Глава 930. Питомец тоже должен быть профессионалом
Столь сильное истощение Юй Шижань и Хэйсы было явно связано с выбранной ими тактикой боя. Особенно тяжело приходилось Хэйсы, ведь на неё ложилась львиная доля нагрузки. С другой стороны, раз уж они решили избегать прямого столкновения и не сражаться с Бабочкой на земле, это косвенно подтверждало один факт…
Этот человек по прозвищу Бабочка… очень силён!
Насколько именно, Лин Мо пока не знал… но, осознав это, он уже начал втайне остерегаться.
— Ты говорил, что суть его сверхспособности — это окукливание и превращение в бабочку, верно? — спросил Лин Мо, не сводя глаз с Бабочки и делая шаг назад.
Крики Тана Хао уже ослабли, но, судя по тому, что он продолжал кашлять кровью, эта встряска принесла ему не только боль. Услышав вопрос Лин Мо, он сначала замер, а затем тут же напряжённо ответил:
— Да… да!
«Только не тряси снова!» — взмолился про себя Тан Хао.
Этот парень жесток, а панда ему отлично подыгрывает! Ненависть к Лин Мо в его сердце поутихла, зато для Сяо Бая он нашёл точное определение: «верная лапа Лин Мо… медвежья лапа! Понимает намерения хозяина без единого взгляда… зачем питомцу быть таким профессионалом?!»
— Расскажи вкратце, — велел Лин Мо.
Тан Хао виновато покосился на Бабочку и после недолгого колебания тихо заговорил:
— Процесс окукливания мы уже пропустили, но я могу примерно восстановить картину… В общем, любая атака, которая становится для братца Ци потрясением, может спровоцировать его окукливание… А если рана будет смертельной, то он окуклится наверняка.
— Так называемое окукливание… на самом деле, это процесс перестройки его тела. Эм… возможно, просто слово «перестройка» тебе непонятно, но если учесть его личные особенности, ты поймёшь, о чём речь. — Тан Хао рассказывал довольно подробно, но по сложному выражению, то и дело проскальзывавшему в его взгляде, было видно, что он всё ещё разрывается между двумя огнями.
Однако в такие моменты Сяо Бай молча опускал свою огромную голову и, пристроившись за затылком Тана Хао, легонько дышал ему в шею. И хотя внешне панда выглядел довольно добродушно, от одной мысли, что сзади на его голову нацелена окровавленная пасть мутировавшего зверя, Тан Хао терял всякое самообладание.
«А-а-а! К чёрту сомнения! Главное — выжить! Сейчас остаётся только действовать по обстоятельствам!»
В душе Тан Хао был довольно труслив…
— Он может изменять свои голосовые связки и, возможно, даже строение тела. Как думаешь… может ли он менять и внутреннее устройство? Например, перемещать внутренние органы… — дойдя до этого места, Тан Хао заговорил странным тоном, а закончив, поспешно добавил:
— Это лишь мои догадки…
— Догадки это или факты, я и сам разберусь, — с лукавой усмешкой взглянув на него, ответил Лин Мо.
При виде этого взгляда у Тана Хао сердце ухнуло в пятки.
— Ладно, хватит тратить время на оправдания. Смысл окукливания я примерно понял. Проще говоря, это способ избежать смертельных ран? Но раз есть ещё и стадия превращения в бабочку, значит, после перестройки тела с ним происходит ещё одно, более значительное изменение? — спросил Лин Мо.
— Эм… да. — Тан Хао был подавлен. Ну почему у этого человека такой острый аналитический ум? Если бы не возраст Лин Мо, он бы даже заподозрил, что этот парень раньше был каким-нибудь экспертом в биологии или вирусологии…
Если бы Лин Мо узнал об этих мыслях, он бы не знал, смеяться ему или плакать… Прожив год с зомби, он, конечно, знал общие вещи получше обычных людей! Но цена, заплаченная за эти знания, была такой, что обычный человек её бы не вынес!
