Глава 152
— Да, Царственный Брат. К сожалению, я не смог придумать особого и душевного подарка; молю о прощении. Однако мне удалось принести большой ассортимент алкоголя с поверхности, чтобы ты мог его попробовать.
Тритон действительно оживился.
Он не ожидал многого, но и на поверхности бывал нечасто.
— Выпьем вместе попозже, братишка.
Посейдон сидел и смотрел на сына, словно ожидая своей очереди.
Он не хотел ничего говорить; это заставило бы его выглядеть излишне жадным или глупым.
— .....
Королева взглянула на него и прочистила горло.
— А что ты приготовил для отца, малыш?
Песнь Океана моргнул.
— Для моего отца?
Спина Посейдона выпрямилась.
Он не ожидал ничего экстравагантного; его сын был еще молод и совсем не богат, как ни крути.
Скорее, это его гордость требовала, чтобы он тоже получил подарок от сына. Это, и его отцовское желание тоже получить подарок от сына.
— ... Разве щупалец наверху было недостаточно? Я могу принести еще, если хочешь, — предложил он.
Посейдон подавил желание хлопнуть себя ладонью по лицу.
Королеве пришлось прикрыть рот рукой, чтобы скрыть рвущийся смех.
Посейдон быстро махнул рукой.
— Устроим сегодня пир, чтобы поприветствовать моего сына и поздравить с вступлением в права по рождению. А пока давайте прервемся, чтобы я мог пообщаться с сыном.
Толпа в тронном зале начала медленно расходиться по приказу Посейдона.
— Идем, — Бог Морей жестом подозвал Песнь Океана. — Уверен, нам нужно о многом поговорить.
Посейдон повел его дальше вглубь дворца, в уединенное место, где они могли бы поговорить наедине, как отец с сыном.
Технически, как мачеха с пасынком тоже, потому что Амфитрита последовала за ними.
Посейдону редко удавалось установить такую связь со своими смертными детьми. Была разница между теми, кто присоединился к Атлантиде, и теми, кто этого не сделал.
Пока Песнь Океана не был «под» ним в этом отношении, он технически все еще должен был держать дистанцию.
Однако в такого рода вещах всегда были лазейки.
Приход Песни Океана в Атлантиду означал, что Посейдон мог действовать в качестве царя.
Точно так же, если бы у кого-то из детей Зевса хватило смелости подняться на гору Олимп и навестить Царя Богов таким образом, Зевс тоже был бы благосклонен к ним.
Хотя в том случае существовала опасность в лице Геры, поэтому ни у кого не возникало таких самоубийственных идей.
С Аидом было немного сложнее, потому что живые не должны были приходить и уходить из подземного мира.
Посейдон был тем, у кого было больше всего «свободы» среди этой троицы. Его дети технически могли приходить «навестить» его в Атлантиде.
Существовала, конечно, вероятность, что это станет проблемой, если этим злоупотреблять, но большинство были достаточно умны, чтобы не перегибать палку.
— Ты определенно вырос красивым молодым мужчиной, не так ли? — королева потерла его щеку. — Может, нам стоит найти тебе хорошую жену. Что думаешь, муж?
Посейдон поднял бровь.
— Ну, есть несколько принцесс, которые сразу приходят на ум. Может быть, еще и несколько младших богинь.
Глаза Песни Океана расширились от ужаса.
— Царственная Мачеха, благодарю вас за добрые намерения, но сердце этого жалкого циклопа уже занято другой. И мне кажется, я ей тоже нравлюсь.
— Хм. И не является ли эта персона случайно некой Богиней Магии? — её глаза весело блеснули.
Посейдон уже поделился с ней влюбленностью Песни Океана.
— Я тебя уже предупреждал, сын, — строго сказал Посейдон. — И если ты не знаешь, отвечает ли она на твои чувства, то, возможно, это обреченные отношения с самого начала.
Он не стал бы прямо говорить сыну оставить эту возможность, но он также заботился о сыне и не хотел видеть его с разбитым сердцем из-за холодной, бессердечной ведьмы.
— Ну же, расскажи мачехе о своих тревогах. Как женщина, думаю, я смогу расшифровать для тебя некоторые знаки. Что заставляет тебя думать, что ты ей тоже нравишься? — королева получала от этого гораздо больше удовольствия, чем ожидала поначалу.
— Она меня поцеловала, — прямо сказал Песнь Океана. — Значит ли это, что я ей нравлюсь, мачеха?
Посейдон, находясь в безопасности их уединения, хлопнул себя ладонью по лицу.
Он понял, что зря волновался за сына.
Он использовал свой трезубец, чтобы стукнуть Песнь Океана по голове.
