Глава 1026. Долг перед кланом
Лу Чэнсюэ недаром считался ключевым учеником клана Лу — его умение выстраивать отношения с людьми было поистине удивительным. За те полдня, что Ли Фань тайно следил за ним, Лу Чэнсюэ встретился с тридцатью семью людьми, и каждый из них неизменно проявлял искреннюю радость и учтивость при встрече. Ли Фань, внимательно наблюдая за этими встречами, отметил, что улыбки на их лицах не были наигранными — люди действительно испытывали неподдельное удовольствие от общения с ним.
Проведя в хлопотах полдня, Лу Чэнсюэ наконец неспешно вернулся в своё убежище. Ли Фань, для которого защитные формации убежища теперь были не более чем пустым местом, бесшумно проскользнул следом. Его присутствия не заметил никто из находившихся внутри.
— Господин вернулся! — стоило Лу Чэнсюэ войти, как его тут же встретили одиннадцать культиваторш необычайной красоты — были среди них и пышные красавицы, и грациозные прелестницы. Трое из них уже носили под сердцем детей.
Встреченный таким количеством прелестниц, Лу Чэнсюэ лишь слегка кивнул с холодным выражением лица и направился прямиком в самую большую комнату в глубине убежища. Одиннадцать культиваторш, весело переговариваясь, последовали за ним. Двери комнаты с грохотом закрылись, и вскоре оттуда стали доноситься приглушенные звуки страстных утех.
Ли Фань, наблюдая за происходящим в комнате, слегка нахмурился — но вовсе не из зависти к положению Лу Чэнсюэ. На протяжении всего процесса лицо того оставалось совершенно бесстрастным, словно он не наслаждался происходящим, а выполнял некое рутинное задание.
Из разговоров между Лу Чэнсюэ и одиннадцатью культиваторшами Ли Фань узнал истинную причину происходящего. Оказалось, что рождение как можно большего количества потомков было важнейшим способом поддержания процветания клана Лу. В мире Сюаньхуан быть великодушным благодетелем было совсем не просто — порой, помогая другим, приходилось жертвовать собственной жизнью. Клан Лу мог так долго поддерживать образ благодетельной семьи именно потому, что членов клана было невероятно много. Настолько много, что клан, не колеблясь, жертвовал жизнями своих отпрысков ради укрепления репутации.
Помимо заданий, возложенных кланом, каждый год требовалось производить на свет определённое количество потомков. Каждый член клана Лу прекрасно понимал свою судьбу — неизвестно, когда придётся пожертвовать собой, поэтому своевременные наслаждения стали их привычным образом жизни. Почти у каждого было более десятка супруг, и все свободное время уходило на производство потомства. Возможно, кто-то и находил в этом постоянное удовольствие, но очевидно, что не все могли сохранять энтузиазм в этой ежедневной обязанности.
Ли Фань прямо сейчас ощущал глубокое утомление и усталость, исходящие от Лу Чэнсюэ. «Говорят, ключевой ученик клана, а все равно не избежал участи племенного жеребца. Разве что супруги достались более приятные глазу, — подумал он. — Выходит, избавив тебя от этого, я делаю не такое уж плохое дело».
Ли Фань без всякого выражения наблюдал за происходящим снаружи комнаты, дожидаясь окончания бурных утех. Когда Лу Чэнсюэ и одиннадцать красавиц наконец погрузились в дремотный отдых, он проскользнул внутрь. Лу Чэнсюэ был на уровне Трансформации Души, тогда как остальные женщины максимум достигли уровня Зарождающейся Души. Одним стремительным движением Ли Фань схватил Лу Чэнсюэ за голову и затащил ничего не подозревающего культиватора в свой подмир. Он действовал столь молниеносно и бесшумно, что даже не потревожил остальных культиваторш, исчезнув, словно призрак. Проснувшись и не обнаружив Лу Чэнсюэ, они решат, что он просто ушёл первым из-за усталости, а когда наконец заметят его исчезновение, пройдёт уже несколько дней.
