Глава 602: Устраиваемся
В гостиной Питер обнял Лео и представил его остальным членам семьи, за исключением Древней, которой сейчас не было дома. – ...Это Лео.
Лили и Америка, его дочери, быстро окружили Лео, в их ярких глазах читалось любопытство. Грейс и Мэй, как и подобает бабушкам, не смогли устоять перед привлекательностью пухлых щечек Лео.
– Посмотрите на этого милого ангелочка! – ворковала Грейс, протягивая руку, чтобы нежно погладить Лео по волосам. Мэй, разделив ее чувства, добавила: – Он такой очаровательный. Где ты нашел этого драгоценного ребенка, Питер?
Питер улыбнулся, обменявшись взглядом с ЭмДжей. – Долго рассказывать, но теперь Лео будет жить у нас, – Лео прижался к Питеру, окидывая комнату обеспокоенным взглядом, не привыкшим к такому количеству внимания. – Лео, это тетя Мэй, мама ЭмДжей, Грейс, и мои дочери, Лили и Америка...
Несмотря на то, что все были дружелюбны по отношению к Лео, сам мальчик быстро оказался ошеломлен происходящим и решил спрятать лицо на шее Питера.
ЭмДжей вздохнула и объяснила: – Не переживайте, Лео не очень любит людей, кроме Питера. Мне пришлось долго подкупать его, чтобы пробиться к сердцу, но я все еще на втором месте...
– Ты хотела сказать на последнем? – Питер ухмыльнулся, наслаждаясь тем, что он любимчик Лео.
– Цк... – ЭмДжей раздраженно цокнула языком.
...
Пока девочки пытались утащить Лео поиграть, чтобы допросить его вдали от посторонних глаз, Лео оставался рядом с Питером, не решаясь отойти от него. Питер заметил беспокойство Лео и опустился на уровень его глаз. – Лео, я никуда не уйду, хорошо? Ты можешь поиграть с Лили и Америкой. Они мои дочери, так что они будут добры к тебе... – сказал он, оглядывая девочек и получая кивки от обеих. – Я буду рядом.
Глаза Лео расширились, он искал на лице Питера ложь. Удовлетворившись словами Питера, он осторожно присоединился к девочкам, когда они побежали вверх по лестнице, и на его лице растянулась небольшая улыбка.
Когда дети ушли, Грейс и Мэй воспользовались возможностью завалить Питера вопросами - их бабушкинские инстинкты проявлялись во всей красе. – Итак... я хотела спросить о медовом месяце, но теперь просто хочу знать о Лео. Где ты его нашел? Почему он так привязался к тебе? И... ты его усыновишь? – спросила Мэй, ее глаза блестели от любопытства, особенно на моменте последнего вопроса.
Питер обменялся взглядом с ЭмДжей, прежде чем рассказать о неожиданном повороте событий. – Что ж, мы нашли его в последней вселенной, которую посетили, поэтому и вернулись раньше. Он привязался ко мне, потому что я лучше ЭмДжей, Лили и Америки, просто они ещё не осознали этого... – ЭмДжей хмыкнула и закатила глаза. – И да, мы планируем его усыновить. Нам просто осталось узнать мысли девочек. Вот почему мы вернулись немного раньше.
– В какой вселенной? Мы ее знаем? – спросила Грейс, зная, что они отправились в путешествие по вымышленным мирам.
– Пацаны, – Питер раскрыл секрет, удивив и Грейс, и Мэй. – Точнее, их сериал.
В воздухе повисла тишина, пока Грейс и Мэй осмысливали это откровение. Наконец Грейс нарушила тишину удивленным вздохом. – Он... он Хоумлендер, что ли? – спросила она, вспомнив его детскую внешность из сериала.
Мэй, не менее ошеломленная, добавила: – Ты, должно быть, издеваешься...
ЭмДжей не удержалась и спросила: – Я здесь единственная, кто не смотрела сериал? – все кивнули, и она сделала мысленную пометку посмотреть Пацанов одним свободным вечером.
Грейс с выражением страха на лице обернулась к Питеру. – Как ты мог привести его сюда? Что, если он обидит девочек? – сказала она, с каждой секундой все больше переживая.
Питер поднял руку, пытаясь успокоить бабушек. – Ему нужна семья. Мы даем ему шанс на нормальное взросление, – объяснил Питер. – И он не Хоумлендер, так-то.
Мэй и Грейс в замешательстве уставились на Питера. – Что, черт возьми, это значит? – спросила Мэй.
Питер объяснил: – Это клон, который Воут держал у себя в качестве запасного варианта на случай, если Хоумлендер умрет или перестанет подчиняться, – объяснил он, но это не слишком их успокоило. – Вам не о чем беспокоиться. Лео совсем не похож на Хоумлендера, я уверен.
– Но как ты можешь быть уверен? – спросила Грейс, явно напуганная.
– Вот как... – Питер передал свой голос в их сознания, удивив двух бабушек. "Я использовал телепатию, чтобы увидеть всю его жизнь. Он хороший ребенок, хотя у него есть проблемы, и самая серьезная из них - проблема брошенности".
И пока Питер рассказывал им об этом, словно в подтверждение его слов, послышался топот маленьких ножек. Повернув головы, все увидели, как Лео спустился на половину лестницы и, обогнув перила, проверил, на месте ли Питер, после чего бросился обратно наверх.
– Так мило... – одновременно пробормотали Мэй и Грейс, совершенно забыв обо всех своих переживаниях.
----
Когда Лео поспешил обратно наверх, девочки с любопытством окружили его. Лили, которая явно была рада появлению в доме еще одного друга, не могла дождаться, чтобы узнать больше. – Лео, откуда ты? У тебя есть родители?