Амфитрита ничего не сказала, потому что чувствовала, что он тоже этого заслужил.
— Ну, может быть, наложница или любовница, — предложила королева, в основном чтобы еще больше смутить Песнь Океана.
— Нет! В моем сердце будет только одна, и места для других не останется! — горячо отверг это Песнь Океана.
Королева удивилась тому, как быстро и твердо он отверг идею о множестве женщин.
— О? Ты слышишь это, муж? Он говорит, что у него будет только одна любовь на всю жизнь.
У Посейдона возникло смутное ощущение, что она делает выпад в его сторону.
— Сын, бессмертная жизнь долга. Когда-нибудь в будущем ты можешь... позволить своему взору блуждать, — Посейдон точно так же говорил это в свою защиту, на самом деле не давая совета сыну.
Он увидел, как жена подняла бровь, и слегка съежился.
— Дядя Аид сказал то же самое, — заметил Песнь Океана.
— О? — оживилась Амфитрита. — И что же ты ответил своему дяде Аиду?
Посейдон внезапно почувствовал недоброе предчувствие.
— Эм... — Песнь Океана замялся. — Возможно, мне не стоит это повторять...
— Нет-нет. Я настаиваю, — она положила руку ему на плечо. — Пожалуйста, скажи.
Песнь Океана сглотнул.
— Я сказал, что невозможно смотреть на других женщин, если у тебя на лице сидит толстая задница.
Оба бога замолчали, уставившись на молодого циклопа.
Это было далеко от того, что ожидал любой из них. Настолько, что это действительно повергло их в молчание, лишив мыслей для ответа на несколько мгновений.
Посейдон нежно положил руку на плечо сына.
— Ты воистину мой сын.
Королева почувствовала, как её лицо слегка дернулось.
Она не могла злиться на него, потому что сама фактически заставила его выложить это, несмотря на его колебания. Но даже так, она чувствовала необходимость отыграться на муже позже.
Песнь Океана прочистил горло.
— Отец, есть причина, по которой я появился так внезапно.
— Это потому, что ты боялся, что я не разрешу тебе прийти, если ты спросишь заранее? — спросил Посейдон.
Глаза Песни Океана расширились.
— Как ты узнал!?
Посейдон испустил долгий вздох и снова стукнул сына по голове.
Конец 57 Главы(по исчислению вебновел) или начало 153 Главы (по исчислению рули)
Посейдон испустил долгий вздох и снова стукнул сына по голове. — Почему ты хочешь явиться без предупреждения, сын мой?
Лицо молодого циклопа посерьёзнело. — Отец, в моем сердце завязался узел, который никак не разрешится. Я думаю о своей матери и хочу узнать, кто она.
Выражение лица Посейдона слегка изменилось. Он не ожидал, что сын придет по такому поводу.
— Ты хочешь знать, кто твоя мать, — подытожил он.
— Да, отец.
Королева молчала, давая отцу и сыну насладиться этим моментом, несмотря на её собственное отвращение к разговору об одной из интрижек её мужа.
— Возможно, тебе не понравятся ответы, которые я для тебя дам.
— Не волнуйся, отец. Хоть и есть узлы, мое сердце твердое; я справлюсь с любыми плохими новостями, которые ты мне дашь, — героически сказал он.
Он снова положил руку на плечо Песни Океана. — Ты не понимаешь. Я имею в виду, что не помню, кто твоя мать.
— Простите? — моргнул Песнь Океана.
— Ты мой сын, даже больше, чем ты себе представляешь. Я видел морскую нимфу и её сына; у неё была самая потрясающая задница, какую только можно себе представить, — вспоминал Посейдон.
— ..... — Песнь Океана замер в изумлении.
— Самая большая, что я когда-либо видел, сынок. Это была не романтика, не то что мама Перси. Я увидел её, и всё вышло из-под моего контроля.
Лицо Песни Океана стало непроницаемым.
— ...ты не помнишь её лица?
— Сынок, — он серьёзно посмотрел на Песнь Океана. — Понимаешь, когда я говорю, что ты пошел в меня. Я не просто не видел других женщин. На какое-то время весь мир перестал существовать, словно исчез.
Песнь Океана понял.
Через ужасающие образы, нарисованные его отцом, которые будут преследовать его во сне.
Он был истинным сыном своего отца.
Какое-то время Отец и Сын молча стояли, их одежды развевались вместе.
Амфитрита уже встала и ушла. Она собиралась найти одну из служанок и попросить их приготовить ложе для её мужа сегодня вечером.
***
Авторская заметка
Посейдон: Прости, сынок, твоя мамаша была просто объедением, во многих отношениях. Я даже не помню, как она выглядит.