Глава 477. Дурак — лучший противник для мастера
И это было только начало. Донесения от дозоров посыпались одно за другим: здесь обнаружен отряд в десять тысяч человек, там — в двадцать пять. На десяти километрах, отделявших лагерь коалиции от озера, полмиллиона солдат умудрились рассыпаться на полтора десятка обособленных групп.
— Неужели они задумали окружение? — Сян Юй стоял в штабной палатке, вглядываясь в наспех набросанную карту. Он в замешательстве потирал затылок, пытаясь отыскать в действиях врага хоть какой-то смысл. — Но в их расположении нет никакой логики! С одного фланга набились сотни тысяч, с другого — жалкая горстка. Какой в этом план? Может, наши разведчики что-то упустили?
Заместитель поспешил заверить:
— Генерал, у них нет ни одной лошади. Наши всадники рыщут повсюду, словно ветер. Противник виден нам как на ладони, никакой крупный отряд не мог укрыться от наших глаз.
Сян Юй кивнул, признавая правоту помощника. Без кавалерии и на такой открытой равнине спрятать армию невозможно. Луки врага были никудышными, ловушки не поставлены — действия противника были прозрачны. Но именно эта прозрачность и пугала. Если они не собираются его окружать, то зачем так растягивать силы?
Сейчас лагерь у озера был обложен со всех сторон в радиусе десятков километров. Формально это была осада. Но фактически армия врага рассыпалась в пыль, лишившись возможности поддерживать друг друга. Сян Юй мог в любой момент взять десять тысяч всадников и прорубить брешь в любой точке, вырезав тридцать-сорок тысяч человек прежде, чем соседи сообразят, что происходит.
Враг знал, что воины Цинь сильны. Он знал об их превосходном снаряжении и маневренности. Он выставил десятикратное преимущество в живой силе. До этого момента всё шло логично. Но почему, едва выйдя за ворота, этот полумиллионный молот разлетелся на осколки? Разве не следовало сжать кулак и одним ударом снести лагерь, решив проблему с водой? Даже если они хотели запереть Сян Юя на берегу, тактика была абсурдной. Группы стояли на разном удалении: кто-то в километре, кто-то в десяти — даже дальше, чем сам основной лагерь коалиции.
Сян Юй пересматривал карту снова и снова, пытаясь разгадать этот «гениальный» замысел. Он не понимал, чего они ждут. Противник просто стоял, словно выжидая, кто первым пойдет на рожон.
— Неужели... — Сян Юй осекся и переглянулся с заместителем. — Неужели они так боятся нас, что никто не хочет вступать в бой первым?
Помощник уверенно кивнул:
— Похоже, это единственное разумное объяснение.
— Нет-нет, — Сян Юй покачал голвой. — В войне всегда есть скрытые пружины. Они объединили столько фракций, они не могут быть настолько бестолковыми. Возможно, где-то в недосягаемости наших дозоров готовятся ловушки или засады... Прикажи разведчикам расширить зону поиска до ста миль! Проверить каждую ложбину, каждый холм!
Честно говоря, по его первоначальному плану, он должен был ударить по врагу в лоб, как только тот покажется на горизонте. Имея тридцать тысяч тяжелой конницы, он мог прошить строй в полмиллиона человек, как раскаленный нож масло. Смять ряды, посеять панику — а дальше началась бы обычная резня. Но этот нелепый маневр врага сбил его с толку. Сян Юй боялся неизвестного, боялся скрытого умысла, которого не мог постичь своим чутьем великого тактика.
Случается, что непроходимая глупость — лучший щит против мастера.
Весь день Сян Юй просидел в напряженном ожидании, пока к вечеру не поступили уточненные данные. Сначала вернулись дозоры, обшарившие округу на сотню миль: никаких засад, никаких скрытых сил. Затем пришла весть из Города Будущего от агентов Кюсю, внедрившихся в штаб коалиции.
Суть донесения была проста: в лагере коалиции царит полная анархия. Фракции грызутся за каждый паек, единства нет и в помине. Эти пятьсот тысяч человек были собраны из десятка разных банд и группировок, каждая из которых преследовала свои интересы. Командиры этих отрядов подчинялись только своим вождям и больше всего на свете боялись потерять людей.
В конце донесения генералы, оставшиеся в Городе Будущего, советовали Сян Юю бить именно по этой разобщенности. Отсутствие единого командования делало эту армию колоссом на глиняных ногах.
Прочитав это, Сян Юй долго молчал. Оказалось, что он, проявив несвойственную ему осторожность, весь день сражался с собственной тенью. Он маневрировал и выжидал, а на деле — просто «фехтовал с воздухом».
Сян Юй почувствовал, как к лицу приливает жар. Он неловко покосился на офицеров в палатке, а затем небрежно бросил свиток с разведданными в жаровню.
— Генерал? Что в донесении? Каков наш план? — спросил заместитель.
— Кхм, — Сян Юй кашлянул, стараясь придать голосу важности. На первый вопрос он отвечать не стал, сразу перейдя к делу. — В донесении нет ничего существенного. Пустая болтовня. Лучше взгляните на карту, которую принесли дозоры. Вот так эти крысы распределились по местности. Ну же, говорите, с кого мы начнем завтрашний завтрак?