Глава 587 - Настоящий патриарх
— И тогда, — тихим, но леденящим душу голосом добавил Лу Хуа, — тебе придется сполна заплатить за свое сегодняшнее решение.
Эти слова прозвучали с такой властной и непоколебимой уверенностью, будто Лу Хуа наперед знал каждый шаг противника.
Однако барышня Фан лишь презрительно фыркнула, смотря на него сверху вниз, точно кронпринцесса на грязь под ногами.
— Да кто ты вообще такой, собака?! — взвизгнула она. — Я? Приползу к тебе на коленях?! Ты из тех жалких слизней, что перед смертью пытаются набить себе цену! Я видала сотни таких выродков. Думаешь напугать меня, чтобы я в страхе распахнула перед тобой ворота? Ха! Ты так отчаянно рвешься в город... Не ты ли тот самый беглец, которого разыскивает Штаб командования?! Решил использовать мое имя, чтобы просочиться в Международный Центр?!
При этих словах выражение лица Лу Хуа ничуть не изменилось. На его губах застыла едва заметная, ироничная ухмылка. Его взгляд — острый, величественный и полный превосходства — заставил барышню Фан содрогнуться от непонятной злобы.
— С твоим пропуском мы разберемся, как только очнется мой отец! — выкрикнула она, пытаясь заглушить невольный страх. — А расплачиваться за решения буду уж точно не я. Ты — труп! Увести этого хитрожопого оборванца!
Стражники с силой толкали Лу Хуа в спину, уводя в мрачные глубины тюремного комплекса Бронзового города.
Барышня Фан даже не задумалась над его предупреждением. Какой-то бродяга из диких земель, даже не получивший одобрения на въезд, берется рассуждать о спасении её отца и талисманах? Да он наверняка даже понятия не имеет, что такое тайные искусства!
Мастера эзотерики и метафизики пользовались непререкаемым уважением не только в Китае, но и здесь, в Международном Центре, являясь невероятной редкостью. Порог вхождения в эти тайные науки был настолько высок, что даже во всем Бронзовом городе едва ли набралась бы пара настоящих знатоков.
И он смеет корчить из себя мастера?! Неслыханная дерзость!
***
Пока Лу Хуа конвоировали в камеру смертников Бронзового города, у здания Ассоциации Древней Медицины 17-го округа царила суматоха. Лекарь и двое стражников, тяжело дыша, вбежали в холл, неся на носилочках бессознательного главу округа.
Закончив с отдачей приказаний, барышня Фан спешно прибыла вслед за ними. С порога она громко крикнула собравшимся в холле лекарям:
— Где мой отец?! Что с ним?!
— Барышня Фан? Глава округа в первой смотровой, — быстро ответил один из служителей. — Младший ученик уже побежал за старейшиной. Он вот-вот будет, не волнуйтесь.
Её провели в палату. Глава округа Фан лежал на деревянной кушетке. Его лицо выглядело ужасающе бледным, полностью лишенным красок. Самое страшное — температура его тела неуклонно падала. Он казался не живым человеком, а хладным трупом, одной ногой уже ступившим в обитель мертвых.
Барышня Фан схватила отца за руку и вскрикнула от ужаса:
— Папа?! Папа... Почему ты такой холодный?! Еще минуту назад ты был теплым! Что происходит?! Проснись, папа!
Паника захлестнула её с головой.
В этот момент дверь с тихим скрипом отворилась. Лекарь провел в комнату пожилого человека с мягкими чертами лица. На нем были пышные одежды старейшины Ассоциации Древней Медицины, а на губах играла вежливая улыбка. На первый взгляд он казался весьма добродушным и доступным, однако особый нефритовый знак старейшины на его груди говорил об обратном.
Старейшины Ассоциации Древней Медицины обладали высоким статусом, и далеко не каждый мог удостоиться их внимания. Если бы лекарь не упомянул, что пострадал лично глава округа Фан, человек такого ранга ни за что не стал бы проводить осмотр лично.
— Старейшина!.. — Барышня Фан вскочила с места, с надеждой уставившись на вошедшего. — Старейшина, у отца внезапный сердечный приступ! А какой-то нищий чужак заявил, будто это не инфаркт, и нанес ему два удара! Отцовское тело сейчас ледяное! С ним ведь все будет хорошо?!
Старейшина вежливо кивнул девице и уселся на табурет подле постели. Он положил пальцы на запястье больного, неторопливо произнося:
— Госпожа Фан, не тревожьтесь. Лекарь уже вкратце описал мне симптомы. Если это обычный инфаркт, то особой проблемы нет. Глава округа Фан всегда поддерживал добрые отношения с нашим вице-президентом. Пока биение пульса сохраняется, я сделаю все возможное...
Старейшина осекся на полуслове.
Его пальцы, лежавшие на запястье больного, надавили чуть сильнее. Затем еще сильнее. Выражение его лица мгновенно сделалось тяжелым и мрачным. Он поднес руку к носу главы округа, проверяя дыхание, а затем вгляделся в его лоб.
Чем дольше длился осмотр, тем сильнее темнел лик старейшины.
— Старейшина? Что с ним?! — Лекарь и барышня Фан замерли, чувствуя, как их сердца уходят в пятки.
Однако старейшина продолжал молча вглядываться в лицо главы округа. В его глазах читалось глубочайшее замешательство.
Это не похоже на смертельный инфаркт! И ни на одно из известных внезапных заболеваний...
Это вообще не болезнь!
Бледность главы округа была болезненной, неестественной, тело остывало с пугающей скоростью, а на посиневших губах проступал едва заметный, зловещий черный налет. Это не было похоже ни на недуг, ни на отравление ядом. За всю свою жизнь старейшина никогда не сталкивался ни с чем подобным!
— Невероятно... — Старейшина поднялся, тяжело хмуря брови. — Госпожа Фан, эта симптоматика мне совершенно незнакома. Это точно не инфаркт миокарда! Возможно, поначалу его затрудненное дыхание и покраснение лица казались похожими на приступ, но... это не инфаркт!
От этих слов барышня Фан онемела. Её рот пораженно раскрылся. Она невольно бросила взгляд на лекаря, желая выкрикнуть: «Но ведь ваши же люди поставили этот диагноз!», но вовремя осеклась.
— Старейшина... что же тогда с моим отцом?! — задрожавшим голосом спросила она. — Есть ли угроза для жизни? Пожалуйста, спасите его!
Старейшина мгновенно принял решение и повернулся к лекарю:
— Срочно беги в хранилище древних эликсиров и зови вице-президента! Этот случай выходит за рамки моих познаний!