«Ты думаешь, почему я укреплял своё тело?! Разве с девушками-зомби справится обычный человек?! Умереть от… истощения — это не шутки! А ещё есть риск заразиться в любую минуту! Радуются они или злятся — всё равно любят наброситься и укусить! Иногда они даже целятся в определённые выступающие части тела!! Хоть и не кусают по-настоящему, но всё равно пугаешься до чёртиков! Но так, пугаясь раз за разом, я, кажется, стал гораздо спокойнее и теперь могу без тени смущения ходить в туалет…»
…Конечно, Тан Хао этого не сказал, так что Лин Мо продолжал молча хранить эти горько-сладкие переживания в глубине души…
— Такое изменение я вижу впервые… — начал было Тан Хао, но, вспомнив недавний взгляд Лин Мо, тут же поправился:
— Я имею в виду, таким я его вижу впервые… Раньше его татуировка никогда не становилась кроваво-красной…
— Не знаю, что означает кровавая бабочка, — с горечью продолжил Тан Хао, — но, если подумать, это может быть признаком предельного напряжения, даже истощения сил… В обычном состоянии после превращения в бабочку его стойкость к ударам и скорость увеличиваются почти вдвое, а боевые способности соответственно возрастают. Ты, должно быть, заметил, что его способность преображаться в ответ на угрозу — это прототип моей собственной… По сути, это просто прямая внешняя стимуляция. Чем сильнее полученный урон, тем активнее вирус в теле и тем быстрее регенерация клеток… Похоже на то, что раньше называли адреналином? Его переизбыток убивает человека, и с вирусом то же самое. Хоть он и не убивает, но, как только начинается мутация, это равносильно уничтожению личности…
Не успел он договорить, как вдруг заметил, что Лин Мо холодно смотрит на него. От этого взгляда его сердце бешено заколотилось, а на лбу мгновенно выступил холодный пот…
«Что с этим парнем не так… Такое чувство, что, как только я упоминаю зомби, он сразу так остро реагирует… Точно, он же держит мутировавшего зверя… Значит ли это, что у него какие-то особые пристрастия?» — Тан Хао снова взглянул на Юй Шижань, висевшую на стене жилого дома, и не удержался от злорадной мысли: «Мутировавший зверь, маленькая девочка… это уже не просто извращенец…»
А слова, которые до этого говорил Бабочка, он от потрясения просто пропустил мимо ушей…
— Сяо Бай, отведи его в сторону. Если в том, что ты только что сказал, есть хоть капля лжи… — Лин Мо не договорил и двинулся вперёд. Раньше он стоял на некотором расстоянии от пустыря, а теперь начал медленно приближаться.
Тан Хао передёрнуло. Не успел он ничего сказать, как Сяо Бай издал крик «Ме-гу», схватил его и оттащил назад.
— Вот незадача, теперь двое против троих, — Бабочка всё это время с улыбкой смотрел на Юй Шижань, но, заметив приближение Лин Мо, поднял руку, сплошь покрытую татуировками бабочек, и поочерёдно указал на Юй Шижань и на него.
На первый взгляд в этих словах не было ничего особенного, но Лин Мо тут же нахмурился, а его зрачки слегка сузились.
Двое против троих… Двое — это, конечно, он сам, а вот трое…
«Он почувствовал даже присутствие Хэйсы… Кстати говоря, аура зомби, исходящая от этого человека… очень сильна!» — с тревогой подумал Лин Мо, не сводя с Бабочки глаз.
Если аура зомби, исходившая от Тана Хао, была сравнима разве что с продвинутым зомби… то этот Бабочка, должно быть, мутировавший зомби-вожак…
Самым странным было то, что, хотя его слабость была очевидна, исходящая от него опасность и холод ничуть не уменьшились. Более того, при виде Лин Мо эта аура продолжала нарастать.
Это означало, что, хоть он и казался неготовым, его тело уже трепетало в предвкушении битвы…
«И к тому же в его теле скрываются две разные души… Судя по тому, что я видел, это не похоже на простое раздвоение личности, а скорее на то, что внутри него действительно появился ещё один человек. Проявляемые личности совершенно разные, и в этом его коренное отличие от Сяны. Разделение Наны и Тёмной Сяны, по сути, всё же имеет общую основу и является скорее расколом характера… Но этот человек…»
Пока Лин Мо изучал его, Бабочка вдруг тоже посмотрел на него, а затем, ослепительно улыбнувшись и нежно поглаживая щеку, произнёс женским голосом:
— От тебя тоже исходит очень странный запах…