Глава 19 - Наблюдая за спектаклем
Мир меняется, реки меняют русла, а старые руины зарастают травой. Старым пережиткам минувшей эпохи трудно устоять под напором бурного потока нового времени.
Но Хагоромо Гэнгецу был не из тех, кто цепляется за прошлое.
В отличие от мрачного периода Эпохи Воюющих Царств, нынешний мир шиноби, стремительно развивающийся и своими технологиями напоминающий его прошлую жизнь, нравился ему куда больше.
Этот мир просто обязан стать его ареной.
«Скажи, я прав, никчемная система?» — мысленно бросил Гэнгецу.
[Просьба к хозяину: как можно скорее выполните задание для новичков.]
Раздался всё тот же знакомый, бездушный механический голос.
Прошли десятилетия. Он успел умереть, быть призванным вновь и до сих пор не воскрес окончательно, а система всё так же преданно висела у него в голове, с завидным упорством навязывая задачи. На редкость въедливая штука: таскается за мертвецом и не проявляет ни капли гибкости.
Взять хотя бы то самое «Задание для новичков», от которого у него когда-то опустились руки — оно до сих пор мозолило глаза в интерфейсе.
Впрочем, сейчас, когда в этом времени существует Удзумаки Наруто, задание наконец-то стало выполнимым.
«Система, какой сейчас год?» — в очередной раз уточнил Гэнгецу.
[60-й год от основания Конохи.]
«Отлично, на этот раз без глюков, не накинула сверху пару десятков лет», — удовлетворенно крякнул Гэнгецу, возвращаясь к реальности.
Задание новичка подождет. Сейчас куда важнее выбраться отсюда и обрести настоящее, живое тело.
Гэнгецу перевел взгляд на клон Сарутоби Хирузена, который из последних сил удерживал Печать Поглощающего Демона, пытаясь утянуть его душу в небытие. Получив напоследок грозное предупреждение от Второго Хокаге, Хирузен, хоть и не до конца понимал причины страха своих учителей, отдавал все силы ради выполнения приказа.
— Ради Конохи! Ради всех нас! Я запечатаю вас, чего бы мне это ни стоило! — надрывался клон Сарутоби.
Гэнгецу лишь закатил глаза:
— Старик, не ровняй меня с этим чешуйчатым гадом. Можно подумать, я тут главный злодей. Я в вашей Конохе даже муравья еще не раздавил, а вы уже орете о расправе!
В прошлый раз было то же самое. Он па пальцем никого не тронул, а Пять Каге вероломно напали на него из засады. Тяжела и неврачна жизнь гения...
От такой тирады клон Хирузена на секунду поперхнулся.
Если отбросить фамильярное «старик», резавшее слух, то, по сути, Гэнгецу был прав. Его, как и прошлых Хокаге, призвали силой, и в происходящем хаосе его вины не было.
Однако...
Этот человек вырвался из-под контроля Орочимару, воспротивился власти Бога Смерти и явно преследовал собственные, скрытые цели. К тому же погиб он от рук Первого Хокаге.
Взгляд Хирузена снова ожесточился. Человек, внушавший страх самому Хашираме и Тобираме, ни в коем случае не должен вырваться на свободу!
— Старший Хагоромо! Мертвым не место в мире живых. Вернитесь туда, откуда пришли! — твердо отрезал Сарутоби, воспитанный на сказаниях о великом гении Гэнгецу.
Гэнгецу, искренне считавший себя двадцатичетырехлетним красавцем, скривился от слова «старший», вылетевшего из уст седого сморчка.
Впрочем, слушать бредни старика дальше не пришлось. На губах Гэнгецу вспыхнула дерзкая ухмылка.
В ту же секунду клон Сарутоби изменился в лице:
— Ты...
Пока они препирались, невидимая дуэль за душу Гэнгецу под действием Печати Поглощающего Демона продолжалась ни на миг. Сначала клону действительно удалось слегка вытянуть душу Гэнгецу из тела. Но теперь старик с ужасом почувствовал, как непреодолимая, колоссальная сила сводит его потуги на нет. На его глазах душа Гэнгецу сантиметр за сантиметром втягивалась обратно в сосуд!
— Ты правда думал, что я болтаю с тобой от скуки? — хмыкнул Гэнгецу, с превосходством глядя на клона. — Я просто выигрывал время, чтобы освоиться в этом теле и изучить вашу хваленую Печать Поглощающего Демона.
С этими словами Гэнгецу слегка встряхнул плечами, и пальцы клона Сарутоби с треском соскользнули с его тела.
— Будь здесь твой оригинал, мне пришлось бы попотеть. Но теневой клон? Смешно.
Гэнгецу небрежно ткнул пальцем в грудь клона, и тот с громким бум разлетелся облаком белого дыма.
В тот же миг настоящий Сарутоби Хирузен, из последних сил удерживавший Орочимару, дернулся:
— Плохо дело!
Зато бледное, искаженное мукой лицо Орочимару озарилось вспышкой надежды. Он тут же крикнул:
— Старший Хагоромо! Давайте вместе прикончим Сарутоби Хирузена! Без Третьего Хокаге Коноха останется без главы и быстро сгинет! Вы ведь тоже этого хотите!
Орочимару прекрасно знал о старом вражде между Гэнгецу, Хаширамой и Конохой. По его мнению, идея уничтожения Деревни Листа должна была увлечь воскрешенного ниндзя.
Но реакция Гэнгецу оказалась совершенно неожиданной.
Освободившись и не встречая более никаких преград, он вовсе не кинулся в атаку. Вместо этого он вальяжно скрестил руки на груди и с интересом уставился на сражающихся:
— Не торопись. Не каждый день увидишь, как учитель и ученик пытаются загрызть друг друга. Вы продолжайте, не обращайте на меня внимания.
Гэнгецу прекрасно помнил, что Орочимару — заклинатель Нечестивого Воскрешения. Зачем помогать тому, кто в любой момент может стать обузой? Обладая лишь частью былой силы и не имея возможности с ходу пробить Барьер Четырех Фиолетовых Огней, Гэнгецу решил просто понаслаждаться зрелищем. Посмотреть вживую на легендарную битву учителя и ученика — чем не развлечение?
Видя, как Гэнгецу буквально усаживается в зрительском кресле, Орочимару опешил. А в следующую секунду, почувствовав, как рука Бога Смерти с новой силой потащила его душу наружу, он окончательно впал в неистовство:
— Проклятый старик! Ненавистный учитель! Мои техники... мое тело... я не могу двигаться!
Орочимару, сквозь морок видевший исполинскую тень Жнеца за спиной Хирузена, впервые в жизни поддался настоящей панике. На Гэнгецу надежды нет, оставалось рассчитывать только на собственные силы.
Сарутоби Хирузен продолжал держать хватку, но его силы были на исходе. А рядом, словно часовая бомба, стоял Хагоромо Гэнгецу. Хоть тот и обещал не вмешиваться, доверять древнему монстру было безумием.
Нужно действовать. Немедленно!
«Придется пойти на это...» — принял тяжелое решение Хирузен.
Гэнгецу уже не запечатать. Душу Орочимару целиком вытянуть не хватит времени. Остается только одно.
Сарутоби Хирузен глубоко вздохнул и уставился на ученика, в чьем облике не осталось ни капли от того светлого мальчика, которого он когда-то обучал.
— Орочимару...