Глава 7. Практическое занятие
Занятия в Академии ниндзя были для Китахары Каэдэ совершенно бесполезны.
Учитель за кафедрой бубнил о принципах извлечения чакры. Несколько наследников благородных кланов на передних рядах слушали внимательно, хотя их старшие наверняка всё это уже давно объяснили.
На заднем ряду Дзирайя беззастенчиво дрых, пуская слюни на парту.
Цунадэ, напротив, слушала крайне сосредоточенно.
Откинувшись на спинку стула, Каэдэ скользил взглядом по верхушкам деревьев за окном. Эти азы он освоил уже очень давно. Сейчас его скорость извлечения и точность контроля чакры намного превосходили возможности обычного пятнадцатилетнего подростка. Сидеть в классе и слушать о «самых частых ошибках новичков» было сущей тратой времени.
В то самое мгновение, когда учитель отвернулся к доске, мальчик незаметно сложил под партой печать.
Клон остался сидеть на месте, полуприкрыв глаза и подперев щеку рукой, в точности повторяя позу оригинала, тогда как сам Каэдэ бесшумно выскользнул в окно.
На тренировочной площадке за школой никого не было.
Остановившись в двадцати метрах от засохшего дерева, он поднял руки, складывая печати. Чакра хлынула к горлу.
— Катон: Великий Огненный Шар! — выдохнул он.
Огненная сфера врезалась в сухостой и с грохотом разорвалась. Пламя разрослось более чем на два метра в диаметре, заставив ствол громко трещать от жара.
«Этого мало», — мысленно констатировал Каэдэ, выравнивая дыхание, и приготовился повторить.
Подобная рутина продолжалась уже больше половины семестра. Клон сидел на уроках, а оригинал тренировался на заднем дворе. Если Каэдэ возвращался слишком рано, то просто дожидался звонка под дверью класса. Чаще всего его отсутствие оставалось незамеченным.
Пока однажды после уроков Цунадэ не прижала его в углу коридора. Скрестив руки на груди и прислонившись спиной к стене, она смотрела на него с выражением, ясно говорящим: «Тебе конец».
— Опять сбежал, — констатировала она.
— Я уже знаю всё, чему там учат, так что сидеть... — начал было он.
— Твой клон, — перебила его Цунадэ, сильно понизив голос, — на ощупь как кусок дерева. Совсем без тактильной отдачи.
Каэдэ запнулся. «Она так внимательно присматривалась?» — пронеслось у него в голове.
— ...Учитель ничего не заметил, — наконец ответил он.
— Он не заметил, потому что не трогал тебя, — Цунадэ сверлила его взглядом. — А если он вдруг вызовет тебя к доске?
Каэдэ промолчал, признавая, что это действительно была серьезная брешь в его плане.
Фыркнув, девочка развернулась и ушла.
Он думал, что инцидент исчерпан. Но на следующий день, как только взгляд учителя начал скользить в сторону парты Каэдэ, Цунадэ тут же вскинула руку:
— Учитель, не могли бы вы еще раз объяснить связь между направлением вращения чакры и порядком складывания печатей?
Этот вопрос они разбирали ровно десять минут назад. Но поскольку спрашивала внучка Первого Хокаге, проигнорировать её преподаватель не мог. Внимание было отвлечено. Клон остался в безопасности.
Когда Каэдэ перебрался обратно через окно, Цунадэ листала учебник, даже не подняв на него головы. Он лишь бросил на неё взгляд, не проронив ни слова.
На следующий день история повторилась. Учитель только посмотрел в их сторону, как рука Цунадэ снова взметнулась вверх:
— Учитель, что касается преимуществ трансформации природы: огонь побеждает ветер или ветер побеждает огонь?
Это они проходили вчера.
На третий день:
— Учитель, а где можно купить бумагу, реагирующую на чакру?
Терпение преподавателя наконец дало трещину.
— Цунадэ, в последнее время у тебя... слишком много вопросов, — вздохнул он.
— Разве тяга к знаниям — это плохо? — невинно поинтересовалась она.
Поджав губы, учитель уткнулся в свои конспекты и больше ничего не сказал.
И так продолжалось на каждом занятии. Как только взгляд преподавателя смещался к месту Каэдэ, у Цунадэ «совершенно случайно» находился вопрос. О чакре, об оружии, о расписании.
Однажды она даже спросила, считаются ли расходы на обед в столовой Академии затратами на миссию, чем заставила обернуться даже тех, кто всегда внимательно слушал на первых рядах.
«У внучки лорда Первого действительно невероятная тяга к знаниям, — жаловался учитель коллегам в учительской, — вот только направлена она куда-то... не туда».
После уроков Каэдэ прислонился к перилам в коридоре. Цунадэ проходила мимо.
— Несколько дней подряд у тебя появляются вопросы в самый подходящий момент? — окликнул он её.
— Совпадение, — бросила она.
— И завтра тоже будет совпадение?
