Глава 97 - Пощёчины для Су Сяньсянь
Отработав два хлестких удара, Лу Хуа брезгливо швырнул Су Сяньсянь в сторону. Девушка отлетела к стене и с глухим стуком осела на паркет.
И пока она, задыхаясь от шока, оглашала дом неистовыми воплями, Лу Хуа неспешно достал из кармана бумажный платок и с особым, утонченным изяществом принялся протирать пальцы, касавшиеся её кожи.
Его движение — брезгливое, отстранённое, словно он случайно испачкался о придорожную грязь — врезалось в память Су Сяньсянь отравленной иглой.
— Лу... Хуа!! — взвизгнула она, судорожно прижимая ладонь к пылающей щеке. — Ты... ты ударил меня?! Ты посмел поднять на меня руку?! Ты ещё и гнушаешься мной?! Да как ты смеешь?!
Дикая пропасть между тем, кем он был для неё раньше, и тем, кем стал сейчас, сводила её с ума.
Скомкав салфетку, Лу Хуа с равнодушным видом бросил её в мусорную корзину. Лишь затем он бросил короткий взгляд на девушку, чьи глаза наливались откровенной ненавистью, и сухо ухмыльнулся:
— Ну что, теперь до твоих мозгов дошло? Ты всерьёз решила, будто я разыгрываю спектакль, чтобы вернуть твоё внимание? Нет, дорогая. Ты мне просто глубоко, до тошноты омерзительна.
Он шаг за шагом приблизился к ней, и его аура подавила её остатки спеси.
— Подбери сопли и спрячь свою блядскую спесь. Держись от меня подальше. В моих правилах нет пункта «не бить женщин». Если продолжишь открывать пасть — я сверну тебе шею. Поняла?
«Поняла...»
«Ты мне до тошноты омерзительна...»
«Блядская спесь...»
Су Сяньсянь замерла, не в силах вымолвить ни слова. Раньше Лу Хуа никогда не позволял себе подобных слов! Он боготворил её, он носил её на руках! А только что... он наотмашь влепил ей две жестокие пощёчины! Как он мог?! Какое право он имел?! Неужели в его сердце не осталось ни капли жалости?!
Слёзы обиды и унижения застлали её глаза. Вскочив на ноги, она с диким рёвом ринулась вниз по лестнице, захлопнула дверь своей спальни и зашлась в истерическом плаче:
— Ы-ы-ы-ы... Ты пожалеешь! Ты обязательно пожалеешь об этом!..
Оставшийся на третьем этаже Лу Хуа лишь покачал головой.
«Чем уродливее душа, тем больше тщеславия...»
Хотя после пробуждения Лу Хуа ещё не встречал истинных красавиц, а Су Сяньсянь по меркам Аньши считалась едва ли не первой кокеткой, для него она была откровенно дурна. И дело было не в личной неприязни — она казалась ему уродливой на каком-то подсознательном уровне.
Не восстановив память полностью, Лу Хуа не мог объяснить этого чувства. Но причина была проста: его глаза помнили божественный лик пяти его названых сестёр и неземную, сокрушающую миры красоту Цзян Хуа. Человек, видевший ангелов, никогда не позарится на жабу.
***
До начала торгов на аукционе древностей оставался ровно час.
Все магистрали, ведущие к зданию аукциона из соседних городов, застыли в мёртвых прообках. То и дело из роскошных лимузинов выскакивали влиятельные господа и в окружении целых отрядов телохранителей бегом устремлялись к главному входу.
Но пока город охватывала безумная лихорадка, сам виновник торжества сохранял олимпийское спокойствие.
— Господин Лу! Наконец-то вы пришли! Я уж думал, с ума сойду от ожидания! — дежуривший у бокового входа управляющий, едва завидев силуэт Лу Хуа, словно озаренный солнечным светом, мгновенно бросился ему навстречу. — Торги вот-вот начнутся! Я только вас с эликсирами и фимиамом и ждал!
Один бог знал, в каком аду нервного напряжения находился этот человек!
Лу Хуа пошарил в кармане и протянул управляющему скромный коробок:
— Всё внутри. Чжан Хун и остальные уже приехали?
— Да-да, они на втором этаже в VIP-ложе! Я лично провожу вас! — управляющий принял коробочку с такой бережностью, будто ему в руки передали хрустальную судьбу мира.
В VIP-ложе второго этажа атмосфера накалилась до предела. Старейшина Тан, Чжан Хун и Лекарь Вэнь не находили себе места, беспрестанно поглядывая на дверь и нервно постукивая каблуками.
