Глава 219 - И тебе не стыдно перед Боссом?
Появление силуэта заставило бойцов замереть.
— Лидер?
— Босс?
Какузу и Хидан с надеждой уставились на переливающуюся семью цветами фигуру. Они не знали, почему Пейн решил выходить на связь именно сейчас, но подкрепление им точно не помешало бы.
Хидан, уверовавший в скорое спасение, задеp горло:
— Босс! Тут у нас джинчурики Пятихвостого отжимают, скорее помоги... Э?
На полуслове он замер. Вылупив глаза, он присмотрелся к проекции.
Внешность, одежда... Это был вовсе не Пейн!
Зато Дзэн и Идзуми одновременно склонили головы в глубоком почтении:
— Господин Хагоромо!
— Эй-эй! Какой ещё Хагоромо?! Разве Фантомное Тело — это не техника Босса?! Где наш главный?! — возопил Хидан, чьи надежды рухнули в бездну.
Хагоромо Гэнгецу, проецируя силу через кольцо «Ноль», снятое с тела Пейна, окинул окинул взглядом говорящую голову Хидана и с интересом произнёс:
— Бессмертие Культа Джашина... Весьма любопытный материал для анатомического исследования.
От этого холодного, исследовательного взгляда у Хидана мурашки побежали по коже:
— Эй! Ты вообще человек?! ГДЕ БОСС?! Я хочу видеть нашего мудрого Лидера!
— Он мёртв, — спокойно ответил Гэнгецу.
Хидан поперхнулся:
— ...Вот же никчёмный слизняк! Как его вообще смогли козлить?! На кой черт он был нужен?!
Тем временем Какузу, рассматривая лицо Гэнгецу, чувствовал, как из глубин памяти всплывают давние воспоминания.
— Хагоромо... Гэнгецу!
Легендарная фигура эпохи Воюющих Царств снова стояла перед ним. И, как и в прошлый раз, пропасть между ними казалась непреодолимой.
— Слышал, ты тоже застал те времена и даже сражался с Сенджу Хаширамой. Видел меня тогда? — равнодушно спросил Гэнгецу.
Какузу тяжело вздохнул:
— Лишь издали. А что до Хаширамы... Он просто пощадил меня. Иначе я бы не выжил.
Перед обычными шиноби Какузу любил раздувать щеки, рассказывая, как «выжил в битве с Первым Хокаге». Но перед тем, кто стоял наравне с Хаширамой в ту кровавую эпоху, подобные сказки выглядели бы жалким самообманом.
— По крайней мере, у тебя есть самокритика, — кивнул Гэнгецу.
Время течёт, и то, что предкам казалось дикостью, потомки возводят в абсолют. Как тот же Сэймэй — обычный кузнец, наплёвший три короба перед смертью, чьи потомки искренне поверили, будто он способен покорить мир. Какузу хотя бы ограничился скромным «выжил в бою».
Гэнгецу взглянул на едва живого Какузу и на зажатого в его руках Хана, джинчурики Пятихвостого.
— Пейн мёртв. Теперь Акацки под моим началом. Подчинение... или смерть.
Какузу опустил джинчурики на землю и спокойно произнес:
— Я выбираю подчинение.
Члены Акацки были отступниками S-ранга. Ни о какой фанатичной преданности Пейну речи никогда не шло. В своё время Какузу вошёл в организацию лишь потому, что Пейн избил его до полусмерти. Теперь, когда появился кто-то ещё более сильный, сменить покровителя было вполне логично. Особенно если этим покровителем становился сам Хагоромо Гэнгецу.
Какузу прекрасно знал, кем был этот человек. Быть его подчинённым не задевало гордости — главное, чтобы продолжали платить.
Хидан, видя такую предательскую скорость, аж задохнулся от возмущения:
— Какузу! И тебе не стыдно?! Босс тебе так доверял, а ты при первом же шухере переметнулся! У тебя вообще совесть есть?!
— Есть, — не моргнув глазом, ответил Какузу. — До Акацки все деньги доставались мне. В Акацки приходилось отдавать долю. Я с лихвой отработал всё, что получил.
Хидан не ожидал такой железобетонной логики. Он хотел сказать что-то ещё, но вторая проекция Гэнгецу повернулась к нему:
— Судя по твоему тону, ты готов хранить верность Пейну до гроба?
— Я?! Ха-ха-ха! — Хидан расхохотался, а затем резко сделался серьезным: — Конечно... нет! Любимый новый Босс! Я просто в шоке от этого продажного Какузу! Но не волнуйся, моя верность тебе будет в сто раз крепче, чем тому дохлому неудачнику!
Как и Какузу, Хидан гибко подстраивался под обстоятельства. К тому же его голова всё ещё висела на поясе Учихи, и хотя умереть он не мог, болтаться в таком положении было жуть как неудобно.
Закончив клясться в верности, Хидан с надеждой снизу вверх уставился на Идзуми:
— Эй, суровое... то есть, прекрасная дева! Мы теперь в одной команде! Сними меня с пояса и пришей голову на место!
Идзуми молча перевела взгляд на Гэнгецу, ожидая приказа.
Гэнгецу бросил взгляд на фанатика:
— Раз уж ты влился в наши ряды, прими идею самопожертвования. Хидан, твоя следующая задача — стать объектом для научных исследований организации.
Не обращая внимания на вытянутое лицо фанатика, Гэнгецу добавил, обращаясь к Идзуми:
— Пусть пока так и висит. Всё равно на базе снова придется разбирать.
— Есть! — кивнула Идзуми.
— Погодите... — заголосил Хидан.
Идзуми достала ещё два свитка и плотно забила ими рот бессмертного.
В мире снова воцарилась тишина. Миссия была успешно завершена.
Проекция Гэнгецу растаяла.
Оставалось ещё два места.