Лео, все еще привыкая к волне внимания, ответил на своем ограниченном словарном запасе. – Нет... родителей нет... – в его тихом голосе прозвучал оттенок грусти, свидетельствующий об одиноком существовании, которое он пережил.
Америка, всегда отличавшаяся прямотой, спросила: – Мама и папа усыновят тебя?
– Усыновят? – переспросил Лео, не зная о значении этого слова.
– Как бы сказать... – Америка попыталась придумать, как объяснить, но, к счастью, Лили пришла ей на помощь. – Если они усыновят тебя, ты станешь их сыном, а они - твоими родителями.
Глаза Лео расширились, в них появился проблеск надежды. У него не было ответа, ведь он не знал об этом до сих пор, но если Питер усыновит его, он тут же согласится. На самом деле это было бы лучшим событием в его жизни. Возможно, даже лучше, чем встреча с самим Питером.
Лили подхватила: – Америку тоже удочерили! Наши родители самые лучшие, Лео. Ты должен попросить их усыновить тебя, я уверена, они уже думают об этом, – она сияла, надеясь уверить Лео, что быть усыновленным - это круто.
Глаза Лео загорелись, на лице появилась небольшая улыбка. Мысль о том, что у него будет семья, особенно с Питером, наполняла его радостью. Предвкушение того, что Питер усыновит его, заставляло его сердце биться быстрее.
Однако прежде чем Лео успел насладиться радостью потенциального усыновления, Америка с добрыми намерениями, но непреднамеренной прямотой добавила: – Но если они не усыновят тебя, Лео, не переживай. Может, они найдут какую-нибудь другую семью, – надежды Лео быстро сменились тревогой.
Невинные слова задели Лео за живое, пробудив в нем глубоко запрятанный страх быть брошенным. Мысль о том, что его усыновит кто-то другой, кроме Питера, вдруг стала невыносимой.
Америка, не видя внутреннее смятение Лео, продолжала с теплой улыбкой: – На свете есть много хороших семей. Вот мы желаем тебе всего лучшего, Лео, – Лили кивнула, повторяя слова сестры.
Однако Лео не мог избавиться от страха, ведь если его не усыновит Питер, то он предпочтет остаться один. Возможность, что его передадут кому-то другому, казалась ему участью хуже ада.
----
Тем временем, когда Питер, ЭмДжей и Лео вышли из корабля, Черный Нуар остался внутри, терпеливо ожидая сигнала Питера о том, что можно выходить. Обязательство служить Питеру - долг, который он глубоко чувствовал, - обязывало Нуара беспрекословно выполнять приказы Питера.
Время для Нуара текло медленно, минуты превращались в часы. В салоне корабля стояла тишина, и он начал думать, не забыл ли Питер о нем. Неуверенность росла, и Нуар, немного поколебавшись, решил подойти к двери.
Когда он протянул руку, чтобы открыть ее, по кораблю разнесся резкий хлопок, и появилась рука, отшлепавшая его. Удивившись, Нуар посмотрел вниз и увидел перед собой сердитого эльфа. Это был Добби, который выглядел совсем не таким счастливым и беззаботным, как обычно.
Добби сурово отругал Нуара, его высокий голос был наполнен неодобрением. –Хозяин велел подождать! Ты хочешь стать хорошим эльфом, как Добби? Тогда ты должен выполнять приказы Хозяина! – большие круглые глаза эльфа смотрели на Нуара, подчеркивая серьезность ситуации.
Нуар, не знакомый с Добби и особенностями поведения эльфов, не мог не почувствовать шок и замешательство. "Кажется, это самая расистская речь, которую мне когда-либо говорили..."
Добби продолжил лекцию, подчеркивая, как важно следовать приказам Хозяина, чтобы быть хорошим эльфом. Нуар слушал, впитывая информацию и переживая неожиданный поворот событий. Его первоначальное волнение и желание служить Питеру приняло странный оборот, и он оказался в ситуации, которую никак не ожидал увидеть.
В разгар ругани Добби Нуар не мог не задуматься о том, правильно ли он поступил, вызвавшись служить Питеру. Необычная встреча с сердитым и властным эльфом вызвала у Нуара больше вопросов, чем ответов.
Вздохнув, Нуар смирился с тем, что перед ним - странная реальность. Он решил терпеливо ждать, планируя расспросить Питера об этом существе, когда тот вернется.
----
Засыпая рядом со своей красавицей женой, Питер наконец-то смог расслабиться. Он потратил большую часть дня на то, чтобы Лео чувствовал себя как дома, в том числе превратил комнату для гостей в его спальню, потому что Питер отказался продолжать спать с Лео, который только мешал ему отдыхать с ЭмДжей.
Питеру также пришлось провести неловкий разговор с Нуаром, которого смутили слова Добби. Конечно, после некоторого объяснения он все понял, и ему стало очень жаль Добби и его расу, которые, по сути, являются прирожденными рабами.
В конце концов Питер просто сказал ему, чтобы он не думал об этом, так как он будет очень хорошо относиться к Добби. Что касается Нуара, то ему предоставили комнату для гостей на время, пока Питер не найдет для него место.
Питер засыпал, ЭмДжей уже мирно спала в его объятиях, но вдруг время словно размылось, и сознание ушло.
В огромной пустоте окружающее Питера пространство погрузилось во тьму. Усталость после сегодняшних событий сменилась жутким спокойствием. Рядом с ним ЭмДжей продолжала крепко спать, не замечая разворачивающейся картины.
Внезапно перед Питером материализовалась знакомая фигура Мрачного Жнеца. Его скелетные черты были скрыты в тени, но от его присутствия исходила потусторонняя сила.
– Хей, я же говорил, что мы еще встретимся, – провозгласил Жнец, используя запатентованное приветствие Питера.