Глава 1429. Возрождение Жемчужины Тёмной Бездны 24 Мая в 0ч
Через узоры формации, проникшие в самые глубины истинной души Чжао Жуси, Ли Фань в одно мгновение охватил все её воспоминания. Как и ожидалось от Небожительницы Единого Сердца, сумевшей объединить множество в одном, пережитые ею события поистине поражали воображение. Впрочем, сейчас это было не главным.
Ли Фань быстро отыскал то, что искал: «Заменить Небо...» – одно из драгоценных сокровищ секты Великого Дао, доставшееся после уничтожения секты Сюаньтянь. Согласно преданиям, эта техника могла не только полностью лишить последователей секты Сюаньтянь их техник совершенствования и базы культивации, но и позволяла, подобно искусной прививке, перенести все уровни и силу, обретённые практикой техник секты Сюаньтянь, на того, кто использует эту технику.
К описанию этой тайной техники Ли Фань относился с изрядной долей скептицизма. В конце концов, такие могущественные личности, как Двенадцать Правителей Закона, вряд ли могли быть так просто подчинены обычной тайной техникой. Однако как бы то ни было, большинство техник совершенствования секты Сюаньтянь брали начало в Жемчужине Тёмной Бездны, и то, что она могла их вернуть, не выходило за рамки естественного порядка вещей. Теперь Ли Фань намеревался проверить, существует ли связь между тайной техникой «Заменить Небо» и Жемчужиной Тёмной Бездны.
План был прост: использовать базу культивации, чтобы напитать Жемчужину Тёмной Бездны и вывести её из состояния, близкого к полному разрушению. После этого Ли Фань собирался применить технику превращения истинного в ложное, чтобы шаг за шагом восстановить артефакт. Что же касается источника базы культивации для Жемчужины Тёмной Бездны... Практикующая Единство Всех Чжао Жуси идеально подходила для этой цели!
Из её воспоминаний Ли Фань уже знал, что хотя она и достигла Дао через принцип "множество в едином сердце", но ядром её техники совершенствования всё равно оставалась техника Единство Всех. «Погрязла в играх, не стремится к совершенствованию, — мысленно усмехнулся Ли Фань, вынося свой вердикт. — Смогла достичь успеха в обратной силе только благодаря невероятным особенностям этой техники совершенствования».
В мгновение ока он вернулся к низине под Высокой Стеной, где находилась Жемчужина Тёмной Бездны. Диск Распада уже преобразовал тайную технику Заменить Небо в формацию. Мерцающие точки света, несущие информацию формации, незримо проникли в истинную душу старшей сёстры Чжао, расползаясь по плотной сети узоров и медленно вытягивая её базу культивации. В руке Ли Фаня постепенно формировались капли загадочной зеленой жидкости.
Чжао Жуси, разумеется, остро ощущала внезапную утрату своей базы культивации. Для существа уровня долголетия не было ничего ужаснее, чем в одночасье вернуться к состоянию простого человека. Она побледнела, не понимая, чем прогневала этого непредсказуемого Истинного Бессмертного. Скорость утечки её базы культивации нарастала, но она ничего не могла поделать, лишь беспомощно наблюдая, как эссенция, накопленная за тысячу лет упорного труда, исчезает прямо у неё на глазах.
Вскоре она осознала нечто ещё более ужасающее. С тех пор как она овладела обратной силой и стала Небожителем Долголетия мира Сюаньхуан, она превратилась в неотъемлемую часть этого мира. И хотя она всё ещё находилась на уровне долголетия, но по мере утраты огромного количества базы культивации её всё более ослабевающее тело, казалось, больше не могло поддерживать обращённые ею законы мира Сюаньхуан! Словно придавленные неимоверной тяжестью, истинная душа и тело начали пульсировать болью.
— Мм... — Чжао Жуси не смогла сдержать глухой стон, когда по всему её телу проступили бесчисленные мелкие кровавые порезы. И дело было не только в этом теле – все её воплощения оказались на грани разрушения. Боль продолжала усиливаться. Духовная сила в теле полностью иссякла, став даже меньше, чем у обычного культиватора на стадии Конденсации Ци. Чжао Жуси ощутила небывалую слабость, а чувство, будто её душу и тело дюйм за дюймом перемалывает и разрывает на части, усилилось в тысячу раз по мере истощения её силы.