— По настроению, — ответила Цунадэ и, не оборачиваясь, пошла дальше.
Глядя ей вслед, Каэдэ чуть дёрнул уголком губ. Он не стал говорить «спасибо», да она и не дала ему такой возможности. И это было правильно. В её системе координат подобные поступки назывались не «помощью», а «я так захотела». А если спросить, почему она так захотела, ответа не дождёшься. Если же начать допытываться, скорее всего, просто получишь кулаком в лицо.
---
В конце семестра преподаватель вошел в класс не с учебником, а со скрученной картой.
— Практическое занятие! Место проведения — гора за Академией. Формируете группы по три человека, на выполнение отводится четыре часа, — объявил он, прикрепляя карту к доске. На ней густо змеились контурные линии возвышенности. — Руководство спрятало на территории пронумерованные деревянные таблички. Побеждает команда, набравшая наибольшее количество очков.
Он выдержал паузу и добавил:
— Отбирать таблички у других разрешается.
Класс взорвался гвалтом, все бросились искать напарников. Цунадэ повернулась и посмотрела на Каэдэ. Она ничего не сказала, но её взгляд не нуждался в переводе: «Ты со мной, это не обсуждается». Мальчик молча кивнул. Не хватало еще одного.
— Я с вами! — Дзирайя подскочил с заднего ряда и с наглой улыбкой плюхнулся за парту впереди них.
Цунадэ недовольно нахмурилась.
— Группа из трех человек, а вас только двое, — Дзирайя помахал рукой у неё перед лицом. — Кого ты еще выберешь, если не меня? С кем ты вообще здесь разговаривала, кроме него?
Девочка открыла было рот, но контраргументов не нашла. Она перевела взгляд на напарника.
— Пойдёт, — пожал плечами Каэдэ.
— Вот это я понима... — обрадовался было Дзирайя.
— Самая тяжелая работа на тебе, — жестко оборвала его Цунадэ.
— ...Ладно, — сдулся тот, но радостную улыбку скрыть так и не смог. Быть в одной команде с Цунадэ стоило любой грязной работы.
Задний двор Академии. Учения начались.
Троица продвигалась по тропинке у подножия горы, пока Каэдэ на ходу изучал карту. На нижних ярусах табличек было много, но они приносили мало очков. Ближе к вершине их количество резко уменьшалось, зато ценность возрастала многократно. У ручья он остановился.
— Разделяемся, — скомандовал он, протягивая карту Цунадэ. — Я поднимусь наверх и соберу ценные таблички. Вы идите вдоль ручья на восток и хватайте всё, что найдете. Встречаемся здесь же через два часа.
Приняв карту, она бросила на неё беглый взгляд и кивнула. На открытой местности у ручья вдвоём они справятся быстрее. Склоны же были крутыми, но в тайдзюцу на всём потоке Каэдэ не было равных.
— Только не геройствуй, — бросила она ему вслед.
Каэдэ отмахнулся, не оборачиваясь, и в несколько прыжков скрылся в зарослях на склоне.
Дзирайя какое-то время смотрел ему вслед, и лишь с задержкой осознал: парень ушел. Они с Цунадэ остались вдвоём.
— Чего застыл? Пошли, — окликнула его девочка, уже шагая вперёд.
— Иду-иду! — он рысью нагнал её, пристраиваясь рядом.
Солнечные лучи пробивались сквозь листву, играя на её светлых волосах, собранных в хвост. Дзирайя украдкой посмотрел на неё и тут же отвёл взгляд. Надо было что-то сказать.
— Как думаешь, куда они могли спрятать таблички? — попытался он завязать разговор.
— Под камнями, в дуплах, в кустах. Хватит болтать, ищи, — отрезала Цунадэ. Присев, она перевернула камень и действительно нашла под ним деревяшку. Одно очко.
— Тц, — цыкнул Дзирайя и тоже принялся за дело.
Его методы были куда грубее: он просто разбрасывал камни ногами и ожесточенно рылся в траве. Выглядело не слишком грациозно, зато эффективно. За двадцать минут они нашли три штуки: на одно очко, на два и еще раз на одно.
— Тут один мусор, — недовольно произнесла Цунадэ, рассовывая добычу по карманам.
— Ну, хоть что-то... — Дзирайя подбросил на ладони двухочковую табличку. — Копейка рубль бере...
На полуслове он вдруг кое-что понял. Кажется, Цунадэ была в хорошем настроении. Обычно, когда он пытался с ней заговорить в школе, она закатывала глаза максимум на третьей фразе, а на пятой просто уходила. Сегодня же они перебросились уже добрым десятком реплик. Пусть она и огрызалась каждый раз, но это был диалог, а не глухой игнор. Губы Дзирайи сами собой растянулись в улыбке. Он уже придумывал новую тему для разговора, когда Цунадэ внезапно замерла.
Дзирайя остановился следом и проследил за её взглядом. В кустах у ручья стоял человек.