Глава 431: «Джокер (9)»
«Джокер» на красной дорожке премии «Эмми»? Услышав ответ режиссера Ан Габока, Кан Уджин осознал:
«О… Похоже, „Columbia Studios“ дали добро?»
Честно говоря, это стало для него неожиданностью. Точнее, он старался не питать особых надежд. Хотя недавно он и настаивал на своем с изрядным напором, против выступала сама Нора Фостер, и Уджин сомневался – выгорит ли? Масштаб «Эмми» был колоссальным, и Кан Уджин прекрасно понимал, что явиться туда в образе «Джокера» – чистое безумие.
Но «Columbia Studios» решили поддержать эту безумную затею.
«Надо же, какая решительная кинокомпания. Мне это по душе».
Получается, Нора Фостер осталась в дураках? Ну, она по-своему переживала за судьбу фильма и всей Кинематографической Вселенной. Мнения не могут быть у всех одинаковыми. Как бы то ни было, настроение Уджина заметно улучшилось, хоть внешне он и сохранял величественную невозмутимость.
— Вот как? — Коротко ответил он.
На другом конце провода Ан Габок негромко рассмеялся:
— Ха-ха, такое грандиозное событие, а реакция у вас, как всегда, будничная. Мы покажем миру первый живой тизер «Джокера» в реальности. Признаться, я начинаю всерьез волноваться.
— Я тоже.
— Да уж, поверим на слово. Но учтите: студия разрешила только то, о чем вы просили – костюм и прическу «Джокера». Всё остальное под строжайшим запретом. Ни слова о сюжете или даже названии фильма.
Кан Уджин кивнул, словно это было само собой разумеющимся:
— Я так и планировал.
— Однако нельзя же просто гордо вышагивать и молчать в ответ на град вопросов. Думаю, можно упомянуть, что это злодей, стоящий у истоков Кинематографической Вселенной в рамках фильма «Пьеро: Рождение Злодея».
Иными словами – разжечь любопытство и вовремя остановиться. Разумеется, Уджин и не собирался болтать лишнего. Чрезмерная болтливость только сделала бы образ дешевым и легкомысленным.
— Да, я понял, Режиссер.
После его ответа Ан Габок на мгновение замолчал, а затем произнес:
— …Жду не дождусь реакции людей на этот тизер.
Поделившись своими чувствами и добавив еще пару слов, режиссер закончил разговор. Кан Уджин медленно опустил телефон и попытался представить себе грядущую церемонию. Премию «Эмми» называют «Оскаром» для телевидения. Даже навскидку её масштаб затмевал Каннский кинофестиваль – по поискам Уджина выходило, что она как минимум вдвое крупнее.
И тут его осенило.
— Ох, черт… А я ведь и правда изменился.
Собственные перемены внезапно показались ему поразительными. Будь это раньше, его сердце бы выпрыгивало из груди, а все силы уходили бы на поддержание образа. Теперь же он планировал перформанс и даже находил в этом удовольствие. Конечно, внутренний Кан Уджин всё еще чувствовал и любопытство, и легкое напряжение, но три года времени и подпространство определенно закалили его.
Наверняка с годами этот рост станет еще заметнее.
Затем.
Кан Уджин с едва заметной улыбкой снова поднял телефон. Нужно было позвонить Чхве Сонгону.
— Глава, подготовьте для меня костюм «Джокера». Точно такой же, как в фильме.
Примерно через час.
Уджин устроился в просторном микроавтобусе для поездки по делам. Лица Чхве Сонгона, Хан Йеджон и других членов команды светились от возбуждения.
— Оппа! Вам и правда разрешили пойти на «Эмми» в костюме «Джокера»?! — Воскликнула Хан Йеджон.
Особенно разволновались стилисты. Все они уже присматривали смокинги и костюмы от люксовых брендов, так что новость стала громом среди ясного неба. Как только машина тронулась, Хан Йеджон, собравшая свои синие волосы в хвостик, спросила Уджина:
— Значит, нам нужно подготовить два варианта: костюм «Джокера» и смокинг?
— Верно.
В разговор вмешался Чхве Сонгон с хвостиком, сидевший на переднем сиденье:
— Насчет костюма «Джокера» свяжись с их гримерной командой. У них наверняка есть запасные, возьмем готовый. Даже дополнять ничего не нужно.
