Глава 157
Песнь Океана стоял на носу своего корабля, рассекая просторы открытого моря.
Конечно, его судно немного… пострадало, и после недавних событий ему пришлось искать остров, чтобы перевернуть его обратно и вычерпать воду. И конечно, ему потребовалось несколько часов, чтобы доплыть на вёслах до ближайшего клочка суши, но всё это было неважно.
Если никто этого не видел, он может просто отрицать, что это вообще происходило!
Кто-то, возможно, спросил бы, почему он в тот момент просто не поплыл сам, ведь это было бы быстрее и логичнее.
Песнь Океана ответил бы, что забыл, что умеет это делать.
Но кроме того, настоящий культиватор путешествует на корабле!
Или что-то в этом роде; он не был уверен, освещали ли древние тексты подобные ситуации. Но раз он настоящий культиватор и поступил именно так, разве это не означает, что так и должен поступать настоящий культиватель?!
Логика была безупречной.
Уже какое-то время он пребывал в прекрасном настроении.
Странно, но он осознал, что солнце должно было сесть уже довольно давно, однако мир теперь пребывал в вечной дымке заката.
Когда он бросил взгляд на горизонт, то увидел их.
Геркулесовы Столпы.
И казалось, будто эти Столпы не дают солнцу зайти.
Или, если присмотреться и использовать ци, он мог разглядеть, как Бог Солнца спорит с кем-то и выглядит раздражённым, потому что не может двигать свою колесницу вперёд.
Конечно, Песнь Океана понимал, что всё это происходило лишь в этой небольшой части света; иначе хаос был бы куда масштабнее.
Но его это не касалось; он просто вёл свой корабль дальше, пока тот наконец не достиг суши!
Стоило ему ступить на берег, как он почувствовал Древнюю Силу.
Сила буквально просачивалась в каждую трещину и камень этого места.
Ощущение было не слишком отличным от того, что он испытывал на Олимпе или в Атлантиде.
И теперь он чувствовал то, о чём говорил ему отец. Будто существовала стена, невидимая преграда, не позволяющая ему идти дальше.
Песнь Океана немного заволновался.
Самый знаменитый герой Греции.
Геракл для греков, Геркулес для римлян.
Хотя, несмотря на то, что остров назывался «Геркулесовы Столпы», греки в том же духе продолжали звать его Гераклом.
К счастью, сам виновник не прятался.
На самом деле, он стоял поодаль по берегу, прямо на песке.
Судя по всему, Песнь Океана подумал, что тот простоял на этом месте уже много лет.
Их называют Геркулесовыми Столпами, но, по мнению Песня Океана, они меркли в сравнении с тем, как этот человек возвышался над местностью.
Само его присутствие было словно предупреждением для любого, кто пересекал море.
Это место было не просто входом или выходом из Старого Света; можно сказать, это были врата в греческую вселенную.
Мир изменился со старых времён.
Теперь все существовали в одном мире и ходили по одним улицам как соседи, даже если игнорировали друг друга.
Но в прошлом, если кто-то осмеливался бросить взгляд на Грецию, ему пришлось бы пройти через него.
Страж, несокрушимая стена, сдерживавшая врагов Олимпа, непобеждённый.
— Приветствую, собрат по Дао! — не раздумывая, подбежал Песнь Океана. — Меня зовут Песнь Океана. Я прошу позволения пройти в Старый Свет!
Подойдя ближе, он, конечно же, почтительно сложил руки в традиционном приветствии.
Бог повернулся к нему с отсутствующим выражением лица. — Я ждал.
— Ждал? — переспросил Песнь Океана. — Понимаю, моё появление было предсказано. Пророчество о...
— Нет, я почувствовал твоё приближение сегодня утром и прождал тут весь день, — прервал его Геркулес. — Думаешь, я хочу стоять здесь часами ради каждого идиота, который пытается пройти? Мне пришлось останавливать Аполлона, чтобы он не садил здесь солнце, потому что я ложусь спать, когда темнеет.
Песнь Океана взглянул наверх и тоже увидел раздражённого Аполлона. Хотя раздражение того, казалось, было направлено на Геркулеса.
Песнь Океана моргнул, потому что ему смутно почудилось, что Бог Солнца показал Геркулесу неприличный жест.
— Ох... — его энтузиазм поугас.
