Глава 189 - Никаких семейных дел больше нет!
Остальные присутствующие тоже не скрывали изумления.
Многие до этого дня знали Сюй Мо лишь как успешного бизнесмена, который никогда не кичился связями и происхождением.
Он позиционировал себя как человека, поднявшегося с нуля, построившего за пару лет империю стоимостью в сто миллиардов, что само по себе казалось чудом. Ветераны-консультанты были уверены, что за спиной парня нет никакой влиятельной родни и что именно они служат его главным щитом.
Они рассчитывали, что старикам редко придется вмешиваться в дела, но раз уж они здесь — значит, ситуация перешла все красные линии.
Подобные союзы строились на взаимной выходе и переплетении интересов. Без поддержки подобных серых кардиналов крупный бизнес в столице обречен на гибель.
Но никто из них не ожидал, что у самого Сюй Мо за душой обнаружится мощнейший родовой фундамент: тут тебе и сычуаньский клан Сюй, и столичные кланы Се, Тан и Гу!
Услышав про статус «зятя», собствннники и советники компании замерли.
Ветераны-консультанты переглядывались с возрастающим уважением. Парень в одиночку задействовал такие рычаги, о существовании которых многие из них лишь догадывались.
Профессор Тан и Гу Айминь тоже не скрывали удивления.
Этот малец оказался куда хитрее, чем казалось на первый взгляд — сумел сплести такую паутину связей!
С такой поддержкой решить любую проблему не составляло труда.
— Сюй Мо, сынок, ты как там? — пробился сквозь толпу седовласый старик с тревожным выражением лица.
Это был директор Ян, светила мировой микроэлектроники и академик Академии наук.
— Я в порядке, директор Ян, не беспокойтесь! — отозвался Сюй Мо из глубины камеры.
— Слава богу! Напугал стариков, заставил тащиться сюда через весь город. Если бы с тобой что-то случилось, я бы этот изолятор с землей сравнял! — выдохнул академик.
Для него этот парень был главным спонсором и спасителем.
Исследования полупроводников пожирали деньги быстрее топки паровоза; недавний транш в пять миллиардов позволил лаборатории выжить, и ученый опасался потерять свой «денежный мешок».
— Послушайте, второй господин Се, вы вообще соображаете, что творите? У вас есть хоть какие-то вещественные доказательства? Телефонное мошенничество? Он — и мошенник? — академик Ян перевел гневный взгляд на бледного чиновника. — Вы удосужились проверить, кто перед вами?!
— Э-э… Мм… — Се Чжэнь утратил дар речи.
— Именно! Человек с состоянием в сто миллиардов занимается мелким мошенничеством? Что за нелепые предлоги? Это чистой воды произвол и злоупотребление служебным положением ради сведения личных счетов! Заявляю официально: я этого так не оставлю! — поддержал его Гу Айминь.
Се Чжэнь попытался вставить слово:
— Постойте, генеральный Гу, выслушайте меня, дело в том, что…
— Слушать бредней не намерен! Изволь предъявить ордер и реальные доказательства того, почему ты устроил межрегиональную облаву на невиновного человека! Выкладывай всё на стол, иначе отвечать придется по всей строгости военного трибунала! — рявкнул старик.
Се Чжэнь сглотнул вязкую слюну, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
Разумеется, никаких реальных доказательств у него не было. Он действовал по звонку Се Бинъянь, а теперь попал в ловушку собственной глупости.
Ситуация вышла из-под контроля.
— Прошу вас, уважаемые господа, не волнуйтесь! Раз уж товарищ полковник Се проделал такой путь, чтобы доставить меня в столицу, у него наверняка есть неопровержимые улики. Давайте подозождем, пока он их предъявит. А вам лучше вернуться по домам, — негромко произнес Сюй Мо, сохраняя на лице безмятежную улыбку.
— Вот именно! Пусть предъявит улики!