Чжан Хун сделал глоток остывшего чая, не сводя взгляда с дверного проёма:
— Время на исходе, почему Лу Хуа всё нет? Вы видели, в каком состоянии управляющий? Всё готово, не хватает лишь самого главного!
Лекарь Вэнь пригубил свой напиток:
— Ты уверен, что нервничает управляющий, а не ты сам?
— Я?.. С чего бы мне... — начал было Чжан Хун, но не успел закончить.
Дверная ручка дернулась. Чжан Хун тут же швырнул пиалу на стол и ринулся к входу! Лекарь Вэнь и Старейшина Тан, переглянувшись, с поразительной прытью рванули следом, буквально зажав входящего в дверях.
Вошедший Лу Хуа лишний раз убедился в безумии происходящего.
— Проходи, проходи, Лу Хуа! Садись скорее! — за все годы знакомства они ни разу не видели Чжан Хуна с такой подобострастной, счастливой ухмылкой.
Лу Хуа опустился в кресло и, достав из кармана три небольших футляра, раздал их присутствующим.
В следующую секунду почтенные мужи с почти религиозным трепетом приняли дары. Они одновременно больно щипнули себя за руки и, убедившись, что это не сон, синхронно издали глуповатые смешки.
И в этот самый момент над главным залом разнёсся чарующий, бархатный голос ведущей:
— Приветствуем всех почтенных глав семейств, прибывших к нам из самых отдаленных уголков нашей провинции! Как вы уже знаете из анонса аукциона древностей, гвоздем сегодняшней программы станут не только знаменитый Успокаивающий фимиам, но и величайшая драгоценность — эликсир класса «А»!
Она выдержала паузу, наслаждаясь воцарившейся тишиной:
— Возможно, кто-то из присутствующих ещё не сталкивался с артефактами подобного уровня, поэтому я позволю себе пояснить. Будь то тяжелейшие травмы после аварии, смертельное отравление или терминальная стадия болезни — пока в теле теплится хоть капля жизни и бьётся сердце, эликсир класса «А» способен вырвать человека из лап смерти! Любые формы рака, известные человечеству, поддаются его воздействию...
Едва эти слова сорвались с губ ведущей, как глаза многих присутствующих налились кровью от возбуждения.
Рак! Тяжёлые травмы! Смертельные яды!
Каким бы тяжелым ни было состояние, пока ты жив — эликсир спасет тебя! Как после этого можно было сохранять рассудок? Люди, стоящие во главе огромных кланов, ежедневно подвергались рискам. Кто мог гарантировать себе вечное здоровье? Теперь же одна-единственная драгоценная жемчужина предлагала им вторую жизнь!
— Боги... — прошептал сидевший в темном углу Фармацевт Сюй. Его взгляд буквально прилип к трём золотистым шарикам, покоящимся на бархатной подушке сцены.
Он сжал кулаки так, что ногти вонзились в ладони:
— Эликсир класса «А»... Настоящий! Я видел подобный лишь однажды, когда получал звание старшего фармацевта и был допущен в сокровищницу нашей ассоциации! Это он! Точно он! Но как... Как все три эликсира могут обладать абсолютно одинаковым, безупречным качеством?! Сварить три идеальные сферы в одной партии... Каким же невероятным, чудовищным мастерством должен обладать этот алхимик?! Это уровень нашего Главы! Неужели в этой глухой провинции Аньши скрывается великий мастер? Если я смогу примкнуть к нему...
От одной этой мысли зубы Фармацевта Сюй начали выбивать дробь.
Торги начались.
Поскольку главной целью Лу Хуа в этот раз было добыть редкие компоненты для восстановления повреждённых нервов, ведущая озвучила специальное условие:
— Уважаемые господа! Владелец эликсиров передал нам особое указание. Перед началом денежных торгов объявляется десятиминутный приоритетный раунд! Тот из глав семейств, кто сможет предоставить хотя бы одно растение из этого списка, получит право первой ставки! Напоминаю: на продажу выставлено всего три эликсира!
...В VIP-ложе Лу Хуа спокоен и невозмутим наблюдал за тем, как влиятельные господа внизу судорожно обрывают телефоны своих подчинённых, пытаются найти нужные травмы. Прошло пять минут — ни у кого из присутствующих не оказалось компонентов для лечения нервной системы.
И вот, когда надежда уже угасала — из темного угла зала поднялась табличка.
Фармацевт Сюй, не сводивший глаз с эликсиров, выкрикнул:
— Столетняя драконья трава пламени! И сверху — тридцать миллионов юаней!