Глава 410: Вопль (5)
«Звоню как Красавица Белль?», – Кан Уджин сразу задумался над словами Майли Кары.
«А? Значит…»
Неужели ее утвердили на роль Красавицы Белль? Иначе ситуация выглядела бы странно. Вряд ли Кара стала бы звонить спозаранку ради глупых шуток. Но Уджин всё же решил уточнить. Разумеется, максимально понизив тембр голоса:
— …Звонок от Красавицы Белль означает… что вы пойдете по этому пути вместе со мной?
— Именно!
То ли от спешки, то ли от радости, смеющийся голос Кары перебил Уджина:
— Я стала Красавицей Белль. Это значит, что мы вместе завершим «Красавицу и Зверя».
Получив подтверждение, Уджин с суровым лицом мельком переглянулся с Чхве Сонгоном. Тот, всё еще с ежедневником в руках, беззвучно вопрошал одними губами: «Что? Кто это?» Кан Уджин, вместо ответа, поздравил Кару, обозначая ситуацию:
— Кара, поздравляю с ролью Красавицы Белль.
— Ощущения странные. Конечно, я предполагала, что выберут меня, но всё равно очень приятно.
— Раз вы поздравили меня, я должен был ответить тем же.
— Аха-ха, а я уж подумала, что Уджин-сси забыл про мои поздравления.
— Надеюсь на хорошую работу.
— Да, мистер Зверь. Я тоже на это надеюсь.
Пока Уджин и Кара вели беседу, Чхве Сонгон и остальные члены команды подняли невообразимый шум. Чхве Сонгон поспешно выхватил свой телефон, а стилисты и другие помощники…
…!!
— О-о-о! М-м-м!
… начали беззвучно пританцовывать от радости. Похоже, все втайне надеялись, что выберут именно Кару. Членам команды было привычнее работать с Майли Карой, с которой они уже не раз пересекались – от работы над альбомом до «Праведного Зла».
А главное…
— С ума сойти, «Красавица и Зверь» с оппой Уджином и Майли Карой скоро выйдет во всем мире?!
— Я только «за»! Они же так красиво смотрятся вместе.
— Скорее бы увидеть. Ту химию, которую мы не застали на прослушивании.
И шепот команды, и их общие чаяния подтверждали – синхронизация Уджина и Кары была на высоте. Уджин, беспристрастно наблюдая за этим балаганом, втайне ликовал.
«Хе-хе, радуются-то как».
Его сердце забилось чуть быстрее. Может, из-за частых встреч чувство и притупилось, но Майли Кара, с которой он сейчас говорил по телефону, была суперзвездой первой величины в Голливуде. И ему предстояло сниматься с ней в «Красавице и Звере», фильме, который обожает весь мир. Каждое из этих обстоятельств было грандиозным. Как выразить это странное чувство?
Нет, сейчас нужно сохранять спокойствие. Быть сдержанным.
Уджин, углубив свой образ, негромко произнес в трубку:
— Это будет наша вторая совместная работа.
Смех Майли Кары на том конце провода стал отчетливее:
— «Праведное Зло» на самом деле оставило чувство недосказанности, ведь роль была короткой. Для меня «Красавица и Зверь» будет словно первой. Кстати, из компании с вами свяжутся, но как вы смотрите на то, чтобы провести съемку для Нутюба?
Съемка для Нутюба? Уджин в недоумении замолчал, и Кара продолжила:
— Мы ведь ничего не снимали со времен моего альбома. Хотелось бы поприветствовать фанатов по всему миру в образах Зверя и Красавицы Белль. В «World Disney Pictures» сказали, что это не проблема. Я уже спрашивала.
Уджин решил, что вреда от этого не будет.
— Хорошо, давайте сделаем это.
В этот момент Чхве Сонгон, уже нашедший в зарубежных СМИ новость об утверждении Кары на роль…
— …
… поднял голову и посмотрел на Кан Уджина. Ему снова стало не по себе от осознания реальности. Всего пару лет назад он влюбился в его игру в образе Менеджера Пака, а сейчас Кан Уджин обсуждает совместные съемки в «Красавице и Звере» с голливудской суперзвездой Майли Карой. И происходит это в Лос-Анджелесе, самом сердце Голливуде. Внезапно в груди Чхве Сонгона с хвостиком что-то всколыхнулось.
«… Ты уже чудовище. Нет, ты мировая звезда, Уджин».
Тем временем из телефона Уджина снова послышалось:
— Объявление уже опубликовано.
Голос Кары звучал уверенно:
— Какое-то время опять будет шумно, верно?
Затем.
Завершив разговор с Майли Карой, Кан Уджин сел в микроавтобус, чтобы отправиться по делам, и по пути начал просматривать реакцию зарубежной прессы. Что тут скажешь?
«Ого… черт, статей-то сколько вывалило?!»
Новости уже разошлись далеко за пределы Лос-Анджелеса, охватив всю Америку.
«CNM: Официальное заявление „World Disney Pictures“: Майли Кара утверждена на роль Красавицы Белль в „Красавице и Звере“!»
