Глава 67: «Мульти (6)»
— Мульти (6)…
Ким Дэён, стоявший прямо перед ним, вовсю подмигивал. Несмотря на внушительные габариты, выражение его лица было до крайности милым. Кан Уджин едва сдержался, чтобы не ткнуть этого шутника указательным и средним пальцами прямо в оба глаза. Голова разболелась еще сильнее, и Уджин одарил друга яростным взглядом.
«Прекрати. Глыба ты этакая, просто замри и не отсвечивай, умоляю».
Однако Ким Дэён, не имея ни малейшего представления о буре в душе друга, истолковал этот взгляд по-своему.
«Да-да, дружище. Благодарен, небось? Я парень догадливый, сразу подстроился. Кхе-кхе. А ты, я смотрю, весело тут устроился».
Их мысли разошлись в диаметрально противоположных направлениях. Как бы то ни было, Кан Уджин перевел взгляд с маячившего перед носом Ким Дэёна на стоявших чуть поодаль Хон Хеён и Чхве Сонгона. Оба смотрели на него с явным изумлением.
«Кажется, поверили».
Судя по их лицам, слова Ким Дэёна не вызвали у них сомнений. Оставалось неясным, с чего это вдруг Дэён затеял этот безумный спектакль, но ситуация складывалась не так уж плохо. Уджин тихо выдохнул.
«Из-за этого паршивца Ким Дэёна поддерживать образ стало в разы сложнее, но, в конечном счете, статус-кво сохранен».
В этот момент Чхве Сонгон с хвостиком окликнул гостя:
— Ким Дэён-сси? Вы сказали, что он стал жизнерадостнее… Значит, в прошлом Уджин…
— Да, Режиссер, — Ким Дэён обернулся и, как ни в чем не бывало, принялся вдохновенно адаптировать прошлое друга. — Уджин был суров. Куда безжалостнее и тяжелее, чем сейчас. От него исходила такая мощь, что и словами не передать. Это выглядело круто, но он был слишком заносчивым и циничным.
— Довольно, — Кан Уджин поспешил прервать этот поток откровений. Он едва слышно прошипел другу на ухо:
— Хватит, заткнись уже.
Затем Уджин, стараясь сохранять невозмутимость, обратился к Чхве Сонгону:
— Глава, а что он здесь делает?
— А? О-о, разве друг тебе не сказал? Мы сейчас расширяем штат, и Дэён-сси подал документы. Узнав, что вы друзья, я пригласил его поговорить лично.
— …Расширение штата? — Уджин опешил. Что это еще за чушь? Его взгляд снова пригвоздил Ким Дэёна к месту. Тот опять подмигнул. Убить его, что ли? С трудом подавив вспышку гнева, Уджин глухо произнес:
— Глава, прошу прощения.
— М-м?
— Я поговорю с другом наедине.
— А, ну конечно, идите.
Но тут подала голос Хон Хеён, снимая кепку:
— Погодите секунду. Вас зовут Дэён-сси, верно?
— …Ох. То есть да, это мое имя. Спасибо, — Ким Дэён выглядел польщенным.
— Послушайте, а зачем вы вообще привели Уджин-сси на то прослушивание? С его-то характером он вряд ли сам вызвался пойти.
Она попала почти в точку. Кан Уджин действительно оказался на прослушивании «Супер Актера» по просьбе Ким Дэёна. Правда, решающим фактором стал полный курс свиной грудинки и сама Хон Хеён. Однако Ким Дэён, приняв серьезный вид, мельком глянул на Уджина и выдал:
— Хоть он и хорош в дизайне, мне казалось преступным, что талант к игре, которой он занимался чисто от скуки, пропадает зря.
Понимая, что пора заканчивать, Кан Уджин бесцеремонно схватил Ким Дэёна за руку:
— Мы на минутку.
С этими словами он вытащил друга из кабинета директора. Чхве Сонгон и Хон Хеён остались одни. Какое-то время они молча смотрели на закрытую дверь.
— С ума сойти, — первой заговорила Хон Хеён, поправляя длинные прямые волосы. — Если сейчас он считается жизнерадостным, то каким же мрачным он был раньше?
Чхве Сонгон поддакнул:
— И не говори. Уджин и сейчас-то порой пугает своим цинизмом, а встреться мы с ним в прошлом – пиши пропало.
— …Прошлое или обстоятельства Уджин-сси, о которых мы не знаем. Похоже, всё было гораздо хуже, чем мы думали.
