Глава 629 - Неужели он и есть Президент ассоциации?
— Это почерк Президента ассоциации!!
Громоподобный возглас эхом разорвал тишину зала!
Присутствующие мгновенно онемели от шока. Десятки членов ассоциации стояли с разинутыми ртами, на их лицах застыл священный ужас.
— П-президент ассоциации... — сбивчиво зашептали в толпе. — Вице-президент и Великий старейшина говорят, что почерк этого Мастера Лу абсолютно идентичен почерку Президента ассоциации...
— Почерк невозможно скопировать до идеала! У каждого мастера свой неповторимый росчерк! А если они совпали...
То это доказывает лишь одно!
Этот человек либо гениальный фальсификатор, потративший жизнь на копирование... Либо он и есть сам Президент ассоциации, пропавший много лет назад!
Но разве может этот молодой чужак быть им?!
— Великий старейшина... Быстрее! Достань тот талисман и сравни их! Тот самый оберег, что подарил тебе глава! Живее! — Третий старейшина дрожал всем телом от охватившего его возбуждения.
Он сам выхватил старый оберег и стал дотошно, черточка за черточкой, сравнивать два изображения.
Нет сомнений!
Ни единого капли ошибки!
Один в один!
Они не могли ошибиться. Ни за что на свете.
Кем был глава Ассоциации метафизики Серебряного города? Величайшим гением! И ладно почерк, но знаки утерянного языка метафизики пятитысячелетней давности во всем Международном Центре знали единицы! А тут совпало и то, и другое!
Шу-ша...
Пришедший в себя Великий старейшина сжал в кулаке талисман, начертанный Лу Хуа, поднял голову и со слезами на покрасневших глазах воззрился на стоящего неподалеку молодого человека.
Вице-президент был растроган не меньше. Еще до прихода в ассоциацию он догадывался о связи Лу Хуа с великим главой, но когда результат подтвердился наглядно, его разум всё равно отказивался верить в реальность происходящего.
— Смею ли я спросить вас, Мастер Лу... — дрожащим голосом произнес вице-президент. — Эти древние знаки на талисмане... Вы знали их от рождения?! У вас правда не было наставника?! Никто не передавал вам этих знаний?! И этот почерк... Вы его подделывали или он ваш собственный?!
Лу Хуа чуть приподнял подбородок и открыто окинул взглядом собравшихся:
— Совершенно верно. Символы на талисмане восходят к эпохе глубокой древности и были утрачены тысячи лет назад. Каждая черта, нанесённая сегодня, выведена моей собственной рукой. У меня не было учителей, и я ничей почерк не подделывал.
Хорошо!
Какое гордое и непоколебимое «без учителей и подделок»!
Вице-президент и Великий старейшина уже готовы были поверить безоговорочно, но тут стоявший подле Лу Хуа серый метафизик, чьё лицо исказилось от всепоглощающей зависти и злобы, громко и саркастично расхохотался.
Его хохот брызгал ядом и нескрываемым презрением:
— Ха-ха-ха! Ну и тварь же ты, Лу! Ты хочешь сказать, что твое искусство начертания — это врожденный дар?! И никто тебя не учил?! Ей-богу, я в жизни не встречал настолько бесстыжего лжеца! Готов плести любую ахинею, лишь бы выслужиться и пробиться наверх!
Он ткнул пальцем в сторону Лу Хуа, изнемогая от злорадства:
— Кабы я собственными ушами не слышал в Бронзовом городе, в Ассоциации Древней Медицины, как ты сам признался, что прибыл из чужой страны и умеешь чертить талисманы лишь потому, что тебя наставил некий великий скрытый мастер — я бы, может, и поверил! У тебя был учитель! Тебе передали этот опыт! В Ассоциации Древней Медицины ты не стеснялся признавать это! Что же ты молчишь теперь, а?! В Ассоциации метафизики Серебряного города у тебя кишка тонка повторить правду?! Захотел примазаться к имени нашего Президента ассоциации?! Смехотворно! Тьфу!