Пока Хан Йеджон кивала, тема разговора в салоне сменилась. Зашумели обсуждения новостей, связанных с шоу «Tonight Show».
«LA TIME: Кан Уджин на „Tonight Show“ заявил: „Другие кандидаты на премию ‹Эмми› меня не интересуют“».
— С ума сойти, сколько же статей! — Воскликнул кто-то из команды.
— Еще бы! Ведь оппа сам это провозгласил!
— Но не слишком ли это резко? Я переживаю, и так ведь полно злобных комментариев было.
— Да здешние репортеры просто вцепились в это мертвой хваткой!
Кан Уджин на миг вспомнил свои слова на шоу несколько дней назад.
«У меня нет времени оглядываться по сторонам».
Черт возьми, переврали всё до неузнаваемости.
Он просто высказал свои амбиции в рамках привычного образа. Но Голливуд рассудил по-своему. Видимо, имидж заносчивого гордеца, живущего под девизом «Пох*й, пляшем», уже прочно за ним закрепился. А началось всё со стопроцентной прямолинейности в его благодарственной речи в Каннах. Та подготовка и привела его к нынешней ситуации.
Как бы то ни было, Кан Уджин, делая вид, что ему всё равно, просматривал плодящиеся заголовки зарубежных СМИ.
«BBX: Кандидат на лучшую мужскую роль „Эмми“ Кан Уджин сделал выпад в сторону конкурентов на „Tonight Show“».
«ABY: „У меня нет времени оглядываться по сторонам“ – дерзкое заявление Кан Уджина».
«NT: Кан Уджин игнорирует других претендентов. Уверенность или безрассудство?»
Статьи сыпались как из рога изобилия. И это не всё – в различных зарубежных сообществах вовсю шло бурное обсуждение его персоны.
— Игнорирует других актеров… По-моему, это просто хамство.
— Кан Уджин, кажется, совсем слетел с катушек. Он ведь и раньше пренебрежительно отзывался об «Оскаре»?
— Просто парень добился успеха в Голливуде, вот голова и закружилась.
— А мне нравится его характер. Он выглядит как настоящий псих, которому плевать на чужое мнение.
— Это просто глупость. О нем и так ходило много слухов.
— Но игра Кан Уджина в «Праведном зле» определенно впечатляет. Да и экшен тоже.
— Чтобы выжить корейскому актеру-одиночке, нужна именно такая смелость.
— Какая смелость? Это просто неадекватность.
Настоящее болото. Кан Уджин, глядя в экран телефона, сохранял маску безразличия, но про себя ворчал:
«Да когда это я говорил, что они меня не интересуют?! А? Когда?!»
В этот момент Чхве Сонгон, тоже мониторивший новости, обратился к нему:
— Хм… Ну, как и ожидалось, шума много. Всё идет по твоему плану.
— …
— Но уж больно громко кричат. Может, запустить опровержение?
Уджин мысленно вздохнул, но лишь усилил свою браваду:
— Нет, оставим как есть.
Сейчас оправдываться было уже бессмысленно.
Позже.
Закончив утренние съемки для Нутюба, Кан Уджин чуть позже полудня прибыл на съемочную площадку фильма «Пьеро: Рождение Злодея». Как только он появился, его тут же окружили иностранные ключевые сотрудники во главе с режиссером Ан Габоком. Причина была ясна – скандал вокруг Уджина, накрывший Голливуд.
Они продержали его добрых полчаса.
«Что-то я уже устал. Ох… надо бы заскочить в подпространство».
Едва войдя в свой трейлер, Уджин воспользовался подпространством. Там, как всегда, царил покой. Набравшись сил, он сразу же приступил к съемкам.
— Экшен!
К слову, съемки «Пьеро» шли уже третью неделю. Сольных сцен Кан Уджина становилось меньше, зато прибавлялось кадров с другими актерами. Из-за этого время Уджина в кадре сократилось, а время ожидания возросло. Но вскоре должны были начаться их общие сцены.
В том числе и с Крисом Хартнеттом.
Режиссер Ан Габок специально так составил график. До августа в основном планировались павильонные съемки с сольными кадрами, а затем, с началом натурных съемок, должно было прибавиться двойных и общих сцен.
Забыв об утренних новостях, Кан Уджин полностью погрузился в работу.
