Глава 146 - «Целую жизнь — сколько потребуется!»
Несколько дней назад Се Бинъянь снова наведалась в Сяхэй и устроила Сюй Дэмину показательную трепку.
Причина была всё та же: Сюй Дэмин опять встречался с Лу Сянжу, да ещё и отвалил ей круглую сумму. Се Бинъянь прознала об этом.
В ярости она ворвалась в кабинет мужа и принялась крушить всё подряд.
Сюй Дэмин и пикнуть не смел — только прикрывал голову руками и метался по углам, пока не заработал фингал под глазом и разбитую губу.
Се Бинъянь по-настоящему взбеленилась. Она вцепилась в него мёртвой хваткой и не собиралась отпускать. Сюй Ваньтин и Сюй Сюэхуэй вдвоём пытались её утихомирить, но всё было тщетно.
Сюй Дэмин уже заговаривал о разводе, но Се Бинъянь наотрез отказалась.
Впрочем, отказ от развода вовсе не означал, что она перестанет его рвать на части. Сёстры только головами качали — хоть караул кричи.
Понимая, что такому кошмару не будет конца, Сюй Ваньтин и Сюй Сюэхуэй решили поговорить с отцом. Они предложили ему порвать с Лу Сянжу и вернуться в семью.
Если Сюй Дэмин согласится — девушки обещали помочь наладить отношения между родителями.
Но Сюй Дэмин и слушать не захотел.
Сюй Ваньтин вздохнула, ломая голову, и наконец вспомнила о Сюй Хунлуань.
Сама Хунлуань вряд ли станет претендовать на место в семье Сюй. Но если она туда войдёт — проблем не оберёшься. Для Се Бинъянь эта девочка — заноза, что сидит глубоко в сердце. Она никогда не примет её.
Сюй Ваньтин понимала: если и искать ключ к разгадке семейного кризиса, то именно в Сюй Хунлуань.
Если Хунлуань пообещает не пытаться вступить в семью и откажется от встреч с Сюй Дэмином, то Ваньтин могла бы выделить ей с матерью приличную сумму — чтобы жили безбедно.
Сегодня она приехала в больницу именно ради этого разговора.
И ещё!
Она хотела увидеть Сюй Мо. Они не виделись уже больше полугода.
Сюй Мо за это время заметно вытянулся и повзрослел.
Впрочем, сам Сюй Мо общаться с ней не горел желанием. В последнее время Сюй Чжаньди в компании каких-то людей подала на него и «Пинхай» в суд. Сюй Мо не верил, что Сюй Ваньтин об этом не знает.
Он был уверен: за этим стоит она.
Он просматривал стенограммы заседаний и то и дело натыкался на следы её участия.
Так что о лицемерии старшей сестры Сюй Мо знал не понаслышке.
Сюй Ваньтин, не желая обострять конфликт, поспешно произнесла:
— Я просто пришла проведать Хунлуань! Я же старшая сестра, не могу же я остаться в стороне! Всего десять минут разговора, хорошо?
Она смотрела на Сюй Мо с мольбой во взгляде.
Сюй Мо усмехнулся про себя: «И о чём ты с ней собралась говорить?»
— О делах семьи и о её болезни. Я хочу, чтобы она спокойно поправлялась, — ответила Сюй Ваньтин.
Сюй Мо перевёл взгляд на Сюй Хунлуань.
Прошёл год. Хунлуань исполнилось пятнадцать, она заметно подросла. Она уже знала, кто такая Сюй Ваньтин, и, поколебавшись мгновение, кивнула.
— Она только что после операции, — предупредил Сюй Мо. — Не смей её расстраивать. Иначе... я тебя в порошок сотру.
— Я поняла, — Сюй Ваньтин изобразила обиженную мину.
Сюй Мо не удостоил её ответом и вышел из палаты.
В палате стало тихо.
Сюй Ваньтин присела рядом с кроватью, взяла яблоко и нож, аккуратно очистила его и, разрезав на дольки, обратилась к девочке:
— Меня зовут Сюй Ваньтин. Если ничего не перепутала — я твоя старшая сестра. Сюй Мо часто тебя навещает?
Сюй Хунлуань после операции уже заметно поправилась и бодро закивала:
— Сюй Мо приходит ко мне через день! И всегда приносит что-нибудь вкусненькое!
— А ты знаешь, чем он занимается? — Сюй Ваньтин продолжила резать яблоко.
— Конечно знаю! Сюй Мо столько всего сделал — он, наверное, самый великий человек на свете! Я давно всё слышала: он не только студент Цинбэя, у него ещё и огромная компания, он кучу денег заработал! Я в интернете фотографию нашла: Сюй Мо — выдающийся молодой предприниматель Сяхэя, ему столько наград вручали!
Сюй Ваньтин замерла с ножом в руке.
