Глава 445 (445/471)
Первый постер фильма «Пьеро: Рождение Злодея» дебютировал на официальных страницах «Columbia Studios» в соцсетях.
«Здравствуйте, это Columbia Studios. Представляем вашему вниманию первый постер проекта „Пьеро: Рождение Злодея“, к которому было приковано столько внимания на премии „Эмми“. И актеры, и вся съемочная группа вкладывают в работу максимум усилий. Мы стараемся создать по-настоящему качественный фильм…»
Хотя к публикации и прилагались дежурные приветственные слова, главным был сам постер. Было представлено всего одно изображение, и Майли Кара, ехавшая в тот момент по центру Лос-Анджелеса, не могла оторвать от него глаз.
— И это тот самый злодей? — Кара восхищенно покачала головой. — Визуал просто убойный.
Она говорила искренне. Сжимая планшет в руках, она не могла скрыть восторга – от постера исходила невероятно мощная энергетика.
«Будто это и не он вовсе. Я ожидала, что маска будет шокирующей, но это… превзошло все ожидания».
Некоторое время она изучала изображение, а затем спросила коллег, сидевших рядом:
— Что думаете об этом постере?
Ответы последовали незамедлительно.
— Визуал гораздо более эпатажный, чем я думал.
— Грим просто потрясающий, до мурашек. Если не знать, что это Кан Уджин, ни за что не узнаешь.
— Раз в названии есть «Пьеро», видимо, за основу взяли этот мотив. Но этот постер… он ведь пугающий, правда?
— Удивительно, как на основе молчаливого, циничного образа Кан Уджина удалось создать маску такого безумца.
— Взгляд не оторвать.
— Точно. К тому же, свою роль сыграл и тот перформанс, который он устроил.
Мнения разнились, но во всех чувствовалось жгучее любопытство. Кара поправила светлые волосы и снова уставилась в планшет.
— …А мне нравится.
Нелепый костюм и прическа, в которых он явился на «Эмми», были лишь цветочками. Постер, который она видела, был первым тизером, или, как их еще называют, персонажным постером. Тот вид рекламы, который выходит задолго до основного промо.
Поэтому на нем не было никого, кроме самого Кан Уджина.
Фон представлял собой хаотичный вихрь красного и синего на густой черной подложке. Похоже на ночной город, объятый пламенем. И на этом фоне запечатлен Кан Уджин по пояс.
Конечно, это был не Генри Гордон, а «Джокер».
Длинные рыжие волосы до плеч зачесаны назад, лицо мертвенно-бледное. На бровях и кончике носа – красные пятна, а вокруг глаз нарисованы острые черные треугольники. Но самое впечатляющее – губы, выкрашенные в красный цвет так жирно, что казались в несколько раз толще обычных. И они растянуты в широкой ухмылке.
«Или он всё-таки не улыбается?»
Лицо кажется невозмутимым, но из-за грима чудится, будто он смеется. Из-за того, что постер был довольно темным, сложно было разобрать истинную форму губ Кан Уджина. Впрочем, общее впечатление не оставляло сомнений – он смеется во весь рот. Внешне он уже выглядел как стопроцентный псих, да и одежда была под стать.
Никто в мире еще не знал имени «Джокер», но, как бы там ни было, «Джокер» явил свое лицо всей планете.
Рассматривая постер, Кара вспомнила его слова из интервью.
«„Кошмарный клоун“, кажется, он так сказал?», – пронеслось в её голове. Она вспомнила, как он бесчинствовал на дорожке, прикуривая сигарету. Её ожидания выросли в разы.
Что же покажет Кан Уджин в образе этого «злодея»?
Её воображение пустилось вскачь, и Кара, сама не зная почему, усмехнулась и начала листать экран. Она закрыла постер и перешла к комментариям под публикацией.
— Похоже, все чувствуют то же самое, что и я.
Комментариев было неисчислимое множество, разумеется, на самых разных языках. Кара поделилась постом на своей странице.
Вскоре первый постер фильма «Пьеро: Рождение Злодея» со скоростью лесного пожара разлетелся по Голливуду. Из уст в уста. От одного экрана к другому. Даже в стане проекта «Красавица и Зверь», где только назначали дату первого съемочного дня…
— Мощный постер, ничего не скажешь.
— Значит, то, что он показал на «Эмми», было лишь разминкой.
— Кто сможет пройти мимо такого постера? Особенно после того, как он заявил: «смотрите, если хотите».
— Это верно. С таким перформансом и таким визуалом… даже я бы пошел в кино просто из интереса.
— Это же «Рождение Злодея». Значит, Пьеро – первый злодей?
