Глава 724 - Пересечение судеб: Жиллиман на переломе истории
Вскоре Жиллиман провёл краткий ритуал возвращения.
Облачённый в Доспех Судьбы и сжимающий горящий психосилой Меч Императора, он восшёл на трон Макрейджа, пустовавший десять тысяч лет, чтобы принять присягу Ультрамаринов и Ауксилии.
Едва ритуал завершился, жаждущий ответов Примарх начал давать аудиенции.
Сперва он принял Калгара и высших офицеров, затем Святую Целестину, Инквизитора Грейфакс, маршала Амальриха и Великого Магистра Серых Рыцарей.
Даже Иврейн и Тысячеликий удостоились тайной беседы.
Но дольше всего он пробыл наедине с Архимагистром Коулом.
Лишь спустя несколько дней дошла очередь и до тебя — его брата.
Офицер Ультрамаринов отвёл тебя не в парадный зал, а в личную медитационную келью Примарха.
Войдя в вибраниумовом доспехе, ты увидал Жиллимана: гигант восседал за дубовым столом, закрыв бронзовое лицо массивными керамитовыми перчатками.
Едва ты сделал шаг, он поднял голову. Его глаза были полны невыносимой боли и отчаяния.
— Младший брат... Десять тысяч лет! Я проспал целых десять тысяч лет! — проговорил он сдавленным голосом. — Посмотри, во что превратилось человечество! Слепая вера, невежество, деградация и нищета...
— И всё это творится именем «бога»! А самое ироничное — сам этот «бог» больше всего на свете ненавидел подобные титулы!
Ты молча слушал его исповедь.
Ты хотел успокоить брата, чьё сознание трещало по швам от страшной правды о современном Империуме.
Но Жиллиман перевёл мученический взгляд на старинный фресковый портрет Императора.
— Мы потерпели крах, Отец. Ты подвёл своих сыновей, а мы подвели тебя. Наша гордыня и тщеславие породили этот кошмар. Мы предали само человечество!
— Разве Хорус не утверждал, что ты бросил людей ради божественности, и не сделал это поводом для Ереси? Разве текущий вид Империума не вызывает у него злорадного смеха?!
Жиллиман резко поднялся, грохоча Доспехом Судьбы. Он уставился на фреску с золотым ликом Императора и почти взревел:
— Чего ещё ты от меня хочешь?! Я отдал вам всё! А теперь посмотри, во что они превратили нашу мечту!
— В разлагающемся трупе Империума не осталось ни капли разума и надежды! Только страх, ненависть и невежество поддерживают жизнь в этом гниющем теле!
— Знай я всё заранее, я бы предпочёл сгореть дотла в огне, разжёженном Хорусом, чем видеть этот позор!
Ты подошёл ближе. Встав рядом с примархом, ты снизу вверх посмотрел на его суровое лицо и спокойно произнёс:
— Брат, знаешь... Когда-то я был лишь смертным. Обычным человеком из другого мира, не способным даже муху обидеть.
— Глазами смертного я видел десятки кровавых войн. Я видел, как простые люди отдавали жизни за свой дом, за свою веру, за будущее.
— Тогда смерть шагала со мной рука об руку. Слабый, я не мог переломить ход битвы или спасти каждого...
— Знаешь, что давало мне силы сражаться дальше? Думаешь, Император? Нет. Не только Его взор.
— Сил мне давал клинок, переданный умиравшим товарищем. Глоток воды из фляги спасённого сироты. И... пара фиолетовых глаз, которые я храню в памяти и не забуду никогда.
— Жиллиман, подойди к окну. Посмотри вниз. Там тысячи людей ликуют из-за твоего возвращения. Каждый из них только что потерял в битве близких, детей, родителей! Но что им делать? Поплакать втайне и снова строить дома! Потому что, пока они живы, жизнь надо продолжать!
— В чём их вина? Человечество не виновато! Виноваты предатели, отрекшиеся от своего рода! И мы, Примархи, способные нести это бремя, обязаны драться! Драться до самого конца!
— Если ты считаешь их слепыми фанатиками — веди их, как Примарх! Укажи верный путь! Если считаешь невежественными — учи их! Слушай их молитвы и надежды!
— Жиллиман, мой брат... Империум гниёт десять тысяч лет, но в людях всё ещё жива надежда!
Твои слова, сказанные от чистого сердца, словно искра, зажгли давно угасший огонь в душе Полубога.
Величественная, несокрушимая аура вновь окружила Жиллимана. Он развернулся к тебе и произнёс твёрдо:
— Ты прав, брат. Мне посчастливилось жить в лучшую эпоху — в золотой век побед и надежд. Я, сын Императора, Примарх, не имею права поддаваться унынию.
— Пока эти люди, выросшие во тьме и хаосе, хранят стойкость и мужество, выказать слабость с моей стороны было бы непростительным эгоизмом.
Он положил гигантскую синюю перчатку тебе на вибраниумовый наплечник.
Печаль и боль были упрятаны в самые глухие уголки его души. Осталась лишь праведная ярость.
— Я верю в потенциал человечества. Верю, что великое будущее всё ещё возможно, а Империум может переродиться в огне...
— Спасибо тебе, брат. Благодаря тебе я понял, что даже спустя десять тысяч лет я не одинок.