Глава 55 Если я буду играть, то кто будет дирижировать А как же ноты
Ли Сыюань завел учеников в концертный зал. Помещение было огромным – казалось, оно способно вместить не одну тысячу человек. Дети из деревни Шилаган никогда в жизни не видели таких исполинских зданий. Пораженные до глубины души, они растеряли всю свою детскую непосредственность и теперь, робея, жались к Ли Сыюаню, боясь отстать хоть на шаг.
Несмотря на то, что министерство образования на словах уделяло деревне Шилаган большое внимание, местные чиновники из профильных ведомств по-прежнему относились к ним с холодным безразличием. Места им выделили на самом краю зала, в темном, боковом углу, где их никто бы не заметил. Однако горцы, увидев, что их посадили в самом углу, лишь облегченно выдохнули. Напряжение на их лицах сменилось любопытством: устроившись на местах, они принялись вертеть головами, осматривая зал. Кое-кто даже робко поглаживал мягкую обивку сиденья.
— В уездном городе и правда хорошо, — шепотом произнес один из мальчиков. — Это сиденье помягче, чем кровать у меня дома.
Ижань, заметив это, склонилась к Ли Сыюаню:
— Сыюань, как думаешь, они не разнервничаются, как вчера? Вдруг вообще петь не смогут?
— Не волнуйся, — с улыбкой ответил Ли Сыюань. — Они у нас молодцы.
Договорив, он подошел к каждому ученику по очереди:
— Когда выйдете на сцену, не важно, сколько людей будет на вас смотреть и как они будут на вас глядеть – не обращайте внимания. Представьте, что перед вами сидят ваши папы и мамы, ваши дяди и тети из деревни. А если станет совсем страшно, просто смотрите на учительницу Ижань, договорились?
Этому приему Ли Сыюаня когда-то научил волонтер в его сельской школе. В те моменты, когда Ли Сыюаня охватывал ужас, он представлял, что все зрители в зале – его близкие и друзья. И, надо сказать, это действительно помогало. Поэтому сегодня он решил передать этот секрет своим ученикам.
Но едва Ли Сыюань закончил инструктаж и собрался присесть, чтобы немного отдохнуть, как к ним подошел сотрудник из сопровождения съемочной группы.
— Учителя, у меня плохие новости, — сообщил он. — Только что пришло уведомление от организаторов: формат конкурса внезапно изменили. Теперь само пение дает лишь шестьдесят баллов. Остальные сорок баллов выставляются за инструментальный аккомпанемент, который должен обеспечить сопровождающий учитель. Никаких фонограмм сегодня не будет. Я постарался договориться, чтобы ваше выступление перенесли в самый конец очереди.
Съемочная группа была в полном недоумении. Если планировались изменения, почему нельзя было предупредить заранее? Зачем устраивать такие «сюрпризы» в последний момент? В зале то и дело слышались возгласы возмущения других учителей – они тоже оказались не готовы. Впрочем, многие из них и так часто подыгрывали своим ученикам на репетициях, поэтому быстро справились с шоком и отправились к организаторам просить инструменты.
Лишь Ижань, услышав слова сотрудника, мгновенно побледнела.
— Мне выходить на аккомпанемент? — В ужасе воскликнула она. — Но тогда у нас не будет дирижера! И как мне играть? У меня даже нот нет! Даже если я сейчас их набросаю, это что же, импровизация? А если я собьюсь, дети же не попадут в такт! В начальной школе деревни Шилаган даже пианино нет, дети никогда не пели под музыку… Мы репетировали только акапелла. Если будет аккомпанемент, нам жизненно необходим дирижер!
Она была готова разрыдаться. Конкурс, на который они шли с такой уверенностью, обернулся какой-то нелепицей. Ладно бы просто не было музыки – дети вполне могли спеть без нее. Но если за мастерство учителя-аккомпаниатора дают сорок баллов, то это просто издевательство. К тому же Ижань владела пианино лишь на среднем уровне.
— Если дети споют отлично, но из-за меня потеряют эти сорок баллов, я себе этого не прощу, — всхлипнула Ижань, и слезы покатились по ее щекам.
