Глава 19 Никогда не доводилось слышать столь живого урока русского языка
Спустя сорок пять минут в школьных коридорах раздался звонок, возвещающий об окончании занятия.
— Ученики, урок окончен! — Ли Сыюань вовремя закрыл учебник.
Для него, как для профессионального учителя, отсутствие привычки затягивать урок сверх положенного времени было одним из базовых принципов. Он стремился оставить о себе хорошее впечатление, поэтому никогда не крал у детей их законную перемену. Однако, хотя учитель Ли и объявил о завершении занятия, ученики не шелохнулись. Они сидели за партами, словно завороженные, напоминая младенца, который только что напился молока и замер в блаженном оцепенении, желая, чтобы этот момент длился вечно.
— Ребята, урок окончен, — Ли Сыюаню пришлось повторить напоминание.
Только тогда дети начали приходить в себя. Вслед за ними «очнулись» и зрители в прямом эфире, и вся съемочная группа. С того самого момента, как Сыюань начал декламировать текст «Осенний дождь», каждый из них невольно погрузился в созданную им атмосферу.
— Я в шоке, мне еще никогда не доводилось слышать настолько прекрасного чтения, — посыпались комментарии пользователей сети. — Мои уши просто в экстазе. У него не только голос потрясающий, но и само преподнесение: такой обычный текст из учебника, а звучит так живо!
— Ни один учитель русского языка раньше не вызывал у меня подобных чувств. Ли Сыюань – первый, на чьем уроке я не отвлекался и не заснул.
— Я записал этот урок на видео, сохраню его для своего ребенка, хотя он пока существует только в моих планах.
— Всё, после этого урока у меня возникло непреодолимое желание выйти замуж. Кажется, если я не рожу десяток детей, чтобы они послушали Ли Сыюаня, то зря записывала экран.
— Признаю, я был поверхностен. Я думал, он не справится с преподаванием, но этот урок русского языка оказался просто поразительным!
— Если бы в начальной школе мне попался такой же учитель, я бы сейчас не вкалывал на стройке.
— Эй, тот, что сверху, а я тут ассенизатором подрабатываю, на вашей стройке люди еще нужны?
В штабе съемочной группы Ли Цинь глубоко вздохнула. Глядя на Сыюаня через объектив камеры, она чувствовала необъяснимое волнение:
— Ты действительно умеешь удивлять, Ли Сыюань. Словно робот из мультика, постоянно достаешь из кармана какие-то чудеса.
Однако вскоре выражение ее лица слегка изменилось, и она с грустью добавила:
— Если бы мой учитель был так же хорош, разве пришлось бы мне сейчас работать режиссером и давиться казенными обедами из коробок? Но если в будущем представится случай, надо будет попросить его подтянуть мою дочь. Она за экзамен по русскому языку едва тридцать баллов из ста набирает, когда другие, даже если пишут наугад, и то на шестьдесят вытягивают…
Конечно, подобные мысли посетили не только её – почти все сотрудники съемочной группы почтенного возраста, у которых были дети, в тот же миг захотели переманить Ли Сыюаня к себе в качестве частного репетитора.
Гэ Юй и вовсе не сдерживал слез:
— Вспомнить только, я ведь именно из-за того, что завалил экзамен по русскому, не смог поступить в ведущий университет и пошел в школу искусств. А ведь моей мечтой было стать сетевым писателем! Каждый раз, читая классные романы в интернете, я загорался желанием написать что-то свое, но мысли есть, а на бумаге получается такое, что собаки не едят. О-хо-хо…
Когда Ли Сыюань вышел из класса и увидел Гэ Юя в таком состоянии, он не на шутку испугался. — Ты чего это? С чего вдруг в слезы ударился?
— Ничего, Сыюань… — Гэ Юй всхлипнул. — Просто вспомнил свои школьные годы и понял: то, что я не встретил такого учителя, как ты – самое большое сожаление в моей жизни.
Ли Сыюань лишь покачал головой:
— В будущем сможешь часто приходить на мои уроки. А сейчас пойдем со мной на кухню.