— Я немного завидую, но наш Зверь получится не менее качественным.
— Когда у нас съемки для предварительных постеров?
— Прямо перед началом съемок, так что совсем скоро.
… царило оживление. Команда «Джона Персоны» тоже не осталась в стороне. Больше всех восторгался мэтр Голливуда, режиссер Дэнни Лэндис. Джозеф Фелтон вторил ему:
— Маска просто потрясающая. Впервые вижу, чтобы один лишь первый постер вызывал такое острое желание посмотреть фильм.
— …Я был поражен его обликом на «Эмми», но чтобы обычный тизер наделал столько шума… — задумчиво произнес Джозеф.
— Нам стоит поучиться у него, не находишь?
— Я подумаю об этом.
— В любом случае, у «Пьеро: Рождение Злодея» будет бешеный старт. Посмотри, как об этом трубят и пресса, и простые люди.
Так и было. Постер «Пьеро» разлетался по сети с невероятной скоростью.
«CNM: Лучший актер „Эмми“ Кан Уджин. Впервые представлено лицо злодея, о котором он говорил!»
«LA TIME: „Смотрите, если хотите“. Кан Уджин, перевернувший „Эмми“, представил первый постер „Пьеро: Рождение Злодея“! / Фото».
«BBX: Взрывной интерес всего лишь к первому постеру! Сработал ли перформанс Кан Уджина на церемонии „Эмми“?»
В Корее же реакция была близка к фанатичной.
«Кан Уджин, нацелившийся на „Оскар“, представил шокирующий первый постер фильма „Пьеро: Рождение Злодея“!»
«[ИССЬЮ-ПИК] Сольный постер Кан Уджина покоряет мир… Публика в шоке: „Что это?!“»
Чат-форумы буквально взрывались от комментариев.
— Вау… постер просто офигенный…
— Это что? Он в таком гриме будет весь фильм? Что там за сюжет вообще, если он так выглядит?!
— Пха-ха-ха, ну серьезно, если после того шоу на «Эмми» выкатить такой безумный постер, кто устоит и не посмотрит?!
— Чувствую, это будет проект на века.
— Если соединить этот грим и актерскую игру Кан Уджина… черт, что же за фильм нас ждет?
— И впрямь кошмарный клоун, лол.
— Интересно, как там за границей народ реагирует.
Разумеется, таблоиды по всему миру, включая Японию, активно тиражировали изображение. Благодаря этому спустя всего день, 12 августа, постер «Пьеро» можно было легко встретить не только в интернете, но и во всевозможных СМИ.
В это время Кан Уджин ехал на съемочную площадку.
«Ох, елки… Хорошо, конечно, что фильм так пиарится, но как-то неловко от того, что моё лицо теперь повсюду. Хоть это и лицо Джокера», – думал он, листая ленту новостей.
Собственно, тем же самым занимались и все остальные в машине. Кто-то мониторил Корею, кто-то Японию, а кто-то Голливуд. Сам Кан Уджин, делая вид, что ему всё равно, просматривал «Нэдит» – крупнейшее мировое сообщество.
Там тоже всё было забито лицом «Джокера».
И он невольно задался вопросом:
«Что, серьезно так шокирует? Ну… морда у „Джокера“ и впрямь не самая обычная».
Бесчисленные англоязычные комментарии так и пестрили словами «шок» и «ужас». Кто-то даже называл его монстром. Конечно, хватало и злобных комментариев с кучей ругательств, но Уджину было плевать. Он спокойно изучал реакцию мировой публики и постепенно начинал осознавать…
«То, что я вижу сейчас, – лишь верхушка айсберга».
Запускался какой-то колоссальный механизм. «Пьеро: Рождение Злодея» выйдет в мировой прокат, а его недавний ранг поднялся до EX+++.
«„Праведное Зло“, которое стало моим первым EX-классом, принесло глобальный успех и шесть наград на „Эмми“».
Насколько же более разрушительным будет эффект от «Пьеро», который стоит на три ступени выше? Если вспомнить, одна только «Пиявка» собрала в Корее и Японии 30 миллионов зрителей, принеся безумные доходы и влияние. Но «Пьеро» был проектом совершенно иного масштаба.
«Честно говоря, даже вообразить страшно».
Мировой прокат. Трудно осознать, что твой фильм увидят в каждом уголке земли. Кан Уджин не был исключением.
В этот момент Чхве Сонгон с хвостиком, сидевший на переднем сиденье, обернулся и указал назад.
— Уджин-а. Глянь назад. Видишь те микроавтобусы?
— Вижу.
