Глава 47 - Симуляционный тест
Лу Фэн застыл перед командной консолью. На главном голографическом проекторе в реальном времени отображались телеметрические данные и ход испытаний всех девятнадцати кандидатов.
Су Сяожун подошла ближе, держа в руках стопку распечатанных анкет. Её мягкий хвост плавно покачивался за спиной.
— Как думаешь, сколько из них пройдут? — тихо спросила она.
— Результаты покажут, — сухо отрезал Лу Фэн. — Те, кто наберёт меньше восьмидесяти баллов, отсеиваются сразу.
— Не слишком ли жестко?
— «Ураган» — это не учебная баржа, — Лу Фэн перевёл взгляд на мигающие графики. — Мне нужны готовые специалисты, а не желторотые кадеты, которых придётся с нуля учить нажимать на кнопки.
Ушки зверодевушки качнулись, но спорить она не стала.
Первые результаты пришли из капсулы Линь Тяня. Проекция его симулятора вывелась на центральный экран перед Лу Фэном.
Система сгенерировала для него стандартную задачу: грузовое судно класса Т1, маршрут от Лиры-2 сквозь мелкий астероидный пояс до ближайшей орбитальной станции. Обычный рейс, три этапа, лимит времени — двадцать минут.
Линь Тянь действовал предельно собранно, без суеты и лишних телодвижений. Взлёт, набор высоты, ложится на курс — всё чисто, выверено и по инструкции.
— Базовая подготовка на высоте, — оценила Су Сяожун.
Едва судно вошло в астероидное поле, Система резко взвинтила сложность. Осколок планеты диаметром метров в пятьдесят неожиданно сменил вектор движения и по касательной рванул прямо в борт сухогруза. Прямое попадание означало пробитие обшивки и моментальный провал экзамена.
Пальцы Линь Тяня молниеносно скользнули по сенсору. Транспортник дёрнулся вправо на пять градусов, разминувшись с каменной глыбой в считаных сантиметрах. Манёвр уклонения был выполнен безупречно — ни секундного колебания, ни лишней правки курса.
Ушки Су Сяожун встали торчком:
— А реакция у него отличная.
— У него есть боевой опыт, — заметил Лу Фэн. — На торговых путях он попадал под обстрел пиратов. Психика крепче, чем у обычных выпускников.
Проход сквозь астероиды занял восемь минут. Затем начался маршевый участок — скучная рутина, где требовалось лишь удерживать заданную скорость и вектор. Линь Тянь не стал терять времени даром и провел экспресс-диагностику бортовых систем, убедившись, что все узлы работают штатно.
Слабкой стороной оказалась стыковка.
Система предложила ему зайти на посадочный место в обветшалом доке, размер которого был на десять процентов меньше стандартного, да ещё и с парой разбитых сигнальных огней. Ему требовалось филигранно втиснуть сухогруз в узкий карман практически вслепую.
Линь Тянь правильно рассчитал гашение скорости, но на самых последних метрах корму чуть унесло в сторону. Он попытался скорректировать угол, но сделал это слишком резко, и Система немедленно сняла три балла.
Итоговый результат: девяносто семь баллов.
— Девяносто семь, весьма неплохо. Кабы рука не дрогнула в конце, выбил бы сотню, — Су Сяожун сделала пометку в его деле.
Лу Фэн кивнул. Девяносто семь баллов — отличный показатель, полностью оправдавший его ожидания. Линь Тянь вырвался в лидеры, а с учётом боевого опыта и хладнокровия он идеально подходил на роль рулевого-навигатора.
Затем внимание переключилось на капсулу номер три, где проходила испытание Чжао Сяоцин.
Ей достался ремонтный сценарий: повреждение двигателя на эсминце класса Т2. Вводные были крайне туманными — простой сигнальный флаг: «Нестабильная подача тяги». Никакой конкретики, ищи проблему сам. Это считалось наивысшим уровнем сложности.
