Глава 54 Конкурс хоров. Мои правила – это и есть закон
— Алло? Да, это Бу Мэйли. Слушайте, я хотела спросить: можно ли изменить правила нынешнего конкурса хоров?
— …Да-да, каждый год одно и то же, скукотища. Давайте в этом году добавим новый пункт: пусть учителя каждого класса сами организуют инструментальный аккомпанемент. И распределим баллы так: шестьдесят процентов за само пение и сорок – за аккомпанемент.
— …Вот и славно! Я переговорю с мужем, и мы увеличим бюджет мероприятия вдвое.
Положив трубку, Бу Мэйли самодовольно отбросила телефон в сторону.
— Ну и что с того, что песня хорошая и поют ладно? — Хмыкнула она. — Если ваш аккомпанемент не пройдет ценз судей, вы выше шестидесяти баллов не прыгнете. Здесь, в уезде Юньбянь, правила конкурса устанавливаю я. Мои правила – это и есть закон!
Тем временем в интернете слава о хоре, аранжировщике и вокалистах из Великих гор продолжала разрастаться. Многие профессиональные певцы даже начали ночами напролет разучивать эту песню, готовя каверы в надежде урвать кусочек хайпа. Уважение к Ли Сыюаню вышло на новый уровень, а количество его подписчиков стремительно росло.
Крупные медиа, такие как «Хуаго Жибао» и «Хуасиньшэ», не остались в стороне:
«Поэт и аранжировщик из Великих гор: как артист набрал миллионы подписчиков за несколько дней, обретя истинный смысл в глуши».
«Стихотворение „Бамбук на скале“ воодушевляет сердца, а песня „Завтра будет лучше“ дарит надежду: путь Ли Сыюаня от всеобщего презрения до искреннего почитания».
Подобные статьи только подтверждали официальное признание таланта молодого человека. Образ смазливого айдола окончательно ушел в прошлое – теперь официальные власти ставили его в пример как образец для подражания.
В начальной школе деревни Шилаган Гэ Юй сидел один в общежитии. День у него выдался на редкость депрессивным. Листая видео в сети, он только и видел заголовки о великом хоре, аранжировщике и вокалистах.
— А я-то? — Уныло вопрошал он пустоту. — Хоть бы мне какое прозвище придумали…
Он задумался: а кем бы он мог быть? Ничего путного в голову не лезло. Разнорабочий из Великих гор? Хвостик из Великих гор? Тот, кто ничего не умеет, из Великих гор? Звучало как-то не очень. От таких мыслей на душе стало еще тоскливее.
— Надо поднажать, — решил он про себя. — Найти свое призвание!
На следующий день ученики снова исполнили «Завтра будет лучше» перед всеми сельчанами и родителями. За вчерашний вечер Ижань успела провести работу над ошибками: подправила расстановку, разобралась с забытыми словами и обучила детей следить за ее жестами как дирижера. Некоторым она даже поставила специальные движения рук.
Результат не заставил себя ждать: дети вступали идеально синхронно, двигались слаженно. На этот раз Ли Сыюаню даже не пришлось подавать пример – сельчане сами, завороженные исполнением, разразились бурными аплодисментами.
После финальной репетиции наступил момент отправки в уезд. Когда родители узнали, что дети едут на настоящий конкурс и имеют все шансы на победу, от былого недовольства школой не осталось и следа. На смену ему пришли благодарность и гордость.
— Вот же я дурак! — Сокрушался один из отцов, хлопая себя по лбу. — Думал, в школе только время тратят, а теперь понимаю, как ошибался!
— Подумать только, если мой малец привезет награду из самого уезда! Будет что ответить родственникам на Новый год, когда они начнут хвастаться!
— Хоть наши дети и горцы, и им далеко до городских спецов, я верю: под началом таких учителей они добьются своего!
— Учитель Ли обещал привезти каждому родителю по совместному фото, — делился другой сельчанин. — Сохраню этот снимок на память, как мой сын в уезде выступал.
Провожая автобус взглядами, полными надежды, сельчане возвращались к работе с удвоенной энергией. Если дети так стараются ради будущего, то и они, взрослые, должны создать им для этого все условия.
В уезде, у здания концертного зала, было не протолкнуться. Микроавтобусы один за другим высаживали делегации учителей и учеников. Когда из своего транспорта вышли дети из Шилагана в их простой одежде, взгляды всех присутствующих приковались к ним.
Ижань заранее просила всех прийти в белом верхе и черном низе. Дети старались соответствовать, но их белые рубашки у кого-то посерели от сока деревьев, а у кого-то пожелтели от бесчисленных стирок и солнца. На фоне холеных учеников из богатых школ уезда они выглядели крайне контрастно. Большинство классов красовались в новенькой, с иголочки, форме, а некоторым даже наложили сценический грим. Минимум, что можно было встретить у конкурентов, – это ослепительно белые сорочки и строгие брюки.
Ли Сыюань заметил, как в глазах его подопечных закрадывается тень самосебяуничижения. Выстроив их в ряд, он обратился к ним:
— Ребята, не смейте думать, что если на вас простая одежда, то вы уже проиграли. Тем ребятам одежду купили папа с мамой, и вам одежду купили папа с мамой. Этого более чем достаточно. Вы не выбираете, в какой семье родиться, но у каждого из вас есть родители, которые любят вас всем сердцем. Важно лишь то, чего вы добьетесь сами! Кто сказал, что тот, на ком дорогая одежда, поет лучше? Уверен, они вам и в подметки не стоятся.
Он обвел их взглядом и добавил:
— Так что не смотрите на чужие наряды. Просто скажите себе: «Сегодня я стану гордостью своих родителей, гордостью учителей и всей деревни Шилаган!». Ну что, покажем на что мы способны?
— Да! — Их слаженный крик заставил многих на площади обернуться. Учителя и дети из других школ смотрели на этот простоватый класс с любопытством, смешанным с пренебрежением.