«LA TIME: Роль Красавицы Белль принадлежит Майли Каре! Экранизацию „Красавицы и Зверя“ воплотят Кан Уджин и Майли».
«ABY: Никогда еще объявление актеров не проходило так быстро. Насколько же высока синхронизация Кан Уджина и Майли Кары?»
В потоке новостей чувствовалось не просто воодушевление, а настоящий экстаз.
«NT: Кан Уджин – неожиданно, Майли Кара – предсказуемо. Какую картину создадут эти два актера в „Красавице и Звере“?»
И это было вполне объяснимо. Сначала экранизация «Красавицы и Зверя» наделала шуму, затем утверждение Кан Уджина на роль Зверя подлило масла в огонь, а теперь еще и Майли Кара. Учитывая колоссальный интерес мировой общественности к этому произведению, подобная реакция была естественной.
«BBX: После Кан Уджина утверждение Майли Кары на роль Красавицы Белль снова всколыхнуло мир!»
К этому моменту многочисленные кинокомпании и актеры Голливуда уже всё поняли, и для мировых СМИ осознание масштаба события было лишь вопросом времени.
Так несколько дней пролетели как одно мгновение.
Наступил понедельник, 7 марта.
— Привет, господин Зверь?
— …Здравствуйте, Майли.
— Эй! Ну что такое, вы тоже должны называть меня Красавицей Белль.
— В другой раз.
— Скучный вы.
В этот день у Кан Уджина была запланирована съемка для Нутюба с Майли Карой. Разумеется, видео предназначалось и для «Альтер-эго Кан Уджина», и для канала Кары. Формат был примерно таким:
Дуэт для фанатов по всему миру, короткое приветствие от обоих актеров и пара баек с прослушивания. Хронометраж был невелик, но эффект от этого видео, загруженного на канал «Альтер-эго Кан Уджина» через два дня, был колоссальным.
— 2,02 миллиона просмотров.
Менее чем за полчаса счетчик перевалил за два миллиона.
12 марта, раннее послеполуденное время, Корея.
Место действия – просторный ивент-холл внутри одного из крупных салонов Сеула. Первым делом в глаза бросались десятки репортеров. Они рассредоточились от самого входа до задних рядов. В зале, рассчитанном на пятьсот мест, где сейчас собрались сотни людей, виднелось немало воротил индустрии.
На передних местах сидели режиссер Квон Гитхэк с его добродушным лицом, режиссер Ким Дохи, прославившаяся «Наркоторговцем», режиссер «Сыскного Агентства» Син Дончхун и многие другие.
Все они находились здесь в качестве членов жюри.
Десятки знаменитых режиссеров, почетные судьи из числа топ-актеров, приглашенные постановщики, в том числе зарубежные, приглашенные звезды и знаменитости, видные деятели индустрии.
Над сценой холла, где собрались эти выдающиеся личности, висел баннер:
«Кинофестиваль короткометражных фильмов „Миз-ан-сен“».
Это было масштабное событие, отечественный аналог «Чхоннёна» для короткого метра, который по праву считался «воротами в мир большого кино». Сейчас, после недельного марафона, церемония закрытия и награждения была в самом разгаре.
— А теперь мы начинаем церемонию награждения.
Вслед за объявлением ведущего по залу прокатилась серия вспышек репортеров.
— Па-па-па-па-пак!
— Па-па-па-па-па-па-пак!
Первая номинация.
— Короткометражный отбор.
Вручать награду вышел режиссер Син Дончхун, создатель «Сыскного Агентства», чей дебют состоялся именно здесь. Как только этот человек с примечательной квадратной челюстью поднялся на сцену, среди сотен зрителей зашептались новички-режиссеры, для которых этот фестиваль был вопросом жизни и смерти.
— Это же режиссер Син Дончхун. Тот самый, который по-настоящему выстрелил после Кинофестиваля «Миз-ан-сцен».
— Завидую. В его дебютном фильме главную роль играл сам Кан Уджин.
— Но тогда ведь Кан Уджин тоже был новичком.
— Какая разница? Кан Уджин стал мировой звездой всего за три года. Я слышал, на «Сыскное Агентство» даже делают ремейк за границей. Картина, конечно, хорошая, но, по-моему, за границей ею заинтересовались исключительно из-за хайпа Кан Уджина.
Среди множества молодых режиссеров в зале бушевала зависть к Син Дончхуну.
— В любом случае, режиссеру Сину есть чем гордиться. Его дебют – «Сыскное Агентство»! Первый фильм Кан Уджина. Будь я на его месте, рассказывал бы об этом внукам до конца дней.
— Они начинали вместе как новички, но на следующий год Кан Уджин собрал десять миллионов зрителей, а затем оккупировал первые три строчки в списке самых кассовых фильмов Кореи всех времен. Теперь он звезда Голливуда. Будь я на месте режиссера Сина, мне было бы немного не по себе.
— Ну нет, режиссер Син Дончхун сейчас тоже снимает крупнобюджетное кино.