— Наверное. И то, что в такой ситуации он сумел сохранить самооценку и самостоятельно обучиться актерскому мастерству… Знаешь, это даже пугает. В хорошем смысле.
— И эта игра, освоенная в одиночку, теперь доминирует на нашей сцене, — задумчиво произнесла Хеён. — Уму непостижимо… Но, по крайней мере, он явно становится светлее?
— Да, друг это подтвердил.
Хон Хеён скрестила руки на груди, думая об Уджине:
— Выходит, игра ради забавы в итоге спасла его?
Их заблуждение превратилось в неприступную крепость.
Тем временем.
Кан Уджин и Ким Дэён добрались до лестничной клетки в конце коридора. Здоровяк Дэён продолжал тихонько посмеиваться, пока Уджин проверял, нет ли кого за железной дверью.
Убедившись, что они одни, Уджин первым же делом обложил Ким Дэёна матом. Шепотом, разумеется.
— Ты совсем рехнулся? Какого черта ты здесь забыл? Мог бы хоть предупредить!
— Ой, да ладно тебе. А ты нам много рассказывал? Опрокинул всех разом – и с фильмом, и с дорамой. Вот и я решил преподнести тебе сюрприз. Ну что, припекло?
— Ага, аж тошно стало. Иди сюда.
Кан Уджин схватил Ким Дэёна за грудки, тот уперся руками ему в плечи, и завязалась короткая потасовка. Они не издали ни звука. Бесшумная борьба со стороны напоминала странный танец без музыки.
Спустя минуту.
Кое-как утихомирив эмоции, Ким Дэён, слегка запыхавшись, вдруг широко усмехнулся:
— Слушай, а чего ты так выпендриваешься перед Хон Хеён-ним? Решил, раз стал актером, надо нагнать пафоса и строить из себя крутого парня?
— Ха-а… Да нет, просто так вышло. Считай, что всё так и должно быть.
— Кхе-кхе, я это сразу просек и подыграл тебе. Будешь должен. Но ты и правда ненормальный – как тебе вообще пришло в голову, будучи актером, так фанатично поддерживать образ?
— Да не по своей воле я это делаю! Теперь уже назад пути нет. А из-за тебя мне придется зубами вгрызаться в эту роль еще сильнее. Кстати, что это за чушь про «игру от скуки», которую ты втирал Хеён-ним?
— А? Ну так я же тебя на прослушивание притащил. Было бы странно, если бы я не знал, что ты талантлив, верно? Вот и приврал немного.
Кан Уджин почувствовал, что силы его покидают. Ладно, неважно. Результат неплохой, так что проехали. Он сменил тему:
— Но что за приколы с собеседованием в нашу компанию? А как же твоя работа в той фирме?
— А, ну я и так подумывал о переходе, и тут всё как-то удачно совпало. На самом деле, мне всегда была интересна индустрия развлечений.
— И что дальше?
— Раз уж мой друг стал актером, я решил поработать с тобой. Тот Режиссер с хвостиком сказал, что дорожный менеджер у тебя уже есть. Предложил начать как помощник менеджера и охрана. Я согласился, по-моему, отличный вариант.
— И когда выходить?
— В этом месяце разберусь с делами на старой работе, а со следующего приступлю.
Кан Уджин, глядя на беззаботного друга, хмуро уточнил:
— Ты серьезно?
— Чистая правда.
Взгляд Ким Дэёна был полон решимости. Уджин на мгновение представил будущее с Ким Дэёном в команде. Чан Сухван и Ким Дэён. Два здоровенных медведя.
«Ну, по крайней мере, никто не рискнет на нас напасть».
В этом был свой плюс. Друг рядом мог стать единственным тихим пристанищем среди изнурительного поддержания образа, бесконечных недопониманий и сурового мира шоу-бизнеса.
Ким Дэён снова заговорил:
— Так ты и дальше собираешься корчить из себя этого типа?
— Да. Теперь деваться некуда. Если хочешь работать, изволь соответствовать.
— Хе-хе, будет весело. Это же, по сути, та же игра в реальность, да? Положись на меня.
— И еще… — Кан Уджин замялся. Он хотел было рассказать о лавине заблуждений, в которых погрязли все вокруг, но передумал. Это невозможно объяснить словами. Пусть всё идет своим чередом.
«Раз я напомнил ему про образ, со временем сам всё поймет, чутья ему не занимать».