Он направился к выходу, оставив Лю Юй, Чэнь Фаня и Ижань в состоянии крайнего напряжения. — После того как Сыюань задал такую планку, как нам вести свои уроки? — Шептались они. — Страшно же опозориться, если выступим хуже. Одно дело, когда ты сам по себе, и совсем другое – когда есть с чем сравнивать.
Тем временем на кухне Ли Сыюань уже готовился кашеварить. Обеды, которые дети принесли в ланч-боксах, нужно было пропаривать минут сорок-пятьдесят, поэтому следовало поторопиться, иначе ученики остались бы голодными. Он приспособил один из котлов под пароварку, установив сверху несколько ярусов бамбуковых решеток, и заодно поставил греться еду для их команды. Затем Сыюань принялся за дело у второго котла.
Ранее он мельком заглянул в контейнеры детей – мяса там почти не было. В основном соленья да овощи; если у кого и попадалось яйцо, это уже считалось роскошью. Для растущих организмов, подвергающихся учебным нагрузкам, такой рацион был крайне скудным. Поэтому у Сыюаня созрел план. Он достал все продукты, которые недавно принесли благодарные родители: копченое мясо, рыбу, дичь. Всё это богатство он начал тщательно чистить и подготавливать.
В прямом эфире зрители недоумевали:
— Зачем он готовит столько продуктов за раз? Разве нельзя распределить их на несколько приемов пищи? Не жалко ли вот так всё сразу переводить?
— Тяжело Ли Сыюаню: и учитель, и повар в одном лице. Кажется, Гэ Юй у него просто на побегушках, как верный хвостик.
— Талантливый человек талантлив во всём, это про него.
— Хоть урок он провел отлично, я всё же считаю, что готовить всё разом – это неправильно. Продукты ведь могут испортиться! — Возмущались некоторые.
— Согласен, согласен, надо его пожурить.
— А мне кажется, у Ли Сыюаня есть какой-то свой замысел, — возражали другие.
В этот раз, несмотря на споры, пользователи сети стали гораздо лояльнее к Сыюаню, и критика уже не была столь едкой.
Сыюань тем временем закончил разделку и разложил все мясные ингредиенты по отдельности. — Помоги мне разжечь огонь в этой печи, — крикнул он Гэ Юю.
— Сию минуту! — Гэ Юй за последние пару дней многому научился. Он уже назубок знал, как разводить огонь и как регулировать его силу. Теперь он мог мастерски управляться с заслонками: нужен сильный жар – будет сильный, нужен слабый – пожалуйста.
Гэ Юй ловко перебросил несколько пылающих поленьев в нужную часть топки. Раздалось шипение: пламя быстро раскалило котел, испаряя последние капли воды с его дна. Когда котел стал сухим, Ли Сыюань плеснул масла и начал готовку. Объемы были внушительные, и это требовало немало энергии. В кухне было жарко, а из-за активных движений на лбу Сыюаня вскоре выступили мелкие капли пота.
Через несколько десятков минут все мясные блюда были готовы. Ароматы, витавшие над кухней – сложная смесь запахов жареного мяса и специй – разнеслись далеко вокруг. Ученики, занимавшиеся в это время каллиграфией, и члены съемочной группы почувствовали, как у них нестерпимо заурчало в животах.
Ли Цинь, словно догадавшись о намерениях Сыюаня, распорядилась перевести объектив, который до этого был сфокусирован на поваре, в классную комнату. Там Лю Юй терпеливо обучала детей искусству письма. Она не только показывала на доске, как делать паузы и работать с нажимом кисти, но и подходила к каждому ребенку, поправляя осанку и положение руки. Ученики старались изо всех сил, и их навыки росли буквально на глазах.
Дзынь-дзынь! Прозвенел звонок.
Дети один за другим откладывали кисти. Они пришли в школу рано утром, преодолев долгий путь по горным дорогам, и их желудки давно требовали еды. Если бы не жажда знаний, они бы уже давно не смогли сосредоточиться на учебе. Поскольку это был последний урок первой половины дня, пришло время обеда.
Ли Сыюань и Гэ Юй принесли в класс корзины с дымящимися контейнерами. — Ребята, подходите за своими обедами! — Объявил Сыюань.
Ряд горячих ланч-боксов выстроился на кафедре. Ученики организованно, один за другим, подходили за своей едой. Но стоило им открыть крышки…