Кровь хлынула из трещин, покрывающих всё тело, превратив её в окровавленное существо и смешавшись с потоками слёз. Не в силах издать ни крика, она могла лишь хрипло стонать. Страх мгновенного возвращения к состоянию простого человека и нарастающая, всепроникающая боль, терзающая душу и тело, словно перенесли Чжао Жуси назад в детство, в горы Дацин, где разбойники жгли и грабили деревню, а кровавое зарево поднималось до небес.
Прячась за деревней и глядя на свирепых бандитов, которые, казалось, заметили её и с жестокими ухмылками бежали в её сторону, Чжао Жуси была в панике. Она заметила фигуру, неподвижно стоявшую неподалеку, хотя и не помнила, когда та появилась. Словно ухватившись за единственную соломинку спасения, Чжао Жуси рыдая умоляла:
— Бессмертный наставник, спасите! Бессмертный наставник, спасите меня!
Хриплый крик, вырвавшийся из горла, казалось, слился с криком из воспоминаний. Только теперь фигурой, которую Чжао Жуси видела своим спасителем, был уже не Чжан Жун, четвертый ученик ветви Лунного Сияния секты Великого Дао, которого она впоследствии поглотила в отместку. Теперь это был Ли Фань! Размытая фигура в сознании Чжао Жуси постепенно обретала четкость. Словно откликаясь на её мольбы, Ли Фань слегка улыбнулся.
Из центра бесчисленных узоров формации в истинной душе Чжао Жуси, из призрака мира Сюаньхуан, начала сочиться необычайно чистая энергия. Поначалу она текла как тихий ручей, но в следующий миг превратилась в могучую реку, бурлящую и ревущую без остановки. В мгновение ока она наполнила тело Чжао Жуси, и эта Небожительница Единого Сердца, только что находившаяся при смерти, в один миг снова стала полна жизни и энергии.
Ощущая в своём теле эту огромную силу из призрака мира Сюаньхуан, казавшуюся неисчерпаемой, Чжао Жуси почувствовала себя сильнее, чем прежде. Кровавые следы исчезли с её белоснежной кожи, и она с глубочайшим почтением поклонилась фигуре, стоявшей в глубинах её души.
Не обращая внимания на мелкие движения со стороны Чжао Жуси, Ли Фань сейчас полностью сосредоточился на невероятно хрупкой Жемчужине Тёмной Бездны перед ним. База культивации, накопленная Чжао Жуси за всю жизнь практики Единства Всех, превратилась всего в четыре зеленые капли. Но Ли Фаню даже не нужно было особо управлять ими – благодаря таинственной связи с Жемчужиной Тёмной Бездны, энергия этой зеленой жидкости начала медленно рассеиваться в сторону находящейся неподалеку жемчужины, как только появилась.
Почти десять тысяч лет совершенствования Небожительницы Долголетия наконец позволили этому артефакту Бессмертных успешно отойти от края полного уничтожения! Сердце Ли Фаня наполнилось радостью, его духовное сознание, словно тень, тут же последовало за ней, плотно окутав Жемчужину Тёмной Бездны.
На поверхности Жемчужины Тёмной Бездны переливался цвет, подобный бескрайним синим небесам, слой за слоем пытаясь помешать изучению Ли Фаня. Эта защита, возможно, и была эффективна против простых смертных, или, может быть, если бы Жемчужина Тёмной Бездны была на пике своей силы, она смогла бы остановить Ли Фаня. Но сейчас она только что избежала полного уничтожения и находилась в полумертвом состоянии – как она могла сдержать Ли Фаня с его телом полубессмертного?
Духовное сознание, словно игла, пронзило синие небеса, стремительно ворвавшись внутрь Жемчужины Тёмной Бездны. Бум! Картина перед глазами Ли Фаня резко задрожала, и в следующий момент он словно оказался в странном месте. Двенадцать величественных дворцов, возвышающихся над облаками, окружали небосвод этого мира. В каждом дворце находилась статуя. Нескончаемый поток культиваторов поднимался с земли – они становились на колени, молились. А на статуях время от времени появлялись живые лица, казалось, они о чём-то общались с коленопреклоненными культиваторами.
