Глава 36.2 Пожалуйста, позвольте мне быть любовником вашей светлости
Какая еще у этого может причина?
Вскоре серьезное лицо Адеуса расслабилось, и он снова начал привычно улыбаться.
Он может говорить так, поскольку не знает, через что я прошла в прошлой жизни, я понимаю. Но я ни за что не стану этого делать.
— Благодарю за совет, однако это не очень полезно для меня. Я не стану делать ничего из этого.
В ответ на мою вспышку гнева Адеус засмеялся.
— Ох, батюшки. Вы решили, что я говорю об этом? Что вам нужно ползать и умолять? — спросил он уже более спокойно.
— Простите? — я изумленно вскинула голову.
Когда наши взгляды пересеклись, я заметила, что его чистые голубые глаза были ближе, чем я думала.
— Ну, что ж, попробую еще раз.
— Попробуете что?..
— Вы подумали о том, почему виконтесса вызывает вас в суд?
Невероятно. Я хохотнула и уставилась на Адеуса.
— Как долго вы планируете надо мной насмехаться? Вы и правда держите меня за дурочку? Разумеется, она…
— Разумеется... Чтобы лишить вас права на наследство, используя в качестве предлога смерть виконта, которая произошла давно и доказательств чьей-то вины в чем так и не нашли.
Адеус усмехнулся.
— Позвольте задать вопрос немного по-другому. Вы подумали, что ваша мать, виконтесса, сможет забрать у вас право на наследство, ваша светлость?
Ни за что.
— Нет. Конечно нет.
Ответ уже был известен.
Прошло слишком много времени, и никаких доказательств, подтверждающих правоту ее обвинений, нет. Мой адвокат ясно сказал еще несколько дней назад, что мое наследство ни коим образом не может быть отнято.
— Конечно. И я, разумеется, согласен, — улыбнулся Адеус, кивая.
На что он намекал? Почему он постоянно метался из стороны в сторону?
Я прищурилась и покосилась на Адеуса, как вдруг внутри шевельнулось странное чувство.
«Погодите-ка».
Нужно было подумать всего лишь немного, чтобы прийти к этому выводу.
Адеус сам сказал, что он думал так же.
«Тогда моя мачеха тоже это понимает?»
Я притихла, погрузившись в размышления. Адеус с ухмылкой наблюдал за моим лицом.
— Позвольте сказать вам кое-что, ваша светлость.
— Сейчас?
Что он все заладил? У меня и так уже голова болит от попыток понять замысел мачехи.
Я раздраженно посмотрела на Адеуса. Последнее, что мне хотелось — чтобы он еще что-то мне сказал.
Однако он проигнорировал мой взгляд и начал говорить.
— Когда-то жила была дочь, которая получила большое наследство после того, как ее отец, виконт, покинул этот мир.
— Сэр Фотчен...
— У дочери была мать и младшая сестра, которые не были связаны с ней кровными узами. Получившая наследство дочь разорвала все связи со своей семьей и в итоге вступила в брак с другой, сильной и влиятельной.
Это я.
— Вы говорите обо мне?
— Предоставленные сами себе, мать и сестра начали быстро копить долги, поскольку их финансы постепенно истощались. Однако дочь не стала помогать им, хотя и получила в наследство все семейные активы.
— Сэр Фотчен.
Его взгляд и насмешливый тон меня оскорбляли.
Я строго его окликнула в попытке его остановить, но он не замолчал.
— Тогда кто-то распространил слух о том, что дочь, должно быть, убила своего отца ради наследства.
Першати: «!»
Я почувствовала, как кровь стремительно отлила от моего лица. Мои руки стали ледяными.
— Другие согласились с этим, говоря, что дочь из жадности решила забрать все наследство себе, да еще и выйти замуж за влиятельного мужчину. И именно поэтому она никак не помогла своей семье.
Я скованно села на стул, мертвенно бледная. Адеус злобно рассмеялся, наблюдая за моей реакцией.
— Правда не так уж и важна. Доказательств нет ни у кого.
На секунду я почувствовала головокружение, как будто меня изо всех сил ударили молотом по голове.
Все, что сказал Адеус, было правдой. Сам факт судебного разбирательства заинтересует людей и заставит их обсуждать и сплетничать.
Доказательств нет ни у кого.
Нет никаких причин обвинять меня в смерти моего отца, как и причин не обвинять.
Люди обратят внимание на то, что могут увидеть в этом деле, и в таком случае мое положение незавидное.
«Как я могла быть такой глупой?!»
Я сосредоточилась исключительно на наследстве и подумала, что моя мачеха, разумеется, попытается отнять его у меня.
Теперь я поняла, зачем Адеус предлагал мне сделать все это до суда.
Когда я от вихря эмоций закусила губу, он протянул ко мне длинный палец.
— То, что вы не знали этого — понятно.
Он нежно провел пальцем по моей с силой прикушенной губе. Его палец задержался на коже, напоминая бабочку, осевшую на цветок.
— Вы и его светлость не очень заинтересованы в светском обществе, однако слухи могут либо создать вам имидж, либо разрушить его.
Першати: «...»
— В высшем обществе люди убивают друг друга словами.
Он подозрительно улыбнулся и медленно наклонился ко мне.
— Я только что спас вас от убийства. Вы снова задолжали, мне ваша светлость, — прошептал он, как будто желая меня соблазнить.
— Вы все еще думаете, что не нуждаетесь во мне? Я могу с гордостью сказать, что лучше всех разбираюсь в подобных вещах.
— Что бы ваша семья ни сделала, я могу помочь вам, чтобы они и до волоска на вашей голове не могли дотронутся.
Я почувствовала тонкий, сладкий аромат цветов.
Инстинктивно почувствовав опасность, я сделала шаг назад, однако Адеус сделал шаг вперед вместе со мной и снова оказался рядом.
— Я стану вашим доверенным лицом. Позвольте мне стать вашим любовником.
— Пожалуйста, зовите меня «Адеус».
В раздражении я оттолкнула его лицо рукой.
Внезапно рядом раздался чей-то низкий, злой голос, напоминающий звериный рык.
— «Адеус»... Вот так?
Из-за моей спины протянулась рука и грубо отшвырнула все еще касающуюся моих губ руку Адеуса. В то же время я ощутила, как сильные руки обхватили мою талию и настойчиво потянули меня назад.
— Я думал, что уже предупреждал вас.
Я увидела, как он надежно удержал меня, чтобы я не упала.
Его руки сжали мою талию еще крепче, и он притянул меня ближе к себе.
— Не подходить к моей жене ближе, чем на 500 метров.
Хищник, обнаживший зубы и рычащий на незваного гостя.