Глава 233 - Объединённое заседание
В то же самое время. Главная планета Аркадия.
В полумраке кольцевого зала заседаний Объединённого командного центра Седьмого сектора Империи по обе стороны длинного стола одно за другим вспыхнули шестнадцать голографических изображений.
Каждая проекция представляла высшего командующего военной силой отдельного сектора или же его полномочного представителя.
Здесь собрался весь цвет имперского генералитета: от убеленного сединами старого адмирала из Первого сектора до вице-адмирала — жесткой женщины из Восьмого; от заместителя начальника Главного штаба Имперского флота до специального наблюдателя Военно-промышленного концерна.
В этом зале присутствовали лица всех влиятельных фракций Империи.
Совещание продолжалось уже больше часа.
Во главе стола, в кресле председателя, восседал Вэнь Цзяньхэ — верховный командующий Объединенным центром Седьмого сектора.
Его китель был застегнут на все пуговицы с безупречной педантичностью, однако темные круги под глазами и глубокая, резкая морщина между бровей выдавали крайнюю степень морального и физического истощения.
— …На северном участке Седьмого сектора масштабы сил, задействованных жуками в текущем наступлении, превзошли все имевшиеся прогностические модели, — его голос, усиленный динамиками, звучал устало, но удерживал привычную для офицера твердость.
— Оборонительные рубежи Третьего флота в первые семьдесят два часа приняли на себя удар, втрижды превышающий максимальную плотность огня, фиксировавшуюся за всю историю предыдущих конфликтов. На этот раз пришельцы бросили в прорыв не менее двадцати армад — это более двух тысяч крупных боевых единиц.
Среди голограмм приподнялась фигура пожилого мужчины — и. о. командующего Третьим флотом Хэ Юньшаня. Его голос хрипел от сдерживаемой горечи:
— Основные соединения Третьего флота после двух встречных боев были вынуждены отступить вглубь на четыре астрономические единицы. Мы потеряли сотни тяжелых кораблей, еще три десятка судов не выходят на связь — их судьба неизвестна. Потери личного состава… триста две тысячи четыреста человек. Убитыми.
В зале на несколько секунд воцарилось тяжелое молчание.
— Если не закрыть брешь на северном участке в кратчайшие сроки, авангард жуков в течение двух недель хлынет вдоль коридора прорыва, — вновь подал голос Вэнь Цзяньхэ. — И если они пройдут к гражданским транспортным артериям… Вы лучше меня понимаете последствия. Через эту зону проходят три главные торговые жилы Седьмого сектора. Перерезка хотя бы одной из них обрушит экономику сектора за три месяца.
— И что ты предлагаешь? — подал голос один из адмиралов. — Снять соединения Первого сектора и перебросить туда? Первый сектор прикрывает столицу! Стоит двинуть оттуда корабли, и в обороне Центральных миров образуется брешь!
— Я не предлагаю оголять столицу, — отрезал Вэнь Цзяньхэ. — Я говорю о необходимости бросить на северный фронт достаточно сил, чтобы сбить наступательный порыв жуков. У Имперского флота есть ресурсы, не хватает лишь решимости!
— Решимости?! — вспылил Хэ Юньшань. — Мы здесь собрались не для того, чтобы мериться решимостью! Скажи мне, откуда ей взяться, если половина командного звена выбита в первые часы? Список погибших офицеров длиннее, чем за последние три года! Я исполняю обязанности командующего меньше двух суток, с чем ты предлагаешь мне идти в контратаку?!
— С тем, что осталось! Встать и держать рубеж костьми!
— Достаточно, — Вэнь Цзяньхэ поднял ладонь, и его сухой голос мгновенно перекрыл начавшийся гвалт.
Он медленно оглядел шестнадцать мерцающих проекций, задерживая взгляд на каждом лице, и произнес:
— Командующий Третьим флотом погиб, адмирал Хэ Юньшань принял командование в критический момент, и винить его не в чем. Дыру на северном фронте мы перекрикиванием не закроем. Я уже направил в Имперский совет запрос на экстренное выделение подкреплений из Второго и Четвертого секторов.
— И каков ответ Совета?
— Ответа пока нет. Но передислокация уже началась. Позиция Имперского совета предельно ясна: продвижение жуков должно быть остановлено любой ценой.
— Переброска требует времени, а жуки нам его не дадут! Проломив оборону Третьего флота, они будут наращивать темп, пока мы перестраиваем ордера. Если ничего не сделать, через неделю их авангарды выйдут к гражданским коммуникациям!
— Именно поэтому нам нужно выиграть время на передовой. Не обязательно уничтожить врага — достаточно связать его боем и затормозить! Задержать до подхода резервов, а затем нанести контрудар!
— Но кто встанет в этот заслон? — выкрикнул кто-то из генералов. — Останки Третьего флота зализывают раны в тылу, боеспособна едва ли четверть судов! Если выгнать эти огрызки против тысяч вражеских судов, они не продержатся и полдня!
— Ты предлагаешь снова заткнуть пушки жуков мясом наших матросов?!
В этот момент у самого края зала зазвучал новый голос — глубокий, холодный, властный, не терпящий возражений.
На центральном проекторе вспыхнул новый значок: защищенный канал Имперского совета.
На пустующем месте во главе стола соткалась фигура мужчины в темно-сером строгом сюртуке. Человек был невысокого роста, с гладко зачесанными седыми волосами и темно-золотым значком Совета на лацкане.
Шум и споры в зале мгновенно утихли. Сложилось впечатление, будто кто-то повернул регулятор громкости на ноль.
Вэнь Цзяньхэ выпрямился в кресле, подтянулся, а усталость на его лице сменилась собранной суровостью.
— …Вице-спикер.
На связи был вице-спикер Имперского совета Шэнь Юнь.
В военной и политической элите Империи фигура Шэнь Юня занимала особое место. Он не примыкал ни к ястребам, ни к голубям, но с его мнением считались абсолютно все.
Проекция Шэнь Юня слегка повернула голову. Пройдясь холодно-стальным взглядом по шестнадцати замершим голограммам, он остановил взор на Вэнь Цзяньхэ.
— Генерал Вэнь. Я только что с экстренного заседания Совета. Ваше прошение о подкреплении уже запущено в работу.
Он сделал паузу, и его голос стал на тон ниже:
Вэнь Цзяньхэ подался вперед, ожидая продолжения.
— Имперский совет принял официальное решение: Первый флот с сегодняшнего дня выделяет половину своего состава и выдвигается на северный рубеж Седьмого сектора. Разработку маршрутов и боевое слаживание провести совместно со штабом Седьмого сектора.
Зал ахнул. На лицах генералов и адмиралов проступили самые разные эмоции: от изумления и шока до нескрываемой тревоги.
Первый флот был элитой из элит, щитом столицы и центральных миров. Забрать у него половину сил означало обнажить сердце Империи.