кивнула и пересказала всё то, о чём шла речь на Собрании Пяти Каге.
Джирайя добавил:
— Судя по словам Минато, Акацки и Клан Учиха полностью подконтрольны Гэнгецу. Бессознательные шиноби Облака и Песка — это Киллер Би и Гаара. А отсутствующая джинчурики Двухвостого либо уже доставлена в логовище, либо из неё уже выкачали чакру. Исполинская статуя — не что иное, как неполная форма Десятихвостого. Всё сбывается ровно так, как предсказывал Великий Жабий Мудрец перед смертью.
Жабий Отшельник окинул присутствующих предельно серьезным взглядом:
— Наше время действительно исходит.