В прямом эфире пользователи сети, увидев слезы Ижань, взорвались гневом и сочувствием:
— Что за бред! Организаторы совсем с ума сошли? Впервые вижу, чтобы на хоровом конкурсе заставляли учителей аккомпанировать!
— У организаторов что, денег на колонки не хватило? Если нет, я готов проспонсировать, только посмотрите, до чего довели мою дорогую Ижань!
— Мне кажется, тут пахнет заговором. Неужели кто-то решил подстроить результаты? Иначе с чего бы так резко менять правила?
— Разойдитесь все, я сейчас пришлю свою трехсоткилограммовую девушку, пусть она раздавит этого главу оргкомитета!
Остальные трое артистов тоже заметно занервничали. Чэнь Фань в замешательстве потер руки:
— Я в инструментах вообще ни в зуб ногой. Хотя… я как-то брал пару уроков на барабанах. Может, мне выйти и постучать немного?
— Ты учился играть на барабанах? — Изумился Гэ Юй. Раз даже Чэнь Фань, спортсмен, что-то умеет, то что делать ему, абсолютно бесталанному в этом плане?
Чэнь Фань кивнул:
— Ага, в детстве сходил на три-четыре занятия. Но я за один урок умудрился сломать три пары палочек, и учитель сказал мне больше не приходить. Вот я и ушел в спорт.
Гэ Юй промолчал. Лю Юй промолчала. Ли Сыюань тоже промолчал. Уж лучше бы он этого не говорил.
— Кажется, из нас всех только Ижань умеет играть на пианино, — задумчиво произнесла Лю Юй. — Но если она сядет за инструмент, кто будет дирижировать? Они же не сыграны, всё пойдет вразнобой. Да и если она будет играть импровизацию по наспех написанным нотам, эффект будет совсем не тот.
Все нахмурились. В прямом эфире некоторые пользователи, видя безвыходность ситуации, начали советовать сдаться:
— Ижань, бросайте это дело, иначе дети только расстроятся, и ты снова будешь плакать!
— Вот-вот, в таких несправедливых условиях лучше вообще не участвовать. Похоже, вас просто решили выжить.
— Нужно проявить характер и отказаться от участия, чтобы проучить этих бесчестных организаторов!
Даже сотрудники съемочной группы начали подумывать о том, чтобы предложить им сняться с конкурса. Но тут раздался спокойный голос:
— Давайте сделаем так: Ижань, ты останешься дирижером. А аккомпанемент я возьму на себя.
Все разом обернулись. Оператор поспешил направить объектив на говорящего. Как и следовало ожидать, это был Ли Сыюань.
— Братец Сыюань, ты умеешь играть? — Спросила Ижань, глядя на него как на спасителя.
Ли Сыюань кивнул:
— Немного умею. Могу попробовать.
— Ох! — Гэ Юй шумно втянул воздух, выпрямившись как струна. Это что, какая-то международная шутка? Ли Сыюань с каждым разом кажется всё более невероятным!
— Сыюань, когда это ты успел освоить инструменты? — Задал Гэ Юй резонный вопрос.
Пользователи сети тоже были в полном замешательстве:
— Нет, ну что это за чудо-артист? Каждый раз, когда все заходят в тупик, он выходит и говорит, что у него есть решение!
— Я подозреваю, что он такой же «профи», как и Чэнь Фань. Если бы он умел играть, он бы давно это показал – вспомните, каким самоуверенным Ли Сыюань был раньше!
— Может, это сценарий съемочной группы, чтобы снова очернить Ли Сыюаню репутацию? Бывают такие шоу: сначала обеляют, потом топят ради рейтингов.
— Это было бы слишком жестоко. Посмотрите на улыбающиеся лица детей. Неужели ради рейтингов можно пожертвовать их надеждами и заставить их пережить неудачу?
— Я не то чтобы не верю Ли Сыюаню, я просто не верю в справедливость правил в этом обществе!
— Но Ли Сыюань сам написал песню, так что вполне логично, если он хоть немного владеет инструментами.
— Написать мелодию и текст – это одно. Он за столько лет ни разу не проявлял таланта к игре. Неужели вы думаете, что агентство скрывало бы такой козырь?