Глава 369. Одни товар — два покупателя
По правде говоря, эти «новейшие методы совершенствования» Цюй Цзяньлэй уже однажды продавал на планете-свалке.
Но сейчас, сбывая тот же товар во второй раз, он не чувствовал ни малейших угрызений совести.
На свалке истинным покупателем был Джамали, но инспектора сняли с должности, а Цзяньлэя, предоставившего технику, объявили в розыск.
Вспоминая сейчас ту сделку, Цюй Цзяньлэй понимал, что продал своё знание по бросовой цене, даже ниже плинтуса!
Ничего не поделаешь — тогда он был никем, без статуса и права голоса, так что низкая цена была закономерна.
Но некоторым людям оказалось мало выгодной сделки — они захотели упрятать его за решётку, а это уже было слишком!
Раз вы поступили бесчестно, не вините меня за ответную подлость. Что такого в том, чтобы продать товар дважды? Не двадцать же раз и не двести.
В конце концов, он попросил и этих покупателей не распространять знание за плату. Если они его не послушают, какое ему до этого дело?
Вот только… почему-то мысль о двойной продаже приносила такое приятное удовлетворение. Может, стоит провернуть и тройную аферу?
В этот момент темнокожий мужчина снова подал голос:
— Новый метод совершенствования… он для всех стихий?
— Ты о чём вообще? — Цюй Цзяньлэй смерил его презрительным взглядом. — И всё это за две твои дырявые схемы?
Дополнить формацию — задача не из лёгких, а этот тип возжелал целый набор новых методов для всех стихий. Просто отчитать его — это ещё мягко.
Темнокожий по привычке начал тянуть время:
— Я не могу решать такие вопросы. Мне нужно доложить наверх.
— Тогда не нужно докладывать, считай, я ничего не говорил, — без колебаний отрезал Цюй Цзяньлэй. — Наше сотрудничество на этом окончено. Всего хорошего.
— Я даю тебе шанс хоть как-то загладить вину, а ты не ценишь, ещё и ломаешься. Думаешь, мне это так нужно?
Энергетический рис и кристаллы по сходной цене он уже получил, так что в накладе не остался.
Он действительно хотел заполучить знания о формациях, но зачем всю жизнь гнаться за силой, если в итоге это не приносит свободы? Разве не ради того, чтобы жить легко и свободно, всё это затевается?
— Постойте! — опешил темнокожий. — Мы искренне настроены на сотрудничество!
На самом деле, он мог бы и сам согласиться на эти условия — организация дала ему право принимать решения на месте. Но он решил разыграть партию по-своему, чтобы добиться большего — и для организации, и для собственной репутации. Теперь же, услышав отказ от дальнейших переговоров, он растерялся, чувствуя, как сам себе вырыл яму.
— Искренне? — хмыкнул Цюй Цзяньлэй. — Прислать ко мне на переговоры человека, который ничего не решает… Это вы так искренность проявляете? Кого вы пытаетесь унизить?
— Хорошо, я решаю! — вмешался Хилтон. — Мы согласны на ваши условия!
Для того и нужны двое переговорщиков: один играет злого полицейского, другой — доброго. Он мысленно уже не раз обругал своего напарника. «Идиот, мы уже втянули его в это дело, получили прекрасные условия, а ты всё продолжаешь выпендриваться. Чего ты вообще хочешь?»
Надо сказать, в процессе общения с Цюй Цзяньлэем оба они допускали ошибки и оба выручали друг друга.
Цюй Цзяньлэй перевёл взгляд с темнокожего на Хилтона.
— Так кто из вас главный?
Темнокожий понял, что едва не совершил роковую ошибку, и Хилтон вовремя его спас. Он выдавил улыбку.
— Я же говорил, в нашей организации все равны. Решаем вместе.
— В общем, мои условия таковы, — Цюй Цзяньлэй не стал больше тратить слов. — Вы приносите всё, что обещали, а я даю вам один новый метод совершенствования.
— Что? — на этот раз удивился Хилтон. — Разве метод не был запасным вариантом на случай, если вы не сможете доработать формацию?
— Конечно, могу и так, — без колебаний ответил Цюй Цзяньлэй.
— Так, конечно, не пойдёт! — громко возразил темнокожий.
Они действительно отлично дополняли друг друга. Он решительно заявил:
— Знания о формациях и древняя книга… в обмен на метод совершенствования!
Хилтон ошеломлённо посмотрел на него.
— Ты с ума сошёл? Даже если мы получим новый метод, откуда нам знать, насколько он эффективен?
В его словах была логика. Если бы они смогли доработать защитную формацию, выгода была бы очевидна и предсказуема. А вот каким окажется новый метод, и не обман ли это вовсе, — кто знает? К тому же, Панда уже заявил, что не желает, чтобы на этом наживались. Если они сейчас заберут метод, не окажется ли организация со связанными руками?
Темнокожий с досадой посмотрел на него. «У тебя что, мозги водой залило? Что важнее: реальная выгода сейчас или туманные обещания в будущем?»
Он вздохнул.
— Хилтон, думаю, нам нужно сначала прийти к единому мнению. Можем доложить наверх.
Они вышли и спорили минут десять, но так и не смогли убедить друг друга. Пришлось связываться с начальством.
Ответ пришёл быстро: руководство поддержало темнокожего. Сначала нужно заполучить новый метод. Синица в руках лучше журавля в небе. В конце концов, у организации было ещё немало подобных обрывков знаний о формациях. Эта сделка станет отличной проверкой, позволит оценить возможности партнёра.
Эффективность нового метода проверить несложно. Если он окажется рабочим, сотрудничество можно будет продолжить.