Оказавшись в кресле симулятора, Чжао Сяоцин не кинулась слепо следовать стандартным протоколам проверки. Вместо этого она развернула полную карту энергосистемы корабля. На голографический экран хлынули гигабайты данных: показатели силового ввода, блоки управления реактором, параметры замкнутых контуров, узловые нагрузки. От изобилия цифр и схем у любого рядового техника пошла бы голова кругом.
Су Сяожун изучила условия задания и удивленно повела ухом:
— Поиск скрытой неисправности? Это же высший пилотаж.
Восемь минут Чжао Сяоцин досконально методично вникала в схемы. Она двигалась строго по цепочке: от точки генерации вдоль всей линии распределения, задерживая взгляд на каждом узле минимум на три секунды.
На девятой минуте её тонкий пальчик замер над одной из точек. На выходе из узла глубина мощности оказалась на двенадцать процентов ниже, чем на входе. Сам по себе этот элемент энергию не потреблял — входящий и выходящий ток обязаны были совпадать. Потеря двенадцати процентов означала лишь одно: здесь кроется утечка.
Самое интересное, что этот узел не числился в первичном отчете об ошибках. Он располагался в самом неприметном месте посередине цепи.
Девушка масштабировала этот участок и вызвала его детальную структурную схему. Деградация проводящего слоя привела к возрастанию внутреннего сопротивления, и часть энергии тупо уходила в нагрев. Вот она, причина нестабильности! Дело было вовсе не в блоке управления и не в подаче топлива, а в банальном износе контактов.
Системный отчёт оказался ловушкой, созданной для того, чтобы проверить, способна ли испытуемая мыслить шире шаблонных инструкций. И Чжао Сяоцин с блеском раскусила замысел.
За оставшиеся одиннадцать минут она демонтировала повреждённый блок, заменила сгоревшие подложки и заново откалибровала параметры силового контура. Подача энергии стабилизировалась.
Оценка системы: девяносто восемь баллов.
Два балла с неё сняли за превышение нормативного времени. Но Лу Фэну было плевать на секундомер. Главное — она нашла истинную причину, не поддавшись на провокацию системы. Для инженера-механика это важнейшее качество: никому не верить на слово и всё перепроверять лично.
— Девяносто восемь! — Пушистый хвост Су Сяожун победно взвился вверх. — А крольчиха-то у нас с зубами!
Лу Фэн удовлетворённо кивнул и переключил экран на следующую капсулу.
В капсуле номер два к экзамену приступил Линь Юэ. Ему достался раздел связи.
Сценарий имитировал внезапную потерю сигнала в зоне боевых действий. Корабль на полной скорости теряет связь с базовой станцией, все диапазоны забиты белым шумом, приёмники молчат, передатчики работают вхолостую.
Линь Юэ среагировал мгновенно. Первым делом он проверил аппаратную часть — антенны и блоки в порядке. Затем вывел на экран спектрограмму помех и начал въедаться в частотный профиль шума.
— Внешнее подавление, — пробормотал он под нос.
Это был не сбой оборудования, а целенаправленный РЭБ-удар. Кто-то поблизости развернул мощный излучатель и просто забил эфир мусором.
Пальцы парня порхали по клавишам. Он задействовал систему пассивной пеленгации, определяя источник помех. Спустя десять секунд цель была захвачена: подвижный глушитель на левом траверзе в тридцати тысячах километров, маневрирующий по непредсказуемой траектории.
Линь Юэ не стал тратить время на попытки заглушить вражеский передатчик. Он активировал режим ретрансляции и перенаправил сигнал через попутный спутник связи в обход зоны подавления.
Связь восстановилась. От момента возникновения проблемы до её полного решения прошло всего четыре минуты и восемнадцать секунд.
Оценка системы: девяносто пять баллов.
Пять баллов сняли за то, что он потратил целую минуту на диагностику железных компонентов. Опытный офицер связи сразу опознал бы характер помех и перешел к спектральному анализу. Но Лу Фэна результат более чем устроил. Линь Юэ был связистом, а не оперативником службы безопасности, и способность за четыре минуты распутать такую узловую проблему говорила об отличных мозгах и хладнокровии.