Серый чародей с ненавистью плюнул в сторону Лу Хуа и повернулся к руководству:
— Великий старейшина! Вице-президент! Ни в коем случае не верьте ни единому слову этого проходимца! Он обычный мошенник! Он явно заранее подготовился и выдумал эту сказку, чтобы втереться к вам в доверие!
Его бурная речь мгновенно привлекла внимание вице-президента и Великого старейшины... Что говорит этот новичок? Что у Лу Хуа был учитель, хотя сам Лу Хуа это отрицает?
Что за чертовщина здесь происходит?
Радость и благоговение в глазах Великого старейшины померкли наполовину. Вернув холодный рассудок, он уставился на Лу Хуа, ожидая объяснений...
Почерк действительно полностью совпадал с почерком главы.
Но вот облик, лицо, фигура... Всё это совершенно не соответствовало образу великого мастера!
А Второй и Третий старейшины, переглянувшись, стали судорожно сравнивать начертанный талисман с имеющимися в ассоциации древними образцами. И чем больше они всматривались, тем больше им казалось, что рука действительно принадлежит одному и тому же человеку.
В зале нависла звенящая тишина.
Оказавшись в центре внимания десятков подозрительных взглядов, Лу Хуа вовсе не выглядел смущенным или разоблаченным. В ответ на выпады и коварство серого метафизика он лишь спокойно, снисходительно улыбнулся.
— Ты так свято уверен, — заговорил он ровным, ледяным тоном, — будто всё сказанное мною — лишь ложь, состряпанная ради того, чтобы выслужиться перед ассоциацией?
— А разве нет?! — с сокрушительным сарказмом выкрикнул серый метафизик.
Лу Хуа поднял на него взор, глубокий и спокойный, словно стоячая вода:
— В Бронзовом городе, в Ассоциации Древней Медицины, я действительно сказал, будто снял смертельное проклятие Забора Души благодаря чужому наставлению. Вот только слова о "наставнике" были выдумкой. Я лишь хотел сберечь твою жалкую гордость!
Глаза Лу Хуа сузились:
— Я и помыслить не мог, что после того, как я отверг твою никчёмную просьбу взять тебя в ученики, ты опустишься до столь низких интриг и подстав! Знай я это заранее, я бы не стал щадить твоё ничтожное самолюбие ещё там, в Бронзовом городе! С моей силой ты даже за десять тысяч жизней неустанного труда не достоин на шаг приблизиться ко мне! Ученик? Ты не достоин им быть!
От последних слов Лу Хуа серый метафизик позеленел от ярости.
Не достоин?! Лу Хуа смеет говорить, что он не достоин?!
Лицо серого чародея налилось кровью, глаза наполнились бешенством и унижением. Он раздал рот, собираясь обрушить на противника шквал проклятий, но бархатный, глубокий голос Лу Хуа перебил его:
— Великий старейшина.
Лу Хуа повернулся к старику:
— Не буду скрывать: я и сам не могу с уверенностью сказать, связывает ли меня что-то с вашей ассоциацией. Если вы верите мне — можете подвергнуть меня еще одному испытанию. Если же не верите... Я уйду прямо сейчас!
С этими словами Лу Хуа развернулся и размашистым шагом направился к выходу.
В этот критический момент Великий старейшина резко сделал шаг вперед и громко окликнул его:
— Мастер Лу, пождите! Ваш почерк действительно один в один совпадает с росчерком нашего Президента ассоциации. Раз вы утверждаете, что у вас не было наставников и вы ни у кого не обучались начертанию... Что ж! Тогда я задам вам один-единственный, последний вопрос!
Лу Хуа остановился, но не повернулся, молча дав согласие выслушать вопрос.
Великий старейшина холодно метнул взгляд на серого метафизика, а затем произнёс слова. Их было немного, но они заставили всю Ассоциацию метафизики погрузиться в абсолютное, гробовое молчание:
— Ответьте мне, Мастер Лу... Известно ли вам, кто именно стоял у истоков метафизики и основал наше искусство?!