Глава 32. Фатальная ошибка в разведке
Учиха Юэ не знал о визите Джирайи, да это и не имело для него никакого значения. Разве хищник запоминает имя своей жертвы? Какое ему дело до титула, родословной или истории куска хлеба, которым он утоляет гололод?
Благодаря такому абсолютному безразличию и удалось скрыть правду: Джирайя, один из Легендарных Саннинов, едва не погиб, так и не разглядев лица своего противника. Самое поразительное, что выдуманная для прикрытия история не вызвала ни у кого сомнений. Человеческое воображение имеет свои пределы. Все знали, что Учиха Юэ силён, но и Джирайя не был слабаком. Поэтому легенда о титанической битве, в которой Саннин, будучи начеку и зная о враге, всё же пал после сотен обменов техниками, уступив лишь в последнем ударе, — звучала горько, но правдоподобно.
Во Владениях Смертельного Покоя.
Джоунин из Деревни Песка мчался вперёд, уверенный в своих расчётах. Он ощущал, как тает его чакра, но связывал это с высокой скоростью. Он не замечал, как его лицо обретает мертвенную бледность, а движения становятся вязкими и медленными.
В его голове была лишь одна мысль: найти Учиху Юэ или, если не выйдет, отступить до того, как иссякнет энергия. Он был сосредоточен на чакре — привычной и понятной величине для любого шиноби. Он и не подозревал, что вместе с ней это место высасывает из него нечто большее: тепло тела, биоэлектричество нервных импульсов, саму химическую энергию жизни.
В обычных условиях он бы давно заметил слабость, заторможенность мыслей, замедление реакции. Но не сейчас.
Его мозг — ядро сложнейшей машины из плоти и крови — был лишён питания. Лишившись энергии, он едва справлялся с поддержанием базовых мыслительных процессов. О каком самоанализе могла идти речь?
В этот миг он был подобен пациенту под наркозом, которому уже отняли руку, а он всё ещё верит, что она на месте.
— Что?! Н-не может быть… Моё тело… скорость… сила… — прохрипел джоунин, наконец осознав неладное.
Он резко остановился и, пошатнувшись, едва не рухнул. С недоумением он поднял руку, чтобы сжать кулак, но пальцы отказывались слушаться. Простое движение, которое мгновение назад давалось без труда, теперь происходило рывками, словно ржавый механизм пытался прийти в движение.
— Чакра… у меня ведь ещё есть чакра! Почему я…
Внезапное озарение обожгло леденеющим холодом.
— Нет… я понял. Это место… оно поглощает всё. Всю энергию! Холод… какой холод…
Он вскинул голову. Мрак вокруг сгустился, но он всё же с трудом разглядел вдали спасительную границу Владений. Расстояние было чудовищным. По его расчётам, он не преодолел и десятой части пути, хотя запаса чакры должно было хватить, чтобы добежать до ворот Конохи и вернуться.
Он развернулся и побежал назад, но колени подкосились почти сразу. Он рухнул ничком на мёрзлую землю.
— Двигайся же, проклятое тело! Вставай! Я приказываю тебе!!!
Разум кричал, но тело было глухо. Как могли конечности, обесточенные и холодные, услышать команду мозга? Как могла воля заставить сокращаться мышцы, в которых не осталось и искры жизни?
Каким бы несгибаемым ни был его дух, перед этой жестокой реальностью он был бессилен.
— Капитан! У него, похоже, закончилась чакра! — крикнул один из шиноби, наблюдавших с границы.
Несколько бойцов из Песка в панике смотрели, как их командир упал. Чуунин из их отряда прикинул, что капитан находится совсем близко. Спасти его — секундное дело.
С этой мыслью он бросился внутрь.
— Нет! Не входи! — собрав последние силы, джоунин вскинул голову и отчаянно закричал. — Здесь… ад! Бегите!
После этого крика он окончательно обмяк. Если его не вытащить в ближайшие минуты, он умрёт, превратившись в ещё одно изваяние в этом мёртвом лесу.
Но он не знал, что его предостережение никто не услышал. Звук — это тоже энергия. И здесь он умирал, едва родившись.
— Капитан, я вытащу вас!
Товарищ подбежал, схватил его за одежду и потащил к выходу. Несколько шагов… ещё немного… до спасения, казалось, рукой подать…
— Капитан… простите… Сил… больше нет.
Бум.
Два тела безвольно распластались на земле.
Снаружи генины, видевшие эту картину, переглянулись. Расстояние было ничтожным! Они ведь смогут! Они должны их спасти!
Они сложили печати, но техники ниндзюцу, едва возникнув в пределах Владений, тут же растворялись в воздухе. Видя, как бледнеют лица их упавших товарищей, один из юношей в отчаянии рванулся вперёд.
— Ещё чуть-чуть… я смогу… я вытащу всех… живыми! А-а-аргх!
Он успел связать всех троих обрывками одежды. Его рука медленно протянулась из-за границы Владений Покоя… и тяжело рухнула на землю.
Всё было кончено. Все шиноби из Песка, прибывшие на задание, лежали без движения. Последнему оставался всего один шаг, чтобы вытащить остальных из этого ада. Один шаг, оказавшийся непреодолимой пропастью.
С неба упала одинокая снежинка и опустилась на его неподвижную голову.
В угасающем сознании последнего генина вспыхнула мысль, горькая и ясная:
«Разведданные… В них была фатальная ошибка.
Там говорилось, что эта территория поглощает чакру. Но ни слова о том, что она пожирает саму жизнь».