— Вы злоупотребляете служебным положением, Се Чжэнь!
— Сметь вот так задерживать людей — это перебор!
Толпа зашумела, требуя справедливости.
Лицо Се Чжэня побагровело, а затем приняло мертвенно-бледный оттенок.
— Какие еще улики?! Он — по фамилии Сюй, я захотел — и задержал его! — не выдержав общего давления, завизжала Се Бинъянь, выходя на передний план. — Кто вы такие, черт побери?! Какое право вы имеете лезть в наши семейные дела?!
Несколько человек из числа новоприбывших растерянно переглянулись.
— Этот негодяй — настоящее исчадие ада, он мой родной сын! Я имею полное право применить к нему семейный устав! Кто против?! — верещала она, потирая пылающие от пощечин щеки. — Клан Гу? Клан Тан? Да с какой стати вы суете нос в воспитание моего ребенка?!
Услышав это, Се Чжэнь судорожно ухватился за соломинку:
— Верно! Гу-лао, профессор Тан, этот мальчишка перешел все границы, и мы просто наводим порядок в семье! Пусть использование служебного положения — перегиб, но корень зла кроется не в нас!
— Семейный устав?! Посредством пыток и беззакония?! Это уже не частная лавочка клана Се, это касается безопасности корпорации с капитализацией в сто миллиардов! — шагнул вперед седовласый юрист, возвысив голос:
— Если мы не разрешим этот вопрос сегодня, завтра акции «Пинхай» обрушатся, и миллионы инвесторов понесут убытки!
— Это давно перестало быть вашим семейным делом! Это касается каждого из нас!
Се Чжэнь и Се Бинъянь открыли было рты, чтобы парировать удар, но тут из толпы плавно вышла Гу Хуаньси.
Все замерли, гадая, что она задумала.
Девушка извлекла из сумочки смартфон, положила его на стол рядом с решеткой и нажала кнопку воспроизведения.
Из динамика полился хорошо знакомый всем холодный голос:
«Ты больше мне не сын!»
«У меня действительно есть сын! Но это не ты! Мой сын умнее, талантливее, послушнее тебя! Рядом с ним ты — пустое место!»
«Ты гордишься этим?»
«Я всегда этим гордилась! Потому что знала: ты — проклятый негодяй, явившийся в этот мир лишь для того, чтобы портить мне кровь! Я совершила ошибку в прошлом, родив тебя, ты — исчадие ада, пришедшее из могилы требовать долги! А мой второй сын — добрый, умный, покладистый! Он в тысячу, в миллион раз лучше тебя!»
«Я пришла лишь сказать одно: наши узы порваны. Я официально заявляю о разрыве всех отношений!»
…
Руки Гу Хуаньси слегка дрожали, когда она извлекла из папки лист бумаги с распечаткой официального документа.
На белом листе отчетливо темнел красный оттиск пальца и подпись.
— Никаких семейных дел здесь больше нет! И никогда не было! Прикрываться семьей для оправдания преступлений — это ложь и уголовщина!
— Голос на записи подлинный! Документ на столе подлинный! Отпечаток настоящий! Сюй Мо и эти люди не имеют друг к другу никакого отношения уже давно!
— Ты… — Се Бинъянь резко развернулась к девушке, в её глазах плескался чистый яд.
— Да! — Гу Хуаньси в упор смотрела на женщину, не скрывая презрения. — Когда ему был всего год, ты бросила его в сточную канаву! До четырнадцати лет он скитался, не зная, кто его родители! Ты с самого начала хотела его смерти — отравить, сгноить, уничтожить! У тебя нет морального права называться матерью! Всё, чего ты добиваешься сейчас — это сгноить его в застенках!
Толпа ахнула.
— Разорвали отношения?
— Внук был брошен собственными родителями?
— Се Чжэнь, это правда?!
Десятки пар глаз с упреком уставились на чиновника!
— Использование служебного положения в личных целях?!