Мир духов! Когда видение в сознании рассеялось, Ли Фань понял, что именно он только что увидел. Та нить духовного сознания уже была принудительно изгнана Жемчужиной Тёмной Бездны. Ли Фань не стал пытаться проникнуть снова – после этого краткого контакта, опираясь на уникальное дыхание Жемчужины Тёмной Бездны, он мог использовать технику превращения истинного в ложное, чтобы воссоздать её за короткое время!
Но Ли Фань не спешил приступать к попытке. У него уже было предчувствие, что использование техники превращения истинного в ложное для создания ещё одной Жемчужины Тёмной Бездны из ничего определённо потребует намного больше сил, чем раньше. Нужно было заранее подготовиться. Поскольку Жемчужину Тёмной Бездны пока нельзя было перемещать, Ли Фань расположился рядом, создав слой за слоем формации. Точки света, обозначающие формации уровня Бессмертных, непрерывно мерцали вокруг него. Только тогда Ли Фань почувствовал некоторое спокойствие.
«Ложное тоже становится истинным!» — тихо произнёс про себя Ли Фань, направляя божественную технику не на Жемчужину Тёмной Бездны, а на себя самого! База культивации, истинная душа, сила всех видов – все увеличилось вдвое. Ли Фань посмотрел на Жемчужину Тёмной Бездны, всё ещё чувствуя, что этого недостаточно. Немного отдохнув, он снова применил божественную технику ложное тоже становится истинным.
Утроенная база культивации не могла поддерживаться слишком долго. Ли Фань лишь дождался, пока тело привыкнет к нагрузке, затем, сосредоточив все внимание, зафиксировал взгляд на Жемчужине Тёмной Бездны. Используя тот сияющий небесно-синий цвет как ориентир, Ли Фань вспомнил мимолётное видение мира духов. Он представил существование ещё одной Жемчужины Тёмной Бездны.
(Примечание: оригинальный и бесплатный перевод читайте на LiNovel.ru)
«Ложное...»
«Тоже становится истинным!»
Ли Фань чувствовал, что это требует в десять раз больше усилий, чем когда он воссоздавал Древний источник Цан. Вероятно, потому что Древний источник Цан был просто источником энергии в единственной форме, а Жемчужина Тёмной Бездны перед ним была средоточием множества законов.
На лбу вздулись синие вены, а в следующий миг он почувствовал себя так, словно его тело опустошили. Он ощутил невероятную слабость, но увидев, что цвет Жемчужины Тёмной Бездны стал более ярким и живым, Ли Фань понял, что его попытка увенчалась успехом.
Наложенная техника ложное тоже становится истинным медленно исчезала. Усталость тела и души обрушилась как гора, но Ли Фань лишь ненадолго прикрыл глаза для отдыха, а затем снова начал копировать Жемчужину Тёмной Бездны. С каждым применением техники превращения истинного в ложное его понимание углублялось немного больше. Но как и те вещи, что были созданы из ничего, большая часть этих озарений со временем медленно рассеивалась. Оставались лишь крошечные частицы.
«Превращение истинного в ложное эфемерно и неуловимо. Но это основа моего существования, — подумал Ли Фань. — Полагаться только на каждое воссоздание истины с помощью бесконечного круговорота озарений далеко не достаточно».
В глазах промелькнула решимость, и Ли Фань, пока еще оставались озарения от предыдущего применения божественной техники, превозмогая полное истощение тела и души, снова использовал технику ложное тоже становится истинным.
В низине у подземной реки невыразимое чудесное дыхание то появлялось, то исчезало. Время медленно текло, и хотя внешность Ли Фаня не изменилась, его дыхание тоже стало каким-то необъяснимо загадочным. Воистину, словно неуловимый и отрешенный от мира истинный бессмертный!
Когда прошло время, равное сгоранию одной благовонной палочки, Ли Фань наконец ощутил, что его тело и истинная душа достигли своего предела. Тихо вздохнув, он почувствовал, как неудержимая волна усталости накатывает на него. Не обращая внимания на восстановленную, практически возрожденную к жизни Жемчужину Тёмной Бездны, Ли Фань сначала закрыл глаза и сел в позу лотоса, чтобы как следует отдохнуть.