Ким Дэён сверился со временем в телефоне и спросил о другом:
— Слушай, с нашими пацанами всё понятно, но твоя популярность сейчас просто взлетит. Знакомые еще не начали косо смотреть? Я тут один комментарий видел…
Об этом Кан Уджин и сам подумывал.
— Пф-ф… С начальной школой проблем не будет. Мы часто переезжали, я сменил кучу школ. Да и не помнит меня там никто.
К слову, с Ким Дэёном и остальными закадычными друзьями Уджин сошелся еще в средней школе.
— В средней школе я тоже перевелся во втором классе. Да и какая разница? Ни школьные, ни лицейские приятели понятия не имеют о моей личной жизни.
— Ну, в общем-то да. А вот те, с кем ты познакомился уже во взрослой жизни, могут удивиться. Главное – не переборщить с образом.
Уджин, решив, что будь что будет, почесал в затылке:
— Да чёрт с ним.
Он тихо пробормотал:
— Как-нибудь разрулится. До сих пор ведь получалось.
Пятница, утро 29-го числа. Япония.
Район Синдзюку, кинокомпания «Тоэга». Одна из крупнейших в Японии. В огромном конференц-зале «Тоэги» собралось множество людей.
Никак не меньше двадцати человек.
Они сидели за столами, расставленными буквой «П». У входа расположился седовласый мужчина лет пятидесяти с хорошо знакомым лицом. Это был мэтр японского кино, режиссер Таногучи Кётаро. Остальные – представители кинокомпании и дистрибьюторов.
Самым примечательным было то, что все они…
— …
— …
… включая самого режиссера Кётаро, не сводили глаз с немолодой женщины лет шестидесяти. В конференц-зале царила тишина, а женщина, спустив очки на кончик носа, молча изучала стопку листов.
— Шурх.
На самом деле это была Такикава Акари, сверхпопулярная в Японии писательница. Сценарист Акари была широко известна не только на родине, но и в Корее, да и во всем мире ее признавали как мастера детективного жанра. Более тридцати лет творческой деятельности, десятки произведений.
Среди них – больше пяти неоспоримых бестселлеров.
Причина ее присутствия была проста: в основу следующего проекта режиссера Кётаро легло произведение Акари. Адаптация сценария была завершена буквально вчера, и сегодня сценаристу Акари представляли итоговый текст.
В этот момент.
— Стык.
Дочитав до конца, писательница закрыла рукопись. И одарила сидевшего рядом режиссера Кётаро доброй улыбкой.
— Прекрасно, Режиссер. Мне очень нравится эта адаптация.
Режиссер Кётаро тоже улыбнулся и кивнул:
— Я рад. Приятно слышать, что вам понравилось.
— Видно, что вы старались максимально сохранить дух оригинала. Конечно, не обошлось без сокращений, но верность первоисточнику подкупает.
— Жаль, что не удалось вместить всё. Я приложу все усилия.
Представители кинокомпании и дистрибьюторов, услышав их диалог, облегченно выдохнули. Мужчина, судя по всему, один из руководителей кинокомпании, спросил режиссера Кётаро:
— Но, Режиссер. Вы действительно намерены задействовать в этом проекте корейского актера?
Все взгляды в зале снова обратились к Кётаро. Но тот, вместо ответа, сам задал вопрос сценаристу Акари:
— Я подумываю пригласить на одну из ролей актера из Кореи. Что вы об этом думаете?
Акари, на мгновение опустив взгляд на сценарий, посмотрела в глаза седовласому Кётаро:
— Я только за. Честно говоря, сейчас корейская актерская школа на несколько голов выше японской, разве нет? K-POP, корейские дорамы – их культура становится всё мощнее.
— К сожалению, это так. Япония сейчас барахтается в собственном колодце, и я хочу это подчеркнуть.
— Хотите встряхнуть наших актеров?
— Не без этого, но это не единственная причина.
Тут вмешался представитель дистрибьютора:
— Мы понимаем ваши намерения. Но если речь идет о проекте такого уровня, на него с радостью согласятся и топ-актеры Кореи. А тот корейский актер, о котором говорите вы, – всего лишь новичок, почти неизвестный публике.
Режиссер Кётаро ответил незамедлительно:
— Почему именно малоизвестный актер? Потому что так нужно. Топ-актер не сможет стать тем кнутом, который подстегнет наших артистов.
— Но… мы проверили информацию, о нем заговорили совсем недавно.
— Я тоже проверял.
— Не слишком ли это рискованно?