— Ну, давай, к делу. Что тебе нужно?
Песнь Океана разглядывал героя, ставшего богом. Тот был крупного телосложения. На нём была пурпурная тога, украшенная золотом, и выглядела она опрятно, несмотря на песок и близость океана. За плечом он держал дубину, больше похожую на бейсбольную биту.
— Я прошу разрешения пройти, Великий Бог.
— Нет.
— Пожалуйста?
— Что ж... раз уж ты так вежливо попросил... нет.
— Почему нет?
— Потому что ты мне не нравишься, — просто сказал он.
— Но мы никогда раньше не встречались, — указал Песнь Океана.
— Верно. Но я знаю, кто ты. Мне же до сих пор сообщают о происходящем, понимаешь? Я ржал как сумасшедший, когда услышал, что яблоню той стервы украли. А ты ведь тот, кто её вернул, верно? Вот почему я тебя не пропущу.
— Но разве ты не обязан меня пропустить, если я выполню твоё испытание? Ты же должен дать мне испытание, да? — Песнь Океана лишь смутно припоминал здешние легенды.
Древние тексты, к сожалению, не были очень подробными.
— Нет, не обязан, — ответил Геркулес. — Но... ладно, — пожал он плечами. — Пожалуй, могу кинуть тебе кость. — Он облокотился на дубину. — Развлеки меня.
— Как?
— Это тебе решать, — сделал он жест рукой.
— Я умею играть на музыкальном инструменте! — у Песня Океана загорелись глаза. — Если я сыграю тебе песню, можно будет пройти?
— Знаешь что? Покажи, на что способен; если сыграешь что-то стоящее, я тебя пропущу, — ответил он.
— Зажигай, циклопёнок! — крикнул с неба Аполлон, внезапно проявив гораздо больше интереса к происходящему.
— Узрите! — Песнь Океана достал цитру. — И станьте свидетелем моего музыкального мастерства.
Как Нефритовый Красавец, Песнь Океана инстинктивно умел играть на цитре и не нуждался в практике.
Он сел, скрестив ноги, и приложил все усилия. Все его эмоции, его сердце и душа устремились в перебор струн.
Резкий визг заставил наблюдавших богов содрогнуться.
И это было только начало.
Визг и фальшивые ноты заставили их обоих стиснуть зубы и заткнуть уши.
«Музыка» продолжалась, к их всё более ужасающему выражению лиц. Никогда ещё Геркулес не думал, что его может одолеть что-либо, тем более музыка, но сейчас он чувствовал, как подкашиваются ноги, и был почти уверен, что уши начали кровоточить.
— Хватит! — взревел он, ударив ногой по земле, и волна песка накрыла циклопа.
Песнь Океана выплюнул пригоршню песка. — Достаточно хорошо, да?!
Геркулес уже собрался ответить, высказать своё искреннее мнение, но не успел и слова вымолвить, как взглянул вверх, услышав, как Аполлон, бог музыки, издал вопль боли, свалился с колесницы и рухнул в океан в нескольких милях от берега.
— Это отвечает на твой вопрос? — фыркнул Геркулес.
— Он был так тронут, что пал с Небес...
Геркулес шлёпнул его по затылку.
— А если я сыграю другую песню...
— Я ударю тебя дубиной, — предупредил Геркулес.
— А что, если я сыграю другую песню, если ты меня не пропустишь? — Песнь Океана был сообразительным.
Геркулес посмотрел на него и медленно приподнял бровь. — Ты мне угрожаешь?
— ...да, — нерешительно ответил он.
Геркулес наклонился к нему. — Тебя когда-нибудь запускали в верхние слои атмосферы на десятой скорости звука?
— Нет?
— Что ж, давай, сыграй ещё; тогда узнаешь, каково это, — он улыбнулся, но в улыбке чувствовалось неприятное давление.
Песнь Океана осторожно убрал цитру.
Истинно, этот собрат по Дао просто не способен оценить мастерство настоящего Нефритового Красавца.
— Чувствую, меня обижают, — надулся Песнь Океана.
— Это закаляет характер, — даже не попытался скрыть это Геркулес.
Песнь Океана встал, отряхиваясь. — Как насчёт соревнования по плаванию?
— Думаешь, я идиот? — бесстрастно спросил Геркулес. — Во-первых, ты выродок Посейдона. Во-вторых, я не могу покидать остров.