Пока новички судачили, режиссер Син Дончхун на сцене вручал трофей. После этого последовали награды в категориях «Отбор», «Бронза», «Золото».
— Следующая категория – актерская премия. С этого года вручается только Гран-при.
Настало время наград для актеров, известных как Премия «Актерский Дебют». Сотни начинающих артистов в зале нервно сглотнули. Ведь из всего этого множества лишь один удостоится чести.
— …Хочу его. Безумно хочу получить «Премию Кан Уджина».
Молодые актеры делились своими переживаниями с соседями.
— Если взять «Премию Кан Уджина», об этом ведь точно напишут в новостях?
— Да сто процентов. Сейчас любое упоминание имени Кан Уджина мгновенно становится инфоповодом.
— Пожалуйста… умоляю, пусть назовут мое имя.
Забавно, но начинающие актеры называли Премию «Актерский Дебют» не иначе как «Премия Кан Уджина».
— Почему в этом году так много новичков понаехало… фух, я пропал.
— …Да все они хотят того же, что и ты, дурень. Нацелились на «Премию Кан Уджина». Кан Уджин был первым, кто ее получил, и это был его первый трофей. С тех пор Кан Уджин стал маскотом актерского Гран-при Кинофестиваля «Миз-ан-сцен».
А всё потому, что именно Кан Уджин получил первый в истории этого фестиваля трофей Премии «Актерский Дебют». Более того, год, когда Уджин взял награду, был годом учреждения этой номинации.
Одним словом…
— Все они мечтают стать Кан Уджином.
Кан Уджин превратился в символ актерского успеха Кинофестиваля «Миз-ан-сцен». Впоследствии все новички – и актеры, и режиссеры, посещавшие это мероприятие, – называли Гран-при «Премией Кан Уджина». Имя Уджина придавало награде колоссальную мощь воздействия.
Репортеры и деятели индустрии считали ее высшим достижением.
Неудивительно, что у новичков слюнки текли.
— Ох, но… режиссер Син Дончхун в этом году пришел, а сонбэ Кан Уджин не придет?
— С чего бы ему сюда приходить, когда он в Лос-Анджелесе якшается с голливудскими топами? У него наверняка встречи с киностудиями «Большой пятерки» расписаны по минутам.
— …Он просто мой кумир, хотелось бы хоть раз увидеть Уджина-сси вживую.
— Получишь это, будешь пахать как проклятый, и, может, когда-нибудь ваши пути пересекутся. Молись.
Так сотни молодых дарований возносили молитвы, грезя о «Премии Кан Уджина».
«Пожалуйста, пусть хоть частичка его славы падет на меня».
Кан Уджин незаметно для самого себя стал для корейских новичков кем-то большим, чем просто кумиром. По уровню популярности он почти обожествлялся. Молящиеся актеры со стороны напоминали адептов «Церкви Кан Уджина».
В этот момент.
— Для вручения Гран-при в актерской номинации мы приглашаем…
Ведущий внезапно замолк. К нему подбежал распорядитель фестиваля и что-то зашептал на ухо. Глаза ведущего округлились, он тихо переспросил сотрудника:
— Ч-ч-что, правда? Он сейчас здесь?
Раз уж ведущий не знал, то и сотни людей в зале не могли ведать об этом. Тем не менее, пребывая в шоке, ведущий с несколько отсутствующим видом снова поднес микрофон к губам:
— …А-а, кхм. Простите. Продолжим. Гран-при за актерскую игру вручит по-настоящему выдающийся человек.
После этих слов репортеры в задних рядах зашушукались:
— Выдающийся человек? О ком это он?
— Кто-нибудь в курсе, было ли это согласовано? Я впервые слышу.
— Я тоже.
— Неважно, главное – снимай.
Репортеры, хоть и терялись в догадках, инстинктивно вскинули камеры. Разумеется, заволновались и воротилы в первом ряду, включая режиссера Квон Гитхэка и топ-актеров. Но особенно сильно загудели новички.
Растерянный ведущий добавил:
— Ч-что ж, прошу вас на сцену.
По сцене раздался уверенный стук каблуков.
— …
Из-за кулис вышел невозмутимый мужчина с черными волосами в строгом костюме. Как только его лицо стало узнаваемым, режиссеры и актеры в зале в унисон ахнули, не в силах сдержаться:
— Ох!!
Их кумир, получивший здесь Гран-при и ставший мировой звездой всего за три года.
— К-Кан Уджин?!
Это был он. У сотен новичков началось нечто похожее на массовую истерию.
— …Н-настоящий Кан Уджин… Офигенно, просто безумие.
Их глаза едва не вылезли из орбит. И это было понятно: никто и представить не мог, что увидит звезду такого масштаба так близко.
— Ну и аура у него…
Сам же Уджин, истинный обладатель «Премии Кан Уджина», переполошивший всех присутствующих, оставался спокойным. Он медленно обвел взглядом сотни новобранцев и заговорил в микрофон предельно низким тоном:
— Забавно. Вручать награду, названную моим именем.
Кан Уджин вернулся в Корею.
— Здравствуйте, я Кан Уджин.