— А ещё я у дяди Лу из соседней палаты спрашивала. Он сказал, что Сюй Мо ещё в восемнадцать лет пять миллиардов заработал! Представляешь?! В восемнадцать лет — и уже такие деньги! А потом он и за границу свой бизнес вывел! — Глаза Сюй Хунлуань сияли от гордости. — А ещё Сюй Мо — первый на вступительных экзаменах!
Сюй Ваньтин, слушая это, смотрела на девочку, и нос у неё вдруг предательски защипало.
В груди всколыхнулась буря.
Когда-то и Сюй Мо точно так же рассказывал о ней своим друзьям.
В его глазах она тогда была идеалом — юной, талантливой, добившейся того, о чём многие могли только мечтать. Стоило ему заговорить о ней, как его голос наполнялся гордостью и светом.
Когда-то она была для него путеводной звездой, озарявшей его серую, безрадостную жизнь.
Но он не знал, что на самом деле это была не звезда, а адское пламя.
А теперь Сюй Мо сам стал светом для других.
Более ярким, более жгучим, более совершенным, чем была она.
Сюй Ваньтин всем своим существом ощутила, с какой гордостью Сюй Хунлуань произносит имя Сюй Мо.
Этой гордости, возможно, хватит ей на всю жизнь.
— И это ещё не всё! — голос Сюй Ваньтин дрогнул. — В восемнадцать лет Сюй Мо уже постиг искусство управления капиталом! Весь его бизнес с прокатом велосипедов — чистой воды игра на капиталах! Он уже тогда знал, где его сила!
— А ещё он не просто выдающийся молодой предприниматель Сяхэя. Он входит в число лучших молодых бизнесменов всей столицы! По нему равняются тысячи людей по всей стране!
— Я знаю! Я столько всего про него узнала! Я всем дядям и тётям в больнице говорю: мой Сюй Мо — самый лучший! — глаза Сюй Хунлуань горели восторгом.
Она помолчала и, глядя на Сюй Ваньтин, спросила:
— Но зачем ты пришла? Ты что-то хотела мне сказать?
— Я пришла... — Сюй Ваньтин посмотрела в эти сияющие глаза и вдруг поняла, что не может произнести то, зачем пришла.
Она не решалась сказать этой девочке: «Не вздумай претендовать на место в семье Сюй». Это было бы слишком жестоко.
Возможно, Хунлуань, выросшая без отца, больше всего на свете мечтает о его любви.
А Сюй Дэмин в последнее время боится даже близко к ней подойти — Се Бинъянь разодрала его в клочья, и бедняга места себе не находит.
Что касается Сюй Хунлуань, Се Бинъянь остерегается её как огня.
— Я знаю, зачем ты пришла. Я догадалась. Вообще-то, я и не хочу в вашу семью! Сюй Мо сказал мне, что все в семье Сюй — плохие люди. И ты тоже плохая! — Сюй Хунлуань, видя, что та молчит, пристально посмотрела на неё.
— Я... — Сюй Ваньтин замялась.
— Но Сюй Мо всё равно велел мне пойти. Он сказал, что я должна вернуться к своим корням, — продолжила Хунлуань. — Я слушаюсь Сюй Мо!
Сюй Ваньтин на мгновение задумалась и осторожно предложила:
— Я могу дать вам денег. Очень много денег. На всю вашу жизнь хватит, ни в чём нуждаться не будете.
Сюй Хунлуань покачала головой:
— У Сюй Мо тоже есть деньги! Мы не бедствуем. Я прекрасно понимаю: ты пришла, чтобы насолить Сюй Мо. Я на это не соглашусь. Вы все — плохие!
— ...Да. Мы все плохие. Такими уж мы были всегда, — Сюй Ваньтин замерла, потом тихо выдохнула, и плечи её поникли.
Сюй Хунлуань посмотрела на неё с любопытством, подумала и сказала:
— Так что тебе лучше уйти. Я не хочу с тобой разговаривать. Сюй Мо наверняка тоже не хочет, чтобы мы тут долго болтали.
— Я... — Сюй Ваньтин запнулась. — Можно я тебя обниму?
— Обнимешь? — удивилась Сюй Хунлуань.
— Да, — кивнула Сюй Ваньтин. — Просто обниму, и всё.
Сюй Хунлуань, поколебавшись, согласилась:
— Можно. Но у меня после операции швы ещё не зажили, я встать не могу.
— Ничего страшного! Я сама подойду! — Сюй Ваньтин поднялась и бережно, едва касаясь, обняла девочку.
— Если будет возможность, передай Сюй Мо... Скажи ему, что старшая сестра ждёт его. Ждёт, чтобы он вернулся домой.
— ...
— Если он простит меня, я готова искупить свою вину.
— Целую жизнь. Сколько потребуется.
Сюй Хунлуань слушала и видела, как покраснели глаза этой женщины. На душе у девочки стало как-то смутно и тяжело.
Она не поняла, что значат эти слова.