Глава 41 Наказание для Бу Шаньчана
Мяо Пинвэнь тут же возразил:
— Это Ли Сыюань сам по себе такой способный. Мы только закончили составлять экзаменационные листы, причем работали в режиме строгой секретности. Каждый отвечал за свою часть, и никто не знал задания целиком.
— …Так что никакой возможности для утечки не было, — продолжал он. — Да и если бы кто-то захотел слить ответы, он бы просто не успел, не говоря уже о том, чтобы передать всё в таком объеме. К тому же, когда принимали экзамен в горах, я присутствовал там лично. Неужели вы думаете, что я стал бы так подставляться ради каких-то учеников?
Это была не шутка – действия Бу Шаньчана фактически ставили под сомнение профессионализм самого Мяо Пинвэня, поэтому объясниться было жизненно необходимо.
Руководители, зная характер Мяо Пинвэня, на время успокоились и поверили ему. Однако в глубине души у них остался неприятный осадок по отношению к Ли Сыюаню и начальной школе деревни Шилаган. Возникло стойкое ощущение, будто те ведут себя не совсем искренне.
Собрание продолжилось, но вопрос о начальной школе деревни Шилаган отошел на второй план. Столкнувшись с подобными разбирательствами, начальство предпочло сначала прояснить ситуацию, прежде чем принимать какие-либо решения. А когда они до этого доберутся – через месяц, два или три года – никто не знал.
Тот самый руководитель, что уже бывал в деревне Шилаган, чувствовал себя крайне скверно. Подобное видео было для него сродни пощечине. Он вполголоса обратился к Мяо Пинвэню:
— Когда вернешься, хорошенько проверь этого Бу Шаньчана. Если за ним водятся частные уроки или любое другое неподобающее поведение – увольняй немедленно.
Мяо Пинвэнь и сам едва сдерживал гнев. Поступок Бу Шаньчана был верхом безрассудства: разве это не прямая попытка подставить методическое объединение и само управление образования? — Хорошо, я всё проверю, как только вернусь, — ответил он.
…
В самый разгар совещания дверь в зал заседаний с грохотом распахнулась.
— Руководители, ошеломляющие новости! — В комнату влетела женщина, по виду секретарь.
Сначала присутствующие сочли её поведение крайне невежливым, но следующие слова секретарши заставили всех буквально затаить дыхание.
— Классическое стихотворение, написанное артистом-учителем из начальной школы деревни Шилаган, было включено Министерством образования в учебники!
Все тут же полезли в свои телефоны. Чем больше они читали, тем сильнее становилось их потрясение.
Спустя долгое время главный руководитель, сидевший во главе стола, заговорил:
— Начальная школа деревни Шилаган – это школа нашего уезда, мы не имеем права обходить её вниманием. Нам нужно серьезно обсудить, как мы можем им помочь! А что касается видео, порочащего Ли Сыюаня… надеюсь, соответствующие лица тщательно проверят наши педагогические ряды. Если учитель не способен на рефлексию при неудовлетворительных оценках учеников, а вместо этого ищет виноватых на стороне – это плохой учитель.
Он не упомянул Ли Сыюаня напрямую, но понимал, что не может ссориться с человеком, которого заметило Министерство образования. Соответственно, и к школе, где работал Ли Сыюань, теперь следовало относиться со всей серьезностью.
Благодаря этому многие бюрократические процессы запустились со скоростью света. И к моменту окончания собрания Бу Шаньчану уже пришло свежее уведомление из управления образования.
[Ввиду того, что Бу Шаньчан пренебрегал своими обязанностями в учебном процессе, не выполнял должным образом роль учителя, оклеветал коллегу и занимался частным репетиторством, что является грубым нарушением учительского кодекса… Выносится следующее решение: аннулировать статус Бу Шаньчана как штатного сотрудника, отозвать его учительскую лицензию и запретить ему занимать любые должности в системе уездного управления образования.]
Когда Бу Шаньчан услышал это уведомление, он окончательно впал в ступор. Черт возьми, он всего лишь выложил видео – как его могли за это уволить? И эти уроки… он ведь просто подтягивал нескольких родственников за небольшие деньги. Как об этом узнали?
В деревне Шилаган Ли Сыюань и не подозревал о бушующих снаружи страстях. Он даже не брал в расчет этих копошащихся букашек. И даже если бы ему рассказали, что его недоброжелатели не только ничего не добились, но и понесли суровое наказание, он бы лишь улыбнулся и забыл об этом.
Сейчас он хотел лишь одного: спокойно работать в местной школе и развивать своих учеников. Ведь глядя на этих детей, он видел в них себя прежнего. Закончив проверку экзаменационных листов, которые привез Мяо Пинвэнь, он тщательно проанализировал ошибки каждого ребенка и причины их возникновения. После этого, лежа в постели, Ли Сыюань размышлял о том, как улучшить условия учебы и жизни своих подопечных.