В тайной комнате Мира Духовных Деревьев Ли Фань, не став будить Лу Чэнсюэ, быстро покончил с ним, позволив тихо умереть во сне. Знамения, сопровождающие гибель культиватора, он скрыл формацией — в Мире Духовных Деревьев никто ничего не заметил. Вскоре перед Ли Фанем появился излучающий кристально-белое сияние Камень трансформации Дао высшего качества.
Сейчас в Альянсе Десяти Тысяч Бессмертных было: один осколок Материнского Камня, три Камня трансформации Дао высочайшего качества и шестнадцать камней высшего качества. Ли Фань и не надеялся, что среди трёх намеченных целей окажутся обладатели камней высочайшего качества или осколка Материнского Камня. Камней высшего качества ему было достаточно — постоянно сливаясь и усиливаясь в каждой жизни, они неизбежно достигнут уровня Материнского Камня трансформации Дао.
В этом камне высшего качества всё ещё хранились воспоминания Лу Чэнсюэ. Не став сразу очищать его, Ли Фань принялся просматривать картины прошлого. «Надже, получил этот Камень трансформации Дао еще ребёнком, причем достался он ему из наследства отца, совершенно без усилий», — отметил он про себя. Отец Лу Чэнсюэ пожертвовал жизнью, спасая кого-то, а спасённый в благодарность прислал этот Камень трансформации Дао. Лу Чэнсюэ тогда был совсем юн, и этот человек, опасаясь, что клан Лу отберёт камень, тайком нашёл мальчика. Поэтому о существовании Камня трансформации Дао в клане Лу никто не знал.
Благодаря камню Лу Чэнсюэ проявил поразительный «талант». Постепенно его стали растить как ключевого ученика, пока сегодня он не погиб от руки Ли Фаня. В целом жизнь Лу Чэнсюэ была заурядной — кроме шестнадцати рождённых отпрысков, в ней не было ничего достойного упоминания. Просмотрев все картины до конца, Ли Фань покачал головой: «Жизнь обыденная и печальная. Даже мои дни в Великом Сюане были интереснее. Просто впустую потратил такое сокровище».
С нынешней точки зрения Ли Фаня, такая жизнь, конечно, не заслуживала одобрения. Но он не стал стирать воспоминания Лу Чэнсюэ, лишь отложил их в уголок, а затем начал слияние со своим Камнем трансформации Дао. Это было скорее не объединение воедино, а поглощение, усиление — ведь основой всё же оставался тот камень в море сознания Ли Фаня, уже достигший Божественную Трансформацию Дао.
По мере того как Камень трансформации Дао, хранивший жизнь Лу Чэнсюэ, рассыпался звёздным потоком света, вливаясь в море сознания Ли Фаня, его собственный камень претерпевал изменения. Словно в одно мгновение небо стало выше, земля — дальше, а всё в мире — ярче. Все детали прошлого опыта, замеченные и упущенные, большие и малые, теперь заново проявились в сознании Ли Фаня, включая мельком увиденную информацию, техники совершенствования и прочие материалы — Всё это было заново извлечено из глубин памяти.
«Между высшим и средним качеством — всего один уровень разницы, а пропасть как между Небом и Землёй. Даже представить не могу, каков уровень высочайшего качества, не говоря уже о Материнском Камне», — с лёгким вздохом произнёс Ли Фань, а в его глазах словно отражались непрерывно возникающие и исчезающие миры.
Попробовав с помощью Диска Распада Конца проанализировать формацию уровня Бессмертных, он обнаружил, что способность справляться с избыточными данными значительно возросла. Больше не возникало прежнего ощущения запутанности и растерянности, когда не знаешь, с чего начать изучение. Теперь достаточно было бегло просмотреть материал, и в голове сразу появлялось чёткое направление исследования.
Ли Фань также опробовал Линейку измерения небес. «Количество сцен, которые можно одновременно отслеживать, увеличилось в десять раз...» — получив такой количественный результат, он остался очень доволен этим приобретением.