Но Хилтон упрямо стоял на своём, выражая несогласие с решением руководства. Он считал, что такой обмен — не сотрудничество, а всего лишь сделка. Организация отдаёт обрывки формации и некоторые знания в обмен на новый метод. Это приведёт к неизбежному результату: как только сделка завершится, стороны разойдутся. Они не смогут поддерживать долгосрочный контакт.
А значит, организация так и не сможет проверить, удалось ли им «втянуть в воду» партнёра, ведь они не будут знать о его прогрессе в восстановлении схемы. Такой формат отношений вредил будущему сотрудничеству.
Его опасения были не беспочвенны, но руководство считало их излишними: раз смогли договориться один раз, смогут и второй. Со стратегической точки зрения, для организации было важнее как можно скорее оценить силу партнёра. Если он слаб, можно будет выжать максимум выгоды. Если же достаточно силён — придётся занять подобающее место и получать свою долю в сотрудничестве. Проще говоря, организация, в отличие от отдельного человека, мыслила глобально, и сиюминутные выгоды или потери не имели большого значения.
Цюй Цзяньлэй не собирался их подслушивать, но они стояли слишком близко, а он, ко всему прочему, развивал стихию Духа. Услышав их разговор, он невольно присвистнул: «А эта организация Гробокопателей и впрямь уверена в себе».
Организация «Клуб любителей археологии» не только была уверена в себе, но и действовала быстро. На следующий день они доставили всё, о чём договорились.
Книга с обрывками формации была копией, а несколько пособий по теории формаций — распечатками. Очевидно, они не хотели раскрывать свои источники.
К удивлению Цюй Цзяньлэя, среди прочего была и фотокопия «Троесловия». Это была копия с реплики из Башни Редких Книг, обрывавшаяся на строке «Шесть древних искусств ныне утрачены». Действительно неполная версия.
Его поразило, что под каждой строкой рукописного оригинала были густо нанесены комментарии. Они были сделаны на имперском языке, что свидетельствовало о многочисленных попытках расшифровать текст.
Некоторые иероглифы Шэньчжоу им и впрямь удалось разгадать, например: «человек», «сын», «гора», «вода» и некоторые цифры. Впрочем, это было неудивительно. Каким бы сложным ни был язык Шэньчжоу, в пиктографической письменности всегда найдутся относительно простые символы.
Видя, как он листает копию, Хилтон и его напарник почувствовали себя неловко. «Ты же вроде бы с презрением отнёсся к этой книге?»
Цюй Цзяньлэй полистал ещё немного, затем поднял голову и посмотрел на них.
— Сколько Божественных письмен расшифровала ваша организация?
При этих словах лица обоих мужчин резко изменились.
Темнокожий махнул рукой и серьёзно произнёс:
— Господин, такие вопросы задавать нельзя. Если Империя узнает, будут большие неприятности.
Цюй Цзяньлэй на мгновение замер, потом усмехнулся и покачал головой, беззаботно ответив:
— Хех, Империя часто не успевает за всем уследить.
Это были не пустые слова. Достаточно было вспомнить планету Зариф, где отряд «Алмаз» осмелился втайне от Империи добывать руду пурпурного золота. Разве Божественные письмена так важны? Когда капитал впадает в безумие, он готов продать и верёвку, на которой его же и повесят.
— Всё не так просто, как вы говорите, — услышав его слова, оба мужчины изменились в лице и замотали головами.
Хилтон посмотрел на Цюй Цзяньлэя и медленно произнёс:
— Наука о Божественных письменах — самая засекреченная дисциплина в Империи…
По его словам, ни рудники энергокамней, ни пурпурное золото, ни даже чертежи большинства видов военного оружия не могли сравниться по важности с Божественными письменами. Если кто-то посягнёт на другие ценности, в имперских законах не всегда предусмотрена смертная казнь.
Но Божественные письмена — другое дело. Преступления, связанные с ними, по тяжести приравнивались к государственной измене. Если кто-то тайно завладеет неизвестными письменами и попытается расшифровать древние книги, и Империя об этом узнает, всех участников ждёт смертный приговор. Возможно, самому искусному дешифровщику и сохранят жизнь. Но все остальные — организаторы, участники, пособники и те, кто знал, но не донёс, — не могли рассчитывать на снисхождение имперского правосудия. Даже Совершенные воины не получали поблажек, а в некоторых случаях приговор распространялся и на родственников.
Закончив объяснение, Хилтон посмотрел на Цюй Цзяньлэя со странным выражением: «А ты и впрямь смельчак!»
Он не думал, что Панда не понимает всей серьёзности ситуации. Значит, оставалось лишь одно: этот человек был донельзя дерзок!
На самом деле, Цюй Цзяньлэй был прав: хотя Божественные письмена были чрезвычайно важны, связанные с ними интересы были слишком велики. В такой ситуации было бы нереалистично полагать, что никто не рискнёт пойти на преступление. Просто действовать приходилось крайне осторожно, стараясь не попасться Империи.
Хилтон смутно догадывался, что их «Клуб любителей археологии», вероятно, тоже втихую занимался расшифровкой Божественных письмен. Но об этом, разумеется, нельзя было говорить вслух. Посторонним на подобные вопросы следовало категорически отвечать «нет».
А этот Панда осмелился так открыто об этом говорить. Это означало лишь одно: стоящая за ним сила была необычайно могущественна. Возможно, эта сила и не занималась расшифровкой, но уж точно не из-за недостатка смелости.
Получалось, что слова Цюй Цзяньлэя не были восприняты как невежество, а наоборот, добавили ему ещё больше таинственности.
Выслушав объяснения, Цюй Цзяньлэй нахмурился, немного подумал и снова спросил:
— Значит, то, что копия этой древней книги находится в Башне Редких Книг, да ещё и с этими комментариями, — это способ привлечь таланты в области Божественных письмен?
...