Глава 250 - Месть! Отчаяние Лу Чжэньюя и главы рода Лу
— Чжэньюй! Объясни им! Откуда там гробница?! У тебя же столько связей, придумай что-нибудь! — визжала Мать рода Лу, уворачиваясь от пинков.
Но сколько бы они ни умоляли, родственников это не трогало.
Когда речь заходит о потерянном состоянии, всякая «родственная любовь» сгорает дотла. Им нужны были деньги! И если семья Лу не отдаст их — они готовы умыться их кровью!
— Я… Я сейчас позвоню! Я верну им эти дома! Я анулирую сделки! — рыдал окровавленный Лу Чжэньюй, вытаскивая изо рта выбитый зуб и вытаскивая сотовый.
Под десятками налитых кровью глаз он дрожащими от ужаса пальцами набрал номер замминистра Вэна.
Однако…
Едва прошла секунда вызова, как звонок скинули.
Сердце Чжэньюя ухнуло вниз. Он набрал снова — в ответ лишь холодный автоответчик: «Абонент заблокировал ваш номер…»
— Заблокировал?! Они сделали это специально?! Специально-о-о!
— Нет! Не-е-ет! Они же так хотели встретиться с ней! За что?! За что вы так со мной?! — ревел Чжэньюй. Мысль о том, что все его накопления сгорели, а на шее висит задолженность перед банками в десятки миллионов, ломала его изнутри.
Его тело сотрясала крупная дрожь, кости ломило от побоев.
А в это время на балконе третьего этажа стоял Лу Хуа.
Он с холодным прищуром наблюдал за тем, как его приёмные родители бьются в конвульсиях от отчаяния. Он видел, как Лу Чжэньюя втаптывают в грязь его же благодетели.
Какая прекрасная картина…
«Хех… Не надо плакать. Это ведь только прелюдия. Самое интересное ещё впереди».
По сравнению с теми унижениями, которым род Лу подвергал Лу Хуа на протяжении двадцати четырех лет, это банкротство — лишь лёгкий испуг. Настоящий ад ждёт их дальше!
Топ… Топ…
Когда обессилевшие, выплеснувшие весь яд родственники с угрозами разойтись покинули поместье, Лу Хуа неспешно спустился на первый этаж.
Изувеченная Мать рода Лу сидела на изрезанном диване и рыдала навзрыд. Ей хотелось проклясть Лу Чжэньюя, но понимание того, что это её родная кровь, сковывало язык.
— Двести миллионов… Все наши деньги… Всё сгорело! Всё!
— Банки увидели новости про Южный район! Они потребуют досрочного погашения! Чем мы отдадим?! Все активы в залоге, даже наш особняк! Муж, у нас ничего не осталось… Ничего…
Глава рода Лу сидел на полу, уткнувшись лбом в колени. За какие-то полчаса он постарел на двадцать лет. Его взгляд тускло фиксировал кровавые пятна на паркете, а пальцы, сжимающие докуренную сигарету, немилосердно тряслись. Вся его жизнь рухнула так быстро, что он даже не успел осознать масштабы катастрофы.
Еще тридцать минут назад он пил шампанское и считал будущие миллиарды… А теперь он — нищий голь перекатная.
Трезвон!
Резкий звонок телефона заставил чета Лу вздрогнуть. Взглянув на экран и увидев имя управляющего банком, родители окончательно лишились последней капли надежды.
Коллекторы. Они уже здесь.
В этот момент перед ними выросла высокая, статная тень.
Подняв головы, они увидели Лу Хуа. Его лицо было недвижно, словно выточено из мрамора.
Мать рода Лу замерла, а затем в её потухших глазах вспыхнула безумная надежда:
— Лу… Лу Хуа! Ты уже знаешь про Южный район? Мы с Чжэньюем потеряли всё… Абсолютно всё!
Юноша возвышался над лежащей в крови матерью и Чжэньюем, не произнося ни слова. Он ждал, что она скажет дальше.
— Мы заложили всё имущество банкам! — всхлипнула женщина, потянувшись к нему своей дрожащей, окровавленной рукой. Пересилив себя, она попыталась изобразить материнскую нежность: — Сын… Ты ведь можешь временно вернуть нам управление компанией? Мы погасим долги перед банками и тут же отдадим её тебе! Мама знает, что была неправа к тебе раньше, мало уделяла внимания… Но я ведь твоя родная мать! Ты не можешь бросить нас в беде! Только ты можешь спасти род Лу от позора!
Лу Хуа ответил ледяной, презрительной ухмылкой. Он брезгливо отпихнул её руку.
Словно истинный повелитель, решающий судьбу жалких червей, он с наслаждением впитывал их страх и беспомощность:
— Без проблем. Я могу отдать вам компанию. Но у меня есть одно условие.
Слова прозвучали громко и чётко.
Три пары глаз уставились на него с немым изумлением. Лу Чжэньюй не верил своим ушам. Лу Хуа… протягивает им руку помощи?! Неужели этот недоумок настолько великодушен, что забыл всё прошлое?!
— Правда?! Сын, ты правда готов вернуть нам компанию?! — Мать рода Лу подскочила на ноги, сияя от счастья.
Лу Хуа вытащил из внутреннего кармана пиджака заранее подготовленный договор и небрежно бросил его на стеклянный столик.
Смотря на чета Лу как демонический палач, юноша произнёс ровным, вкрадчивым голосом:
— Документы готовы. Поставьте подписи — и компания снова ваша. Вот только… моё условие вряд ли понравится папе и старшему брату.
Глава рода Лу, тяжело дыша, уставился на бумаги:
— Какое условие?! Говори!
— Вы ведь знаете, что в моем сердце живет глубокая обида на старшего брата, — Лу Хуа слегка скрестил руки на груди, его взгляд зафиксировался на Лу Чжэньюе. В этих глазах блуждал ледяной, убийственный огонь. — Я ненавижу его за то, что он упрятал меня в психушку на три года. И эта злоба просто так не утихнет.
Двадцать четыре года унижений, фраз о «неродной крови» и издевательств наконец вырвались наружу. Лу Хуа больше не намеревался сдерживать свою тёмную суть.
Он указал пальцем на замершего Лу Чжэньюя и произнёс чеканя каждое слово:
— Поступим так. Если папа собственными руками выколет старшему брату один глаз в знак искреннего извинения передо мной… Я тут же подпишу бумаги и отдам вам компанию.
После этих слов в гостиной воцарилась гробовая тишина.
Лицо Лу Чжэньюя мгновенно перекосило от дикого ужаса. Впервые за всю жизнь он почувствовал, как от его приёмного брата веет дыханием самой смерти.
— Ты… ты… что ты сказа-а-ал?! — заверещал Чжэньюй, сползая по дивану. — Ты хочешь, чтобы отец выколол мне глаз?! Ты сумасшедший! Ты псих! Псих-х-х!