Глава 115. А что ты хотела услышать
Кабинет Гэнси. Ао стоял перед столом и докладывал спокойным голосом:
— Мы выследили их у северо-восточной границы Страны Воды и устроили засаду вверх по течению от переправы. Однако численность сопровождавших Дзабудзу превысила наши ожидания. Как минимум трое дезертиров прикрывали его отступление. — Он сделал паузу. — Противник заранее подготовил два пути отхода. Миссия провалена.
Гэнси сидел с закрытыми глазами, медленно поглаживая змеиный набалдашник своей трости. Би стоял в стороне и молчал. Теруми Мэй, опустив руки, стояла на полшага позади Ао, справа от него.
— Во время боя Теруми Мэй с помощью Стихии Кипения заблокировала водные техники Дзабудзы, а затем Стихией Лавы вынудила его отказаться от лобового прорыва и нанесла тяжелое ранение в левое плечо и спину, — продолжил Ао. — Но двое его подчиненных ценой своих жизней задержали нас, позволив ему уйти через пограничные воды.
Услышав о «тяжелом ранении Дзабудзы», Гэнси медленно открыл глаза. Его мутный взгляд остановился на Теруми Мэй и задержался на пару секунд. Старец кивнул.
Мэй не выказала никакой гордости и лишь опустила голову:
— Но он всё равно ушел. У него был запасной план, а я на долю секунды опоздала с решением.
— Умение признавать свои ошибки гораздо полезнее пустых оправданий в духе «я сделала всё возможное», — спокойно ответил Гэнси.
Теруми Мэй молча кивнула.
Би вмешался в разговор, отметив, что информационную сеть Анбу в деревне необходимо полностью перестроить. Ао добавил:
— Тот факт, что Дзабудза сумел покинуть центральный район до того, как его оцепили, говорит о том, что он заранее изучил протоколы работы Анбу. Провал преследования — вина не только тех, кто был на передовой.
Гэнси прикрыл глаза и приказал стоящему позади Кэнбэю записать:
— Через три дня созови узкий совет. Можете идти.
Троица поклонилась и направилась к выходу. Они вышли в длинный коридор. Би шел впереди всех, и, не сбавляя шага, свернул на лестницу, ведущую на другой этаж. Мэй полагала, что Ао тоже уйдет по своим делам, но услышала у себя за спиной:
— Теруми Мэй.
Она остановилась и обернулась. Выражение лица Ао было привычно непроницаемым, так что было неясно, собирается ли он отчитывать ее или давать новые указания.
— В этой миссии ты показала себя с лучшей стороны.
Мэй опешила. Она никак не ожидала услышать подобное. Ао тем временем продолжал:
— Оценка маршрута, выбор места для засады, принятие решений в бою — всё было на высоком уровне.
Мэй попыталась что-то ответить, но смогла выдавить лишь:
— Вы мне льстите, Ао-сэмпай.
Но Ао не унимался:
— Ты блестяще выбрала место для засады на границе. Дзабудза дважды пытался сбить нас со следа выше по течению, оставляя ложные следы крови и отпечатки ног, но ты не попалась на эту удочку. — На этих словах он прервался и перевел взгляд на лицо Теруми Мэй. — Однако твой способ оценки маршрута показался мне очень знакомым. Он очень напоминает стиль Каэдэ.
Теруми Мэй замерла. Тон Ао был совершенно обыденным, словно он говорил о какой-то мелочи.
— Несколько раз, слушая твои рассуждения, я ловил себя на мысли, что это говорит он. — Ао склонил голову. — Похоже, вы с ним в очень хороших отношениях.
Мэй открыла рот. Она хотела сказать «мы просто друзья», но эти слова застряли в горле. Сама мысль показалась ей неправильной. Друзья? С двенадцати лет он кропотливо обучал ее всему, что умел. Какой друг будет заниматься подобным? Наставник и ученица? У них всего пара лет разницы в возрасте. И он никогда не разговаривал с ней поучительным тоном, всегда обращаясь на равных. Тогда кто же они друг другу?
В ее голове промелькнуло одно слово. Кончики ушей вспыхнули. Внезапно и совершенно неконтролируемо.
Ао наблюдал за ней. Он заметил и ее легкую заминку при упоминании имени Каэдэ, и то, как медленно покраснели ее уши. Жизненный опыт порой позволяет видеть вещи яснее, чем Бьякуган. Он тихонько кашлянул:
— Понятно.
Теруми Мэй очнулась и быстро, почти шепотом, пробормотала:
— Ао-сэмпай, всё совсем не так.
И тут же пожалела о сказанном. Любые дальнейшие объяснения прозвучали бы еще более нелепо. Ао не стал допытываться, лишь уголки его губ дрогнули:
— Не буду лезть в дела молодежи.
Теруми Мэй проглотила все слова, что собиралась сказать. Ао отвел взгляд и заговорил своим обычным серьезным тоном:
— За эти годы мы с Каэдэ много раз ходили на совместные миссии. Для чунина у него поразительная наблюдательность и интуиция. — Он сделал паузу. — Каэдэ — хороший парень.
При этих словах сердце Теруми Мэй забилось чуть быстрее. Она опустила голову и тихо ответила:
— Да, он всегда был таким.
Ао взглянул на нее, ничего больше не сказал, кивнул и ушел.