Для остальных же он…
— Вау, Уджин-сси взорвал такую бомбу, а ему хоть бы хны? Ни тени волнения, — перешептывались сотрудники.
— И правда, похоже, ему «нет дела» до всего этого.
— Да уж, характер у него уникальный.
— Зато какая харизма! Честно говоря, я еще не видел актера, который бы так встряхивал Голливуд чуть ли не через день.
Он казался им образцом хладнокровия и непоколебимости.
Прошло еще пару дней, но позиция Кан Уджина не изменилась. Подобное случалось с ним так часто, что он быстро перестал об этом думать. Однако зарубежная пресса и общественное мнение раскалились до предела. Голливудские актеры и другие знаменитости тоже вовсю обсуждали Уджина.
Особенно интересной была реакция четырех других претендентов на лучшую мужскую роль «Эмми».
Кто-то был в недоумении:
— Каждый раз читаю это и поражаюсь. Как можно так задирать нос, не проработав в Голливуде и года?
— Не обращай внимания, он просто пытается играть на нервах.
Кто-то был в ярости:
— Да кто он такой! Что? Мы его не интересуем?! Впервые вижу такого наглеца! Живо выпустите статью против него! Напишите, что мне тоже на него плевать!
Кто-то, напротив, признавал талант Уджина:
— Кан Уджин кажется человеком с тяжелым характером, но это искупается его талантом и мастерством. Его игра и экшен в «Праведном зле» были потрясающими. Не зря за него билась «Большая пятерка» киностудий. Лично я хотел бы с ним подружиться.
А кто-то просто громко смеялся:
— Ха-ха-ха! Этот парень определенно сумасшедший!
Пока Голливуд кипел страстями, июнь подошел к концу и наступил июль.
Пятница, 1 июля.
Но и с началом июля Голливуд не затих. В это время в Лос-Анджелесе на территории «SPT Студии» площадью в пятьдесят тысяч пхёнов завершалось строительство чего-то грандиозного. Сотни рабочих трудились не покладая рук.
Это были гигантские декорации к фильму «Красавица и Зверь».
На площадке появился пожилой иностранец с залысинами и очками в черной роговой оправе на кончике носа. Это был Билл Ротнер, режиссер картины. Разумеется, за ним следовала свита из ключевых сотрудников.
— Пошли, — скомандовал он.
Режиссер Билл Ротнер ступил в мир колоссальных декораций, напоминающий фэнтезийную вселенную. Всё начиналось с места, похожего на старинную деревню. Здесь Билл Ротнер вспомнил о Красавице Белль. Затем был замок. Величественное зрелище. Тут режиссер подумал о Звере и Принце.
— …Хорошо, — произнес он с удовлетворением.
Он и его команда вышли на финальный осмотр почти законченных, невообразимо масштабных декораций «Красавицы и Зверя». За исключением постройки этих объектов, все остальные этапы пре-продакшна были уже завершены.
Это означало, что как только декорации будут готовы, проект немедленно перейдет к следующей фазе.
Режиссер Билл Ротнер вместе с персоналом около часа обходил площадку.
Он не забывал давать указания по исправлению мелких недочетов. Конечной точкой осмотра стал огромный банкетный зал с фортепиано. Тот самый, где проходило прослушивание Кан Уджина. Теперь зал стал в разы роскошнее. Узоры на колоннах и полу стали четче, хрустальных люстр на потолке прибавилось, а повсюду висели шелковые полотна.
Странным было лишь одно.
— Хм, и та расстановка тоже идет успешно, — заметил режиссер.
Как он и сказал, в центре банкетного зала, перед украшенным золотом фортепиано, стоял П-образный стол. Причем стулья были не современными, а идеально вписывающимися в дизайн этого фэнтезийного мира. На них могли запросто разместиться тридцать человек. На первый взгляд это походило на часть сценического оформления, но это было не так.
— Глядя на них так, кажется, что это не подготовка к читке сценария, а вещи, которые всегда здесь и стояли.
Эти стол и стулья были установлены специально для читки сценария «Красавицы и Зверя». То есть местом для проведения читки выбрали именно этот декоративный банкетный зал. Режиссер Билл Ротнер на миг представил Кан Уджина, Майли Кару, Марию Армас и других актеров, которые скоро займут свои места за этим столом.
Затем он обернулся к сопровождавшим его сотрудникам:
— Сообщите актерам утвержденную дату читки сценария.