— Признаться, я и сам удивился, увидев, как вырос его рейтинг за последнее время. Ведь раньше о нем не было ни слуху ни духу. Видимо, у него возникли какие-то сложности с дорамой. Но это не отменяет того факта, что мне совершенно непонятно, почему актер такого уровня только сейчас вышел на свет.
В конференц-зале зашептались. Чтобы сам мэтр Кётаро так превозносил кого-то… Да еще и корейского новичка. Кётаро же, не обращая внимания на гул, продолжал обращаться к Акари:
— В моих глазах этот корейский актер выглядит так, будто он оттачивал свое мастерство не меньше десяти лет. Я видел немногих, способных на такую игру. У него уникальный метод, это было потрясающе.
— …Неужели он произвел на вас такое впечатление?
— Словами этого не передать. Когда я смотрел фильм с его участием, по коже бежали мурашки. Но дело вот в чем.
Кётаро обвел присутствующих взглядом:
— Такой актер скрывался долгие годы, прежде чем сняться в короткометражке и выложиться на полную в дораме, чтобы наконец засиять. И роли-то были не главные. По сравнению с Японией, в корейской киноиндустрии барьер входа невероятно высок. А что мы видим у нас в последнее время?
— …
— Могущественные агентства монополизировали рынок, телеканалы по кругу гоняют одни и те же лица, а редкие новички мгновенно теряют хватку. Рынок переполнен застоявшейся водой.
И добавил:
— Именно поэтому он нам нужен. Я хочу, чтобы все увидели его в деле. Когда они испытают шок от его игры, я скажу им: в Корее актеры такого калибра вынуждены перебиваться тридцатиминутными короткометражками.
Режиссер Кётаро тяжело вздохнул и подытожил:
— Разумеется, мое решение основано не только на его игре и отношении к делу, но и на его харизме и, что немаловажно, на прекрасном владении японским языком. Он говорит не хуже японца, а это критически важно.
Сценарист Акари, скрестив руки, спросила:
— Можно взглянуть на материалы по этому актеру? Кажется, я впервые вижу, чтобы вы были так очарованы кем-то. Мне стало любопытно. Кстати, он уже дал согласие?
— Нет, пока нет. Я планирую отправить сценарий и выехать с командой для официальной встречи по кастингу.
— Вот как.
Акари на мгновение задумалась, а затем снова посмотрела на Кётаро:
— Если вы собираетесь в Корею, почему бы нам не скоординировать наши графики? В июне у меня как раз запланирован визит в Корею по делам.
Она слегка улыбнулась:
— Мне тоже очень хочется увидеть этого актера.
Снова Корея, та же ночь.
Около десяти вечера. Район Чхондамдон, дом Хон Хеён. Роскошная квартира, оформленная в черно-белых тонах, – само воплощение слова «изысканность». Хозяйка, Хон Хеён, сидела на ковре в гостиной.
А рядом с ней…
— Ого, что это за вино? Вкусно!
… сидела Хварин, та самая, с родинкой под глазом. Обе были в домашней одежде, на столике стояли закуски вроде сыра и бокалы с вином. Давние подруги наконец-то выбрались посидеть вместе.
И повод нашелся.
— Слушай, онни, а ничего, что я посмотрю пятую серию «Ханляна» вместе с тобой? А как же съемки?
До начала пятой серии «Профайлера Ханляна» оставалось десять минут.
— Всё в порядке. Сегодня у меня нет съемочных сцен. Мне только в радость посмотреть ее с тобой, Хварин-сси.
— Я тронута! Дзынь!
Хварин пригубила вино и мельком глянула на Хон Хеён, жующую сыр. А затем как бы невзначай перевела разговор на интересующую ее тему. Точнее, этот разговор был ей жизненно необходим для фандомных дел.
— …Кстати, онни. Менеджер Пак больше не появится в пятой серии?
Разумеется, целью был Кан Уджин. Но Хон Хеён вдруг тихо рассмеялась и легонько толкнула Хварин в плечо:
— С чего это вдруг? А-а! Тебе… тебе понравился Кан Уджин-сси, который играл Менеджера Пака?
Хварин, тайно фанатеющая от него, в душе горячо подтвердила:
«Да, очень! Он крутой, играет потрясающе. А этот его тон… такой необычный. Мне так любопытно».
Но Хеён добавила:
— Неожиданно. Наша Хварин запала на актера, да еще и на новичка?
И Хварин, сама от себя не ожидая, выпалила нечто совершенно противоположное:
— Да ну, ты чего. Он мне совсем не нравится.
Первый блин вышел комом.
— Мульти (6) – Конец.