— Победа из-за неявки противника — всё равно победа, — твёрдо заявил Песнь Океана.
— Как насчёт игры «Кто дальше забросит циклопа в океан»? — он похлопал по дубине.
Песнь Океана сглотнул.
Было странно.
Ощущение опасности было сильнее, чем когда он сражался с Аресом.
Возможно, это имело смысл.
Геркулес, как бог, не используя божественную форму, был сильнейшим богом в Пантеоне. Ниже порога Божественных Форм Геркулес был непобедим.
Когда он был ещё полубогом, он побеждал многих богов в боях или состязаниях.
Наделённый Божественной Силой.
Так что о схватке не могло быть и речи.
Может, в полную силу у него и нашлась бы какая-то смелость. Но он ещё не полностью оправился после битвы с Аресом. Его Расширение Доменов всё ещё не вернулось; цена за то, чтобы выдержать вес запечатывания Божественной Формы Ареса, была велика.
Однако даже так Песнь Океана не был тем, кого можно безнаказанно обижать!
Не обязательно состязаться в силе! Но как насчёт мастерства? У него был козырь в рукаве; у него были воспоминания из прошлой жизни. Смутные, но некоторые вещи давались ему естественно.
Годы повторяющихся действий, игр, тренировок.
Он встал и сделал шаг вперёд, оказавшись в дыхании от Геркулеса, и ткнул его в грудь. — Ты умеешь играть в мяч?
Геркулес моргнул. — Что?
— Я сказал, ты умеешь играть в мяч? — он снова ткнул бога силы в грудь. — Сможешь меня обыграть? Никаких божественных сил, никакой сверхсилы.
Геркулес долго смотрел на него, затем поднял дубину. Песнь Океана на мгновение забеспокоился, пока тот не отшвырнул её на десятки футов в песок.
Она рухнула на землю с глухим ударом, от которого остров содрогнулся.
Затем она начала менять форму и расти. И из песка поднялась баскетбольная площадка, пока полностью не возникла, песок осыпался с её краёв.
Это была стандартная баскетбольная площадка, какую можно найти на многих углах в Нью-Йорке.
Геркулес не отрывал взгляда от Песня Океана, когда протянул руку к застрявшей в небе колеснице. Колесница дрогнула и рванула к его ладони, превращаясь в баскетбольный мяч.
Геркулес поймал его одной рукой, затем небрежно отбросил за спину.
Песнь Океана наблюдал, как мяч пролетел по воздуху и идеально прошёл через кольцо.
Вслед раздался шелест сетки почти с полной площадки.
— Умею ли я играть в мяч? — переспросил Геркулес. — Я Бог Спорта.
— ...были допущены ошибки в расчётах, — сглотнул Песнь Океана.
Если бы кто-то спросил.
Он бы признался.
Он даже не знал, что существует Бог Спорта.
Но Песнь Океана не был трусом!
Он подошёл и поднял мяч. Тот был тёплым в руках, вероятно, потому что был сделан из солнца. Он задался вопросом, почему на улице всё ещё светло, но решил не углубляться.
Он почувствовал вес мяча в руках; примерно таким, каким запомнил. Прошли годы с тех пор, как он в последний раз брал в руки баскетбольный мяч, в буквальном смысле в прошлой жизни.
Но он также был далёк от того робкого и слабого смертного, каким был прежде.
Будто его тело помнило.
Его руки сами ложились как надо, даже ноги двигались правильно.
Он бросил мяч, и тот плавно понёсся по ветру; лишь тихий звук сетки, поймавшей его, указал на то, что бросок был точен.
— Собрат по Дао, — обратился к нему Песнь Океана, делая жест «давай, выходи». — Выходи на середину.
Геркулес приподнял бровь.
Он взял мяч, направляясь к центру площадки.
Песнь Океана встретил его, когда тот отпасовал мяч, ударив его об пол. Песнь Океана поймал и отпасовал обратно, давая понять, что можно начинать, когда захочет.
Геркулес даже глазом не повёл, начав вести мяч с профессиональной лёгкостью.
Можно было подумать, что Геркулес, даже будучи Богом Спорта, не будет так... привычен к этой игре.
Но это было бы ошибкой.
На самом деле он увлекается почти каждым видом спорта на планете.
Он смотрит все крупные матчи даже со своего острова.