Внезапно раздался звук:
[Динь!]
[Поздравляем хозяина! Количество очков шока позволяет провести розыгрыш. Система запускает автоматический процесс.]
[Поздравляем хозяина! Получен бонус к физической выносливости. Ваша физическая форма будет автоматически улучшена с 40 до 60 баллов из 100 возможных.]
Ого!
Ли Сыюань почувствовал, что этот навык пришелся как нельзя кстати. В последнее время он ощущал, что его нынешнее тело слишком слабое. Настоящий дохляк. Иногда у него даже спина начинала ныть, пока он просто стоял на кафедре и вел урок. Оказывается, его физическое состояние было всего на сорок баллов – даже до проходного уровня не дотягивало. Неудивительно, что он был таким хилым.
Когда по телу разлилось тепло от Системы, Ли Сыюань почувствовал, как его мышцы наполняются силой, а весь дискомфорт исчезает. Качество сна тоже улучшилось, и стоило дремоте окутать его, как он мгновенно провалился в глубокий сон.
На следующий день ученики пришли в школу в предвкушении. Сегодня должны были объявить результаты экзамена. Ребята были настроены оптимистично: если раньше на экзаменах они не знали ответов на большинство вопросов, то на этот раз всё было наоборот.
— Дзинь-дзинь-дзинь! — Когда прозвенел звонок на урок, Ли Сыюань вошел в класс с пачкой экзаменационных листов в руках.
— Итак, ребята, я посмотрел ваши работы. Результаты… скажем так, средние, — Ли Сыюань решил немного остудить их пыл, чтобы они не задирали нос раньше времени. — Хотя все перешагнули порог успеваемости, многие из вас всё равно допустили ошибки в тех задачах, которые мы подробно разбирали и на которых я акцентировал внимание. Хорошо, сейчас я раздам листы. Буду вызывать по списку от высшего балла к низшему.
— Су И, русский язык – 100 баллов, математика – 100 баллов.
Первой оказалась та самая незаметная девочка. Хоть Су И обычно помалкивала и приносила с собой на обед лишь пустой рис, иногда с соленьями, училась она действительно блестяще. Только она одна из всего класса получила высший балл по обоим предметам.
Когда Су И вышла за листами, одноклассники смотрели на неё с нескрываемым восхищением. Ли Сыюань протянул ей обе работы и подбодрил:
— Прекрасный результат, так держать. Продолжай в том же духе!
— Угу! — Су И старательно закивала, и её лицо засветилось от счастья.
Ли Сыюань продолжил зачитывать оценки остальных. Когда все получили свои листы, он приступил к пошаговому разбору заданий.
— В первой же задаче двое совершили ошибку. Обратите внимание: в условии спрашивалось про сантиметры. Те, кто написал просто цифру восемь, забыли перевести единицы измерения. В будущем на экзаменах проверка должна заключаться не только в повторном решении. Вы должны заново просмотреть все единицы измерения, подчеркнуть их карандашом, и только тогда вы не ошибетесь.
По мере того как Ли Сыюань разбирал задачу за задачей, в классе то и дело раздавались возгласы озарения. Он был настолько внимателен, что в некоторых случаях мог безошибочно сказать, кто именно и почему пришел к неверному ответу.
Зрители в прямом эфире были в полном восторге:
— Обалдеть, из Ли Сыюаня получился просто идеальный учитель! Таких внимательных педагогов сейчас днем с огнем не сыщешь.
— Он ведь знает проблемы каждого ребенка в лицо! Он точно артист? Мне кажется, учитель моего ребенка и в подметки ему не годится.
— Вчера еще кто-то вякал, что Ли Сыюань подтасовал результаты. Да после этого урока я уверен, что он действительно способен вырастить отличников!
— И правда, разве могут быть плохими ученики у такого учителя? Уж точно они лучше тех, чьи наставники только и умеют, что отчитывать родителей в общих чатах.
— Это точно! Дошло до того, что учитель моего ребенка требует, чтобы домашку проверяли мы, родители. Спрашивается, на кой черт мне такой учитель? Если я и проверяю, и ошибки объясняю, откуда она вообще узнает, в чем у моего ребенка пробелы?
— Да сейчас не учителей ищут, а господ каких-то. У моего сына оценки упали, так классная меня так отчихвостила, мол, как я вообще за ребенком дома слежу.
— Ха, это еще цветочки. Последний раз в домашке нужно было, чтобы родитель помог что-то переписать. Я написал, а учительница поставила «незачет», мол, почерк у меня плохой… Я там на месте чуть кровью от злости не захлебнулся.
— Я уже сомневаюсь, зачем вообще брала кредит на жилье в школьном районе, чтобы так мучиться. Может, в сельских школах учителя как-то поответственнее будут?