— Они хвостом за нами едут уже какое-то время. Сто процентов – папарацци. Хотят тебя подловить.
«Меня подловить?», – Уджин мысленно недоумевал, а Чхве Сонгон пояснил:
— Проще говоря, папарацци. Это верный признак того, что ты стал настоящей голливудской звездой.
Спустя два дня, утро 14 августа.
Огромная «SPT Студия» в Лос-Анджелесе, раскинувшаяся на десятки гектаров. На этой гигантской территории, где должны были снимать «Красавицу и Зверя», суетились десятки людей. Возглавлял их режиссер Билл Ротнер в черных очках в роговой оправе.
Одним словом – команда «Красавицы и Зверя».
Билл Ротнер и ключевой персонал в последний раз осматривали завершенные декорации, попутно сверяясь с раскадровками и намечая мизансцены и ракурсы.
— Декорации деревни Белль нужно заранее обкатать с актерами массовки.
— Здесь довольно просторно, если ошибиться, мизансцена тут же посыплется.
— Да, это важно. Потребуется немало репетиций, передайте это актерам.
— Слушаюсь.
Спустя несколько десятков минут группа подошла к величественному фасаду замка. Хотя отделка еще не была завершена, Билл Ротнер, потирая подбородок, уже представлял, как всё будет выглядеть. Он остановился перед раскидистым деревом прямо у входа в замок.
«Если взять в кадр вместе со входом в замок, картинка выйдет отличная».
Он обратился к сотрудникам:
— Персонажные постеры будем снимать здесь. И для Зверя нужно сделать два варианта: в образе Принца и в образе Зверя.
Когда вопросы с постерами и другими деталями были решены, команда вернулась к началу съемочной площадки. Продюсер обратился к Биллу Ротнеру:
— Тогда я сообщу актерам дату первого дня съемок.
Тот кивнул и тихо пробормотал себе под нос:
— Первые съемки 1 сентября… Не успели оглянуться, как осталось всего две недели.
В то же самое время в «Columbia Studios».
В конференц-зале главного здания, а не на съемочной площадке, собрались уже знакомые лица. Режиссер Ан Габок с изборожденным морщинами лицом, напротив него – генеральный продюсер Нора Фостер, а также сотрудники и руководители студии. Сегодня съемки «Пьеро» не отменялись – готовность была назначена на полдень.
Это была ежемесячная встреча, на которой обсуждались текущие дела и возникающие нюансы.
Разговоры шли о многом.
Состояние актеров, мелкие и крупные проблемы на площадке, планы на будущее. В какой-то момент лысый руководитель обратился к Ан Габоку:
— Получится ли завершить съемки в те сроки, что мы намечали изначально?
Ан Габок немного подумал и ответил:
— Думаю, мы закончим раньше.
— О-о! Это отличные новости.
Затем режиссер Ан Габок задал встречный вопрос:
— Мне любопытно, завершили ли вы подбор актеров на роли Кан Уджина в последующих проектах вашей «Кинематографической Вселенной»?
— … — в зале повисла тишина.
Лысый руководитель переглянулся с коллегами и негромко вздохнул.
— Мы работаем над этим.
Глядя на них, Ан Габок про себя отметил: «Это будет непросто. И гонорар Уджина взлетел до небес, и сам он и пальцем не пошевелит, пока не увидит сценарий».
Он снова заговорил:
— Вы уже определились с датой премьеры «Пьеро: Рождение Злодея»?
— Учитывая мировой прокат, маркетинг и время на монтаж… Пока мы ориентируемся на вторую половину следующего года.
— Вторая половина следующего года… — Ан Габок потер морщинистую щеку, внезапно вспомнив благодарственную речь Кан Уджина на «Эмми».
— Неужели для вас «Пьеро: Рождение Злодея» – это лишь пролог к «Кинематографической Вселенной»?
— О чем вы?
— Я спрашиваю, неужели вы не собираетесь нацелиться на «Оскар»?
Среди присутствующих пробежал шепоток. Впрочем, шум быстро утих, и отвечать снова пришлось лысому руководителю.
— Каждая картина, создаваемая в Голливуде, разумеется, мечтает о номинации на «Оскар». И наш проект не исключение. На ближайшую церемонию в апреле мы уже не успеваем по срокам, так что будем метить на «Оскар» через год, после премьеры.
— А вот я считаю иначе.
— Простите? Иначе?
Ан Габок продолжил, вспоминая «Джокера» в исполнении Кан Уджина, которого он видел в объективе все эти дни:
— Я убежден, что мы должны бороться за «Оскар» уже в этом сезоне.