— Правила? — спросил Геркулес.
— Дворовые, быстрая игра, до трёх очков, одно очко за попадание, — ответил Песнь Океана.
Именно в такую он играл чаще всего в те времена. И у него не было уверенности тягаться дольше с Богом, известным своей выносливостью.
Геркулес лишь хмыкнул и сделал несколько шагов вперёд, плавно переводя мяч между ног с каждым шагом.
Песнь Океана принял серьёзное выражение лица, встав в защитную стойку.
На лице Геркулеса играла самоуверенная усмешка, когда он начал перемещаться вперёд-назад, делая финт в одну сторону, шаг в другую, затем возвращаясь на место. Просто дразня соперника, водя его за нос.
Песнь Океана следовал за ним вплотную, не давая проскользнуть.
Геркулес сделал финт налево с вытянутой рукой, будто наконец собираясь прорваться, лишь чтобы отвести мяч назад, обвести им Песня Океана за спиной и поймать с другой стороны — издевательский приём.
Прежде чем Песнь Океана успел опомниться, тот сделал полшага назад и лёгкий прыжок, бросив мяч в кольцо.
— Первое очко моё, — заявил он высокомерно.
Мяч, как и ожидалось, пролетел через сетку.
Бог Спорта не промахнулся бы с такой лёгкой позиции; он мог бы сделать это с закрытыми глазами.
Песнь Океана ничего не сказал, подобрав мяч и отпасовав его обратно Геркулесу, пока циклоп занимал свою позицию. Геркулес забил, и теперь его очередь начинать с мячом.
Геркулес отпасовал мяч обратно, и Песнь Океана повёл его достаточно легко. Это было похоже на повторное обучение езде на велосипеде: всё приходило естественно и плавно.
Песнь Океана вёл мяч, ощущая его вес, отскок и ритм.
Его глаза были прикованы к Геркулесу, который стоял в низкой, спортивной стойке, по которой сразу было видно — он опытный и знает, что делает.
Песнь Океана сделал финт налево, затем направо. Безрезультатно. Геркулес не купился.
Он попытался сделать кроссовер и быстрый шаг к лицевой линии, пытаясь получить преимущество.
Ничего.
Казалось, Геркулес читал его как открытую книгу. Разница между ребёнком, играющим после школы, и профессиональным игроком. Что в данном случае было очень точной оценкой.
Геркулес идеально скользил рядом с ним, чётко работая ногами, со спокойным взглядом.
Песнь Океана в отчаянии сделал шаг назад и бросил в прыжке. Давление защиты было настолько сильным, что он не смог сделать чистый бросок, и Геркулес коснулся мяча пальцем как раз в момент броска.
Бам!
Мяч ударился о передний обод и отскочил далеко.
Геркулес и глазом не моргнул. Он небрежно закрыл его от кольца, подобрал отскок и отвёл мяч на линию трёхочковой зоны.
Геркулес поймал мяч от Песня Океана и небрежно отвёл его на линию, покрутив раз на кончике пальца, прежде чем опустить для низкого ведения.
— Ещё есть время сдаться, — предложил он. — Сохранишь гордость.
Песнь Океана фыркнул с негодованием. — Как настоящий культиватор, я имею гордость только тогда, когда могу поступать героически. Когда я проигрываю, тут не до гордости! — провозгласил он.
Геркулес на мгновение замешкался, раздумывая, что, чёрт возьми, не так с этим циклопом, прежде чем возобновить игру.
На этот раз он сделал несколько небрежных шагов к кольцу, а затем рванул вперёд. Как только Песнь Океана встал в защитную стойку, тот развернулся к нему спиной, сделал финт налево, затем финт направо. Он провернулся на ноге, застав Песня Океана врасплох, нашёл брешь и выпрыгнул прямо перед кольцом для лёгкого очка.
Однако у Песня Океана хватило времени прыгнуть вместе с ним, готовясь заблокировать бросок.
Но Геркулес лишь усмехнулся; как только он увидел, что Песнь Океана готов к блок-шоту, Бог Силы опустил руки и небрежно подбросил мяч под своими локтями.
Мяч мягко ударился о щит и прошёл через сетку.
— Это два, — констатировал Геркулес, приземляясь. — Осталось всего одно, малыш. Уверен, ты сможешь досчитать до трёх.
