Глава 74 Сыюань, да как ты можешь не бояться Это же кладбище!
Ночной ветер пробирал до костей. Проводник вывел их к пустынному склону горы, усеянному зловещими холмиками надгробий. Ли Сыюань знал, что у горцев принято хоронить покойников прямо в землю, выбирая подходящий склон, без всякой кремации. Потому и надгробия здесь были высокими и массивными – нужно было укрыть в земле целый гроб.
Гэ Юй ничего подобного раньше не видел. От ужаса он весь сжался и не смел даже пошевелить головой.
— Послушай, Сыюань… почему эти могилы такие огромные? Неужели ученик здесь? — Прошептал он. — Выглядит просто жутко…
Гэ Юй чувствовал, что еще немного – и случится конфуз. Шорох ветра в листве пугал его до икоты; казалось, будто кто-то перешептывается за спиной. Спина покрывалась холодным потом раз за разом.
— Юй Цян!
— Юй Цян! — Ли Сыюань и мальчик-проводник выкрикивали имя на ходу.
Наконец, поиски увенчались успехом. Из темноты донесся негромкий детский голос:
— Я здесь.
Между несколькими могильными холмиками показался ребенок. Лицо его было перепачкано землей. Это был Юй Цян.
— Учителя, как вы здесь оказались? — Удивленно спросил мальчик. Честно говоря, он и сам испугался, услышав свои имена в этой глуши среди могил, но близость материнского надгробия давала ему сил. Он набрался храбрости и вышел навстречу.
— Юй Цян, ты нас до смерти напугал! — Ли Сыюань почувствовал, как тяжелый камень свалился с души, увидев мальчика живым и невредимым. — Зачем ты ушел один, ничего не сказав?
Мальчик смущенно опустил голову:
— Я просто пришел навестить маму. Её нет уже три года, я хотел с ней поговорить. Раньше я заходил к ней по пути домой, но теперь живу в школе. Я не хочу пропускать ни одного урока, поэтому смог прийти только ночью, когда все спят. И еще… я боялся, что если скажу, вы меня не отпустите.
Ли Сыюань подошел к нему и ласково погладил по голове, смахивая остатки земли со лба ребенка.
— Всё хорошо. Мы бы не стали тебе запрещать. Ты договорил с мамой? Если закончил, пойдем обратно – завтра уроки. — Голос учителя звучал удивительно мягко.
Юй Цян кивнул:
— Закончил.
Однако, когда они уже собрались уходить, мальчик замер на месте.
— Что такое? — Спросил Ли Сыюань, заметив заминку.
Юй Цян пристально посмотрел на учителей:
— Учителя, не могли бы вы подойти со мной к маме? Я хочу, чтобы она с вами познакомилась.
Воцарилась тишина. Гэ Юй едва не лишился чувств. Это было выше его сил: сама фраза в такой обстановке звучала как из фильма ужасов.
— Кхм… — Ли Сыюаню тоже стало не по себе, но, встретившись с умоляющим взглядом ребенка и покосившись на трясущегося Гэ Юя, он ответил:
— Хорошо. Учитель Ли сходит с тобой, а учитель Гэ подождет нас здесь. Идет?
Юй Цян согласно кивнул. Гэ Юй выдохнул с таким облегчением, что, если бы Сыюань попросил его сейчас назваться дедушкой, он бы, пожалуй, согласился без раздумий.
У могилы матери Юй Цян утер слезы рукавом.
— Мама, это те самые новые учителя, про которых я тебе говорил. Они очень хорошие, каждый день кормят нас вкусной едой. Теперь я могу спать в школе и мне не нужно каждый день идти по долгой горной дороге на учебу. Это наш учитель Ли, а там, поодаль, учитель Гэ, он присматривает за моим одноклассником. Они заботятся обо мне совсем не так, как прежние учителя. Даже пришли искать меня ночью. Мама, теперь ты можешь быть спокойна. Я буду прилежно учиться, поступлю в университет и, когда это случится, привезу тебя с собой, чтобы ты на него посмотрела.
Закончив речь, он отвесил земной поклон. У Ли Сыюаня защипало в глазах. Он тоже поклонился надгробию и произнес:
— Мама Юй Цяна, не волнуйтесь. Он очень послушный мальчик. Уверен, он обязательно поступит в хороший университет. Я сделаю всё возможное, чтобы помочь ему, научить всему важному и вырастить достойным человеком.
Едва он договорил, налетел сильный порыв ветра. Он сорвал дикий цветок, росший на могиле, и уронил его прямо к ногам Ли Сыюаня. Тот поднял цветок и снова поклонился:
— Спасибо.
На обратном пути Гэ Юй не переставал донимать его расспросами:
— Сыюань, ну как тебе не страшно?
Ли Сыюань посмотрел на цветок в руке:
— Горные духи куда благодарнее многих людей в этом мире. Пока мы заботимся об их детях, они нам не навредят.
Гэ Юй слушал его как в тумане, но, заметив цветок, спросил:
— А это что за цветок?
— А, это мама Юй Цяна подарила, — буднично отозвался Ли Сыюань.
— Чего?! — Взвизгнул Гэ Юй и пулей отлетел на три метра в сторону.
Всё, с него хватит. Это было слишком странно. Шутка ли – женщина три года как в земле, а он говорит: «Подарила»… На цветок в руках коллеги он теперь смотрел как на проклятый артефакт.
Оператор съемочной группы украдкой смахнул холодный пот со лба. «Надо будет стребовать с режиссера Ли прибавку… – …подумал он. – …С такими съемками и помереть со страху недолго».
В прямом эфире пользователи тоже были вне себя от волнения:
— Мамочки, мне кажется, или шоу превращается в мистику?
— Я свет во всей квартире включил, прежде чем смотреть дальше!
— Автор комментария выше, глянь за спину, там тень какая-то…
— Вы верите в призраков? Я не верил, а теперь верю. И знаете, люди порой куда страшнее.
— Да, этот цветок точно подарок матери. Чудеса.
— Опять я плачу… Ли Сыюань великий человек, побольше бы таких учителей.
Позже, когда Ли Сыюань уже лежал в своей постели, его внезапно осенило. Он с силой хлопнул ладонью по доске кровати:
— Точно!
Гэ Юй, который и так не мог сомкнуть глаз, подпрыгнул на месте и плаксиво простонал:
— Сыюань, ты в порядке? В тебя что, бес вселился?
— Да какой бес! Я придумал! Я знаю, как помочь им выиграть в том конкурсе работ!