Глава 172 - Иди и будь шпионом
— Дейдара, теперь, когда ты осознал, что принадлежишь к роду Хагоромо и что все присутствующие здесь — твоя кровная родня, что ты чувствуешь? — подал голос стоявший неподалёку Хагоромо Мутинг.
Подрывник, не задумываясь ни на мгновение, ляпнул первое, что пришло в голову:
— Что я чувствую? Да то, что фамилия Хагоромо звучит чертовски поэтично и художественно! Да-а-амм!
— Идиот! — Хагоромо Моринобу, чуть не плача от досады, подскочил к парню и с размаху влепил ему увесистую затрещину. — Какое ещё искусство в такой момент?! Ты должен ликовать от счастья, что тебе позволили вернуться в лоно семьи!
— А-а-ай! Старик Моринобу! Ты опять за своё?! — Дейдара одной рукой ухватился за ушибленный лоб, а второй с возмущением ткнул в сторону старшего. — Я с тех пор, как покинул деревню, поклялся, что никому больше не позволю бить себя по голове, а ты… э-э…
Он осекся. До него вдруг дошло, что Гэнгецу уже дважды успел съездить ему по затылку, так что грозная клятва давно пошла прахом.
— Ладно, не буду спорить со стариком, у которого на старости лет мозги совсем набекрень встали. Да-а-амм, — буркнул Дейдара и гордо задрал нос, отворачиваясь.
У Моринобу аж кулаки зачесались от желания добавить негоднику, но Хагоромо Гэнгецу легким жестом остановил его, приказывеая отступить. Старику оставалось лишь метнуть на парня исполненный немого предостережения взгляд и отойти в сторону.
— Дейдара, — произнёс Хагоромо Гэнгецу, обращаясь напрямую к пленнику.
Голос Главы звучал негромко, но Дейдара мгновенно подобрался и подтянул живот, забыв про дурашливость.
И дело было не только в том, что его жестоко избили в бою. Гэнгецу просто сидел в кресле, непринужденно опираясь одной рукой на подлокотник и слегка постукивая пальцами. От него не исходило видимой угрозы, но одна его фигура внушала такое удушающее, давящее чувство авторитета, что перехватывало дыхание.
Никто из прежних сильных мира сего, с кем сводила его судьба — ни Ооноки, ни Учиха Итачи, ни даже сам Пейн, таинственный лидер организации Акацки, — не вызывал у него подобного трепета. Даже если бы все они собрались вместе, то не смогли бы сотворить этой тяжелой, почти физически ощутимой ауры.
Шустрый и неугомонный подрывник замер как вкопанный. Остальные члены клана тоже затаили дыхание, приготовившись слушать.
Гэнгецу не стал ходить вокруг да около и спросил прямо:
— У тебя есть желание официально вернуться в клан Хагоромо?
Дейдара дураком не был. В сложившейся обстановке ответ напрашивался сам собой.
«Разве это плохо — обрести дом?»
Хотя ему было безумно жаль, что не удалось превратить грандиозную Воздушную крепость в яркий фейерверк, мысль о том, что впереди его ждёт ещё немало творческих свершений, перевесила. К тому же эти люди вроде бы не хулили его шедевры.
Дейдара решительно кивнул:
— Само собой! Клан Хагоромо обладает глубоким эстетическим… кхм, короче, я согласен. Да-а-амм.
Он едва снова не сбился на любимое словечко про «искусство», но своевременный, прохладный взгляд Гэнгецу заставил его мгновенно поправиться и принять серьёзный вид.
— Вот и отлично, — резюмировал Хагоромо Гэнгецу. — В таком случае твой долг перед родом будет следующим: ты вернёшься в Акацки под видом верного исполнителя, но будешь работать как шпион нашей семьи, снабжая нас всеми сведениями о действиях организации.
— Че-е-го?! — у Дейдары буквально глаза на лоб вылезли.
Он-то уже мысленно сбросил с плеч плащ с алыми облаками и приготовился вести размеренную жизнь под крылом родного клана, а его, оказывается, отправляют обратно — да ещё и в роли засланного казачка!