— А вот и нет, меня не учили считать! — парировал Песнь Океана, принимая его насмешки.
Геркулес снова на мгновение остолбенел, искренне задаваясь вопросом, всё ли у того в порядке с головой.
Песнь Океана занял свою позицию, получил мяч и повёл его между ног, строя игровой план.
— Знаешь, я мог бы быть добр и дать тебе забить одно-два очка, чтобы создать видимость шанса, — Геркулес следовал за каждым движением Песня Океана.
Снова любые финты, уловки, приёмы — Геркулес считывал их с лёгкостью. Как приклеенный, древний герой не давал ему ни шанса перевести дух; тот едва мог продвинуться на несколько дюймов к кольцу.
— Но спросить, умею ли я играть в мяч? — прошептал он на ухо Песню Океана.
И, словно змея, его рука проскользнула между рук Песня Океана и выбила мяч.
У циклопа не было времени опомниться, так как Геркулес уже подхватил мяч и отступил достаточно, чтобы снова перейти в атаку.
— Ты сам напросился, выродок, — заявил он, и взгляд его стал серьёзнее.
Песнь Океана почувствовал, как на него обрушивается невероятная тяжесть. Геркулес рванул к кольцу, совершенно не заботясь о Песне Океана; он собирался сделать данк, чтобы покончить с игрой.
И с каждым его шагом Песнь Океана чувствовал, как остров содрогается.
Это был не читерский приём; он не использовал Божественную Силу, свои божественные способности.
Это был просто Геркулес.
Он взмыл к кольцу, высоко держа мяч, готовый вколотить его.
Песнь Океана чувствовал вес и давление за этим движением. Он понимал, что удар легко мог расколоть и потопить остров, не будь он заключён в эту созданную магией и божественной силой площадку.
Несмотря на это, Песнь Океана не отступил.
Он не использовал ци.
Он не использовал своё Дао.
Он не использовал никакой мистики.
Он прыгнул, чтобы заблокировать.
Геркулес не остановился, но был удивлён. Чудовище перед ним отбросило все мысли о безопасности.
Едва-едва Песнь Океана ударил по мячу в его руках, выбив его.
В ответ вся сила данка Геркулеса обрушилась на него самого.
Остров, даже сквозь божественную силу, сдерживавшую удар в пределах площадки, содрогнулся. Волны пошли по земле от чистой силы, пронзившей её.
Геркулес приземлился на ноги, пока мяч откатился в сторону.
Площадка, созданная его божественной силой, треснула, а Песнь Океана лежал на земле.
Геркулес молча смотрел на него, даже когда циклоп медленно приподнялся на локоть, и кровь закапала у него изо рта и носа. Он несколько раз кашлянул, выплёвывая мокроту и кровь.
Песнь Океана попытался подняться, но снова упал лицом вниз, прежде чем смог встать на дрожащие ноги.
Геркулес знал, что тот силён.
Древний герой, сразивший многих, он мог учуять сильное чудовище за мили.
Чудовище, способное сразиться с Аресом, — не слабак.
Сила, которую он использовал, была его человеческой силой, которой, даже в том последнем движении, хватило бы, чтобы превратить сотни циклопов в месиво.
И всё же, Песнь Океана не использовал ни капли своей силы, чтобы смягчить удар, строго придерживаясь «правил», на которых договорились.
Песнь Океана лишь усмехнулся, упёршись руками в колени, чтобы не упасть. — Я не слышал гонга.
Геркулес молча протянул руку, когда Песнь Океана рухнул вперёд, закатив глаза.
Он просто дурачился с Песнём Океана.
По правде говоря, даже после его поражения он собирался пропустить его дальше. Он в основном просто издевается над теми, кто приходит, чтобы развеять скуку. Если они ему не нравятся, он обычно даёт им трудное задание или заставляет сделать что-то унизительное.
Очень редко он действительно не пропускает кого-то.
Это был один из способов, которыми он любил досаждать богам.
Он несколько мгновений молчал, держа на руках потерявшего сознание Песня Океана.
— Разрушение площадки — это фол, — наконец проговорил он. — Твоя победа, малыш. — Он перекинул Песня Океана через плечо и направился к своему дому на острове.
Примечание автора:
Песнь Океана: Ты умеешь играть в мяч?
Геркулес: Я Бог Спорта.