Глава 52 - Возвращение к истокам: Гром · Усмирение Мира!
Бип-бип-бип...
Боевой браслет Е Фаня зашёлся тревожным алым сиянием из-за резко подскочившей жизненной энергии. Наручные системы трактовали такой резкий скачок как опасный сигнал: подобное происходило либо при прорыве, либо когда боец в смертельном бою активировал запретные техники или взрывал собственную кровь, утягивая врага в могилу.
Однако стоявшие рядом глава провинциального отделения Эй Хунцзюнь и глава филиала Инь Шаньнюэ не выразили ни малейшей тревоги. Вместо этого они лишь восхищённо цокали языками, откровенно завидуя.
Удача Е Фаня поражала. Она казалась не просто великой, а поистине благословленной небесами. Даже умудрённые опытом мастера не могли не испытать лёгкий укол зависти: парень только что пробудил S-ранг стихии Грома, как тут же нашёл и поглотил подходящий сокрушительный артефакт!
В боевых искусствах существовала тайная мудрость: в момент пробуждения Духовного сродства тело воина напоминает высохшую губку. Если в этот миг усвоить сокровище той же стихии, боец соберёт колоссальный куш от самого факта пробуждения. Обо этой тонкости знали лишь древние кланы, заранее готовившие ресурсы. Простые же воины, даже зная секрет, не смогли бы найти подходящий редкий предмет. А стоит сродству стабилизироваться — и скорость усвоения упадет до обычных значений, если только не случится чуда и не повысится сам духовный корень.
У Е Фаня было высшее сродство к Грому. По логике вещей, артефакты молнии — редчайшая драгоценность. Кто бы мог подумать, что этот парень по чистой случайности заимеет подобный раритет аккурат перед пробуждением!
— Не будь он человеком, я бы запер его в своей усадьбе и держал как священного зверя, приносящего удачу! — с хохотом пошутил Эй Хунцзюнь.
Инь Шаньнюэ подхватил его смех. Е Фань был его воспитанником, и чем выше тот взлетал, тем больше выгоды и славы приносил своему покровителю.
[Жизненная энергия возросла до: 1788 калорий]
Гул...
В жилах Е Фаня бушевал настоящий пожар. Пробудившаяся грозовая стихия с помощью Девятизвёздного Тела Гегемона напрямую выпила досуха всю внутреннюю грозовую эссенцию из Кости Первозданного Исполинского Слона. Пусть юноша ещё не раскрыл и малой доли потенциала своего телосложения, эта способность к поглощению поражала своей хищной властностью! Меньше чем за сутки его жизненная энергия подскочила более чем на пятьсот калорий, сэкономив ему целый месяц изнурительных тренировок!
Изначально Е Фань рассчитывал довести силу лишь до уровня седьмого-восьмого ранга Стадии Облачного Ручья к началу Главного Военного Экзамена. Но до испытаний оставалось ещё полмесяца, а его показатели уже достигли девятого ранга! К экзаменам он вполне успеет выйти на пик Стадии Облачного Ручья и, возможно, замахнётся на Стадию Звёздной Реки!
«Ого, это ещё не всё?»
Не успел Е Фань перевести дух, как застывшая в воздухе слоновья кость рассыпалась в серую пыль. Но в то же мгновение перед его взором вырос призрачный, свирепый силуэт первозданного слона величиной с целую гору. Исполин омывался во вспышках молний, крушил пики и перегораживал реки. Его чудовищное величие казалось способным втаптывать любых врагов в грязь своими подобными колоннам ногами.
В этом разбушевавшемся образе Е Фань вдруг уловил истинную суть боевого искусства. Древние люди создавали свои техники, наблюдая за дикими владыками зверей. К примеру, школа Великого Слона, к которой принадлежал Сян Шань, превозносила именно абсолютную, сокрушающую мощь!
«Система, вложи два очка прозрения в постижение этой техники слона!» — осознав, что упускать такой шанс нельзя, мгновенно скомандовал Е Фань.
Бум!
Расплывчатое видение слона, рушащего горы под ударами молний, в ту же секунду обрело невероятную чёткость. Е Фань ощутил саму суть — «Усмирение Мира»!
Озарение вспыхнуло в его разуме. Схватив с ближайшей стойки длинное копьё, он мгновенно закружил его в смертоносном танце.
— Копьё Гегемона Превосходящего Мир!
— Первая форма: Несокрушимая Сила!
— Вторая форма: Сметенье Тысяч Врагов!
Эта техника уровня Линь обладала двумя главными свойствами: пробивать любую броню и обрушиваться тяжестью горы. Раньше Семя Намерения Копья давало ей молниеносную скорость, но та не сливалась с техникой до конца, лишь оставаясь приятным дополнением. Теперь же, узрев величественную поступь древнего исполина, Е Фань внезапно поймал нужное чувство и принялся вплетать эту давящую, всепокоряющую мощь в свой рисунок боя.
— Поистине, уровень Вершины мастерства! — прошептал Эй Хунцзюнь, наблюдая, как за спиной юноши сотзидается призрак Гегемона с копьём, способного сокрушить любого врага. — В искусстве владения копьём этот парень способен заставить отступить даже меня!
— Да-да, безусловно, — пробормотал Инь Шаньнюэ, мысленно почесав затылок. «Старик, ты же вообще копьём не владеешь, к чему эти сравнения?» Впрочем, для мастера уровня Эй Хунцзюня довести технику ранга Линь до Вершины мастерства не составило бы труда. Вот только овчинка выделки не стоила: выхлоп маленький, а времени уходит куча. Тем ценнее выглядел гений Е Фаня, добившегося такого результата неполный месяц!
— Хм?.. — вдруг насупился Эй Хунцзюнь, и его лицо выразило глубокое изумление.
Инь Шаньнюэ тоже заметил: движением копья Е Фаня вернулась абсолютная, идеальная гладкость. Он разил легко, непринуждённо, словно само естество направляло древний наконечник. И вместе с тем в каждом выпаде таилась смертоносная ловушка. Стоило противнику оступиться — и копьё мгновенно пробило бы его насквозь.
— Возвращение к истокам!.. — голосом, дрогнувшим от шока, выдохнул Инь Шаньнюэ.
Эй Хунцзюнь молчал, но его глаза горели всё ярче.
— Это ещё не конец... Нет, это только начало! Он... он создает собственный стиль! — поражённо воскликнул главнокомандующий.
— Что?! Создает... стиль?! — выкрикнул Инь Шаньнюэ и тут же зажал себе рот ладонью, боясь спугнуть озарение юноши.
В какой-то момент копьё Е Фаня обрушилось вниз. За его спиной на мгновение возник могучий Гегемон, восседающий верхом на грозовом слоне! Сила этого удара оказалась настолько свирепой и неудержимой, что явно перешагнула рамки начального уровня Линь.
Получилось?!
Два мастера переглянулись, видя в глазах друг друга ошеломление. Эй Хунцзюнь ещё сохранял обладание, пережив на веку немало бурь, а вот Инь Шаньнюэ был готов сойти с ума. Рядом с этим монстром он чувствовал себя серой посредственностью!
— Третью форму я назвал: Гром · Усмирение Мира, — произнес Е Фань, опустив копьё, и тут же наткнулся на горящие взгляды двух старших, смотревших на него так, словно собирались съесть живьём...