К Акацки он никогда не питал особого трепета. Вступил-то туда лишь потому, что Учиха Итачи уделал его в драке и посмел свысока спренебречь его глиняными творениями. Дейдара затаил обиду и ждал лишь удобного случая, чтобы красиво отомстить.
Впрочем… Со временем, видя уникальные, поразительные способности других членов организации, Дейдара проникся к ним симпатией, решив, что их аномальные техники — тоже своего рода искусство. А охота за Хвостатыми Зверями дарила тот самый острый, ни с чем не сравнимый кайф, за которым всегда гонялся настоящий творец. Поэтому он привык считать Акацки «союзом свободным художников».
А раз они коллеги, то по возможности хотелось бы продолжать совместные перформансы.
Дейдара скривил кислую мину:
— А можно… как-нибудь без этого?
— Разумеется, нет, — отрезал Гэнгецу.
Дейдара тяжко вздохнул. «Коллеги коллегами, но ради собственного светлого будущего придётся кем-то пожертвовать. С другой стороны… шпионаж — это ведь тоже чертовски изысканное искусство!»
Стоит только представить этот момент! Когда маска сорвётся, и остальные члены Акацки узнают истину… Внезапный шок, ошеломление, ярость, чувство предательства и жажда крови! Столь густой, концентрированный коктейль эмоций, вспыхнувший за одну секунду — разве это не высшее проявление экспрессии?!
Дейдара потер подбородок, порассуждал ещё немного, и глаза его азартно блеснули.
К тому же носить имя «Хагоромо» — это уже само по себе чертовски стильно!
Склонив волю к новому замыслу, Дейдара с готовностью стукнул себя кулаком в грудь:
— Быть кротом в Акацки? Да без проблем! Я там каждый уголок знаю, сделаю всё в лучшем виде! Да-а-амм!
Стоявший неподалёку Моринобу, видя, что парень выказал покорность и тем самым спас себе жизнь, наконец с облегчением перевёл дух.
Гэнгецу тоже удовлетворенно кивнул.
В нынешнем мире всё пошло не по канону, и произойти могло всё что угодно. Организация Акацки, методично собирающая Хвостатых Зверей, в любой момент могла выкинуть номер грандиозного масштаба. Гэнгецу требовалось держать руку на пульсе и знать каждый их шаг. Дейдара, случайно попавшийся в руки и оказавшийся сородичем, подходил на роль агента идеально.
Конечно, если бы юноша упёрся рогом, пришлось бы его ликвидировать. К счастью, мозги у подрывника были фаршированы не только глиной.
Впрочем, для верности Гэнгецу приготовил вторую линию защиты.
— Раз уж ты вернулся в лоно семьи, тебе положено нанести метку Хагоромо, — произнёс Глава.
Едва эти слова отзвучали, фигура Гэнгецу на престоле растаяла. В то же мгновение он возник прямо подле Дейдары. Пять его пальцев раскрылись, и на кончиках вспыхнуло алое, багровое пламя.
— Э-э… это ещё зачем? — ощутил неладное Дейдара.
Моринобу шепнул сбоку:
— Дейдара, гордись! Сам Глава лично наносит тебе печать!
И старик не утрировал. Присутствующие старейшины смотрели на происходящее с искренним трепетом: со времён Эпохи Воюющих Царств Глава клана наносил родовую метку лишь единичным избранным. Получить знак из его рук было величайшей честью, о которой прочие могли лишь мечтать.
Дейдара, однако, пока не понимал всей сакральности момента.
В следующую секунду его грудь обжёг укол лютой, нестерпимой боли. На счастье, вспышка быстро угасла.
Опустив взгляд, подрывник увидел, что прямо над сердцем у него красуется ярко-красный знак, напоминающий силуэты молота и серпа.
«А что… выглядит довольно стильно и со вкусом».
— Это и есть наша метка, — Моринобу с сияющим лицом подошёл ближе, радуясь, что долгие надежды наконец сбылись. Он принялся охотно перечислять свойства печати: — С её помощью ты сможешь чувствовать родичей, в крайнем случае — активировать самосожжение, а ещё она позволяет отслеживать твоё местоположение…
— Отслеживать?! — Дейдара аж присел от неожиданности. В его голове пронеслась короткая, но очень емкая мысль.
«Вот же блин!!!»