В коридоре воцарилась тишина. Теруми Мэй всё еще стояла на месте, чувствуя, как пылают кончики ушей. Попытавшись придать лицу невозмутимое выражение, она направилась вниз по лестнице. Но в голове неотвязно крутилась фраза Ао: «напоминает Каэдэ».
Что ж, это было неудивительно. Почти все тактические решения в бою он вбивал в нее собственными руками. Вполне логично, что ее способ мышления стал похож на его. Но почему тогда, услышав это от другого, она так смутилась?
Теруми Мэй тряхнула головой, отгоняя эти мысли, толкнула дверь и вышла из здания. Она успела сделать лишь пару шагов, как из-за угла показался человек с бумажным пакетом в руках.
Китахара Каэдэ.
Шаг Теруми Мэй сбился. Краска, только-только сошедшая с ее щек, едва не вернулась снова. Каэдэ подошел к ней и смерил ее взглядом:
— О чем задумалась?
Встретившись с ним взглядом, Мэй вновь вспомнила слова Ао:
— Ни… ни о чем. — Она отвела глаза и спросила: — Что ты здесь делаешь?
Китахара Каэдэ приподнял бумажный пакет:
— За покупками ходил. — Он снова посмотрел на нее, окинув взглядом от плеч до самых кончиков пальцев: — Где ты пропадала последние несколько дней?
Мэй огляделась по сторонам, схватила его за рукав и затащила в узкий переулок. Понизив голос, она заговорила:
— Господин Гэнси поручил мне и Ао-сэмпаю выследить Дзабудзу. Мы нагнали его, но в итоге он сумел скрыться.
Каэдэ кивнул без малейшего удивления на лице. Теруми Мэй уставилась на него:
— Ты догадался?
— Ворота перекрыты, порты заморожены, миссии переданы Анбу. К тому же тебя вызвал к себе Гэнси. — Он сделал паузу. — Не так уж много событий могли привести к таким последствиям.
Теруми Мэй тихо пробормотала:
— Иногда мне кажется, что ты разбираешь на кусочки каждую доску объявлений в деревне.
— Доски объявлений для того и созданы, чтобы на них смотрели, — парировал Каэдэ.
Мэй поперхнулась, но затем ей стало смешно. Как всегда. Она выдохнула, прислонилась к стене и заговорила более расслабленно:
— Ао-сэмпай похвалил меня. Сказал, что я отлично справилась с тактическим анализом в бою. — Сделав паузу, она с притворной небрежностью добавила: — Еще сказал, что мой стиль очень похож на твой.
Произнося это, она не смотрела на него. Китахара Каэдэ не стал развивать эту тему, лишь спокойно ответил:
— Если Ао это заметил, значит, ты хорошо усвоила уроки.
Теруми Мэй ощутила легкое раздражение:
— И это всё, что ты скажешь?
Каэдэ склонил голову:
— А что ты хотела услышать?
Мэй отвела взгляд и уставилась на противоположную стену:
— Ничего.
На несколько секунд повисло молчание. Каэдэ не стал настаивать и сменил тему:
— Как думаешь, почему покушение Дзабудзы провалилось?
Лицо Теруми Мэй стало серьезным. Она немного подумала.
— Потому что он полагался только на себя. Он достаточно силен и жесток, чтобы пробиться в самый центр. Но у него не было пути к отступлению и никакого дальнейшего плана. Даже если бы он убил Ягуру, деревне от этого лучше бы не стало.
Каэдэ посмотрел на нее и кивнул.
— А теперь копни глубже. Неужели сам Ягура является корнем всех проблем?
Теруми Мэй подняла голову:
— Если убить Ягуру, не станет ли следующий Мизукаге еще хуже?
Задав этот вопрос, Мэй изменилась в лице. Она не заглядывала так далеко. Но эти слова помогли ей осознать: беды деревни — вина не одного человека. Анбу, система распределения миссий, борьба за власть среди элиты, полностью исчезнувшее доверие между шиноби — всё это пустило корни гораздо глубже, чем меч Дзабудзы.
Каэдэ не стал всё разжевывать.
— Чтобы изменить деревню, недостаточно убить одного человека. Тебе понадобится сила, умение видеть истину и надежные люди рядом.
Теруми Мэй мгновенно уцепилась за слово «истина» и открыла было рот, чтобы задать вопрос. Но Каэдэ не дал ей такой возможности.
— Ао — один из таких людей. Его Бьякуган видит то, что скрыто от остальных. Его преданность деревне — это не слепое подчинение одному человеку.
Теруми Мэй замолчала. Она поняла: он помогает ей собрать команду. Мэй опустила голову и тихо произнесла:
— Ты толкаешь меня вперед, а сам продолжаешь оставаться в тени.
Тон Каэдэ не изменился:
— Только когда кто-то идет впереди, тот, кто позади, может ясно видеть дорогу.
Теруми Мэй несколько секунд пристально смотрела на него, а затем серьезно сказала:
— Тогда не отставай.
Китахара Каэдэ кивнул.
---
Тем временем.
На столе в кабинете Гэнси лежал открытый дополнительный отчет Ао. В самом конце была написана лишь одна фраза:
«Теруми Мэй готова к выполнению миссий более высокого уровня».
Прочитав это, Гэнси никак не отреагировал. Он положил отчет на край стола, рядом с толстой папкой. На обложке папки было выведено:
«Записи о недавних странностях в поведении Четвертого».
Пальцы Гэнси еще долго лежали на этой обложке.
---