В его сознании не осталось ни единой мысли, ни единого ощущения — казалось, он погрузился в глубокий сон. Лишь смутно, словно в далеком мареве, мерцали бесчисленные точки света, которые вспыхивали и тут же гасли, снова погружаясь во тьму. Этот завораживающий танец света и тьмы продолжался без конца.
Прошло три дня, прежде чем Ли Фань наконец воспрял духом. Благодаря кратковременному, но невероятно интенсивному, почти предельному использованию техники "ложное тоже становится истинным", он получил озарение о превращении истинного в ложное, сравнимое с тем, что дают почти пять применений [Истины].
«Это произошло потому, что я впервые решился на такие непрерывные предельные попытки, — размышлял он. — Они пробудили мои прошлые, давно забытые озарения о превращении истинного в ложное. В следующий раз такая практика уже не принесет столь впечатляющих результатов, но все равно это имеет огромное значение».
После этой попытки Ли Фань осознал важную истину: озарения о превращении истинного в ложное, полученные при каждом использовании [Истины], существенно отличались от тех, что он получал при собственных попытках имитации. Несомненно, озарения от применения [Истины] были чище и ближе к истинной сути, тогда как его собственные достижения, хоть и были слабее, зато легче поддавались контролю.
«От понимания до практического применения еще предстоит пройти долгий путь, — размышлял Ли Фань. — Каждое использование [Истины] углубляет моё понимание, но практическое применение — это то, что я должен освоить самостоятельно».
В его сердце словно забрезжило новое понимание, и в этот момент от [Истины] даже исходила лёгкая вибрация, будто она одобряла успехи своего ученика. Ли Фань задумчиво попытался продолжить общение с артефактом, но в ответ получил лишь молчание.
Слегка покачав головой, он временно оставил эту тему и перевёл взгляд на находящуюся неподалеку Жемчужину Тёмной Бездны. Протянув руку, он притянул её к себе, и, возможно, благодаря тому, что сам частично восстановил её, не почувствовал никакого сопротивления — этот артефакт Бессмертных легко опустился в его ладонь.
«Хотя ей удалось избежать полного разрушения, её мощь всё ещё серьёзно ослаблена, — размышлял Ли Фань, глядя на жизненную энергию, переполнявшую темную реку в низине. — Ведь вся жизненная сила, которая в ней хранилась, была извлечена для восстановления Тёмного звёздного моря».
Впрочем, Ли Фаня интересовала не жизненная сила Жемчужины Тёмной Бездны, а её легендарные, поистине чудесные способности: она могла поглощать другие артефакты Бессмертных, перенимая их функции, и даже извлекать техники совершенствования из тел мёртвых культиваторов.
После тщательного исследования Ли Фань обнаружил, что в Жемчужине больше не было духа предмета. Если бы не его восстановительные усилия, она сейчас была бы просто пустой оболочкой, полностью утратившей свои функции. Но теперь... «Функции всё ещё работают», — с воодушевлением подумал Ли Фань и с Жемчужиной вернулся в мир Сюаньхуан.
Чтобы Бессмертная «Голода» из Обители Бессмертных ничего не заметила, окружающая формация Бессмертных для сокрытия не была развеяна, а лишь превратилась в слой белого тумана, придававший Ли Фаню ещё более неземной вид.
«Поглощение артефактов Бессмертных...» — Ли Фань перевёл взгляд в сторону подземной комнаты семьи Сунь, где находилось зеркало Улян. Протянув руку вперёд, он заставил зеркало прорвать пространство и время и оказаться в его ладони.
— Кто здесь! — воскликнул дух зеркала Улян, Сунь Луяо.
Не обращая внимания на его крик, Ли Фань просто скормил зеркало Жемчужине Тёмной Бездны. Хотя оба предмета когда-то были артефактами Бессмертных и находились в сильно повреждённом состоянии, зеркало Улян явно уступало Жемчужине Тёмной Бездны. К тому же, под давлением Ли Фаня, зеркало не смогло оказать ни малейшего сопротивления и просто погрузилось в бескрайнюю тьму Жемчужины.
По поверхности Жемчужины Тёмной Бездны, словно прошёл сильный дождь, расходясь волнами ряби. Видимо, из-за чрезмерной слабости и внезапного поглощения пищи, которую она едва могла переварить, процесс усвоения занял у неё почти полдня. Когда же ливень наконец прекратился, из Жемчужины начала исходить особая, ни на что не похожая энергия.