Глава 101. Экспансия
Деревня Эллен располагалась у подножия высокой горы, спиной к лесу. Большинство её жителей были охотниками, жившими за счёт промысла в горах.
В этот вечер охотники один за другим возвращались домой. Они показывали добычу, хвастались, у кого улов больше, спорили, сколько серебряных монет удастся выручить за редкие шкуры в лавках, открытых Лордом в городе. Говоря об этом, они не могли не хвалить справедливость и щедрость Лорда — их доходы заметно выросли, а жизнь перестала быть такой тяжёлой и скованной, как прежде.
Когда вернувшиеся охотники собрались у входа в деревню, отдыхая и беседуя, тишину закатного часа внезапно разорвал звук быстрых и тяжёлых копыт.
Люди подняли головы и посмотрели в сторону дороги. На её конце, на фоне алого заката, показались пять величественных серебряных фигур, несущихся к деревне на высоких боевых конях.
Когда всадники приблизились, в лучах заходящего солнца их облик стал отчётливо виден.
Они были облачены в тяжёлые серебряные рыцарские доспехи, отливавшие золотом в свете заката. Высокие, мощные кони были защищены бардами(доспех конный, не певец). По обе стороны седла висели длинные мечи, щиты и копья. На выступающих лезвиях копий ещё виднелись тёмно-алые пятна крови, словно не до конца высохшие, и под закатным светом от них исходила глухая, зловещая аура убийства.
Все напряглись, сжимая оружие, готовые сражаться насмерть, чтобы защитить жён и детей, стоявших за их спинами.
К счастью, кто-то первым узнал герб на доспехах.
— Это рыцари Лорда!
Как только прозвучали эти слова, все взгляды устремились на грудь впереди идущего рыцаря. На его кирасе отчётливо выделялся чёрный щит с изображением меча, вонзённого в спину, и девятиглавого дракона. Взгляды людей тут же смягчились: луки, стрелы и тесак, сжатые в руках, опустились. Теперь они смотрели на грозных рыцарей с уважением и восторгом.
Неужели это и были те самые могущественные рыцари Тамплиеры, о которых ходили слухи, — те, что всегда следовали за своим великим Лордом, сражались на севере и юге, покоряя огромные земли и истребляя бесчисленных ужасных оборотней?
Но что понадобилось столь знатным и сильным рыцарям в этой глухой деревушке?
Согласно тому, что говорили в городе, лишь официальные рыцари имели право носить на доспехах благородный герб, символизирующий Лорда. Даже Чёрный Железный Рыцарь должен был собственноручно убить в бою хотя бы одного вражеского рыцаря, прежде чем быть посвящённым и стать по-настоящему знатным господином.
По словам людей из купеческой гильдии, в ордене рыцарей Лорда сейчас насчитывалось всего немногим более сотни Чёрных Железных Рыцарей, и большинство из них прежде были солдатами территориальной стражи, первыми последовавшими за Лордом.
Когда первоначальное возбуждение улеглось и в глазах людей проступило недоумение, впереди идущий Чёрный Железный Рыцарь внезапно спешился и быстрым шагом направился к собравшимся.
Под взглядами всей деревни этот высокий и крепкий рыцарь остановился перед старым Джеком. И тут, к всеобщему изумлению, благородный воин вдруг опустился перед ним на одно колено.
Старый Джек опешил от неожиданности, но затем будто что-то вспомнил и посмотрел на коленопреклонённого рыцаря с неописуемым волнением.
Рыцарь медленно поднял руку и снял шлем. Перед всеми открылось суровое, решительное, но до боли знакомое молодое лицо.
— Отец… Оливер вернулся!
Голос молодого рыцаря дрожал. Его глаза, устремлённые на старого Джека, были налиты кровью, но он изо всех сил сдерживал слёзы.
— Оливер! Сын мой! Я знал… я знал!..
Старый Джек разрыдался от радости.
Он попытался поднять сына с колена, но не смог сдвинуть его. Оливер тут же понял и сам встал. Старик, глядя на высокого, могучего сына в грозных доспехах, дрожащей рукой погладил чёрный герб на его груди и всё кивал, не в силах остановиться.
— Хорошо… очень хорошо!..
Окружающие наконец пришли в себя, и вокруг поднялся возбуждённый гул.
— Это Оливер!
— Так старик Джек не хвастался! Его сын и правда стал рыцарем!
— В нашей деревне появился великий человек!
— Маленький Оливер раньше не был таким здоровяком, но стрелял он лучше всех в деревне, даже лучше своего отца!
Женщины и дети, услышав шум, тоже сбежались и окружили их. Новость о том, что сын старого Джека — Оливер — стал рыцарем под началом Лорда, быстро разнеслась по всей деревне.
Оливер был одним из первых бойцов территориальной стражи, сформированной Чэнь Мо. Хотя в первом сражении против графа Уоррена он убил немало солдат, ни одного вражеского рыцаря ему тогда не удалось сразить.
В последующих боях его сила росла, но подходящего момента всё не находилось. Видя, как товарищи один за другим становятся рыцарями, он сдерживал жгучее нетерпение.
Лишь в недавнем сражении Оливер ринулся вперёд, сражаясь отчаянно, и наконец сумел в одиночку убить рыцаря противника. После этого Чэнь Мо официально посвятил его в рыцари, сделав Чёрным Железным Рыцарем и предоставив ему четырёх оруженосцев.
Изначально ему было приказано уничтожить появившегося поблизости оборотня. Узнав, что задание проходит рядом с родной деревней, он обратился к капитану Эндрю с просьбой заглянуть домой после выполнения миссии.
Из-за непрерывных походов у рыцарей почти не было возможности навещать семьи, поэтому, раз уж представился случай, Эндрю, разумеется, не стал возражать.
Так и появилась сцена, свидетелями которой они только что стали…
Спустя год непрерывного расширения и строительства, владения Чэнь Мо изменились до неузнаваемости.
Экономическая и военная мощь его земель во много раз превосходила все окружающие территории.
Распространение новых сельскохозяйственных орудий и методов земледелия резко увеличило урожайность. При этом Чэнь Мо взимал лишь очень низкие налоги. Впервые крестьяне почувствовали радость от того, что в доме есть излишки зерна и можно не тревожиться о пропитании.
Кроме того, Чэнь Мо вместе с орденом рыцарей Храма непрерывно подавлял появлявшихся в пределах территории оборотней, сделав их почти полностью истреблёнными. Лишившись угрозы со стороны этих ужасных тварей, люди получили безопасность и больше не жили в постоянном страхе и голоде.
При наличии еды и защиты жители трудились спокойно, условия их жизни заметно улучшились. В отличие от соседних земель, где крестьяне были измождёнными, одетыми в лохмотья, здесь лица людей светились довольством и спокойствием.
Многие простолюдины из окрестных владений тайно бежали в земли Чэнь Мо, надеясь стать его подданными, избавиться от угрозы оборотней и прокормить свои семьи.
Чэнь Мо принимал всех без исключения. В Европе того времени производительность была крайне низкой, урожаи малы, налоги высоки, а войны, бедствия и резня, учинённая оборотнями, годами подтачивали жизнь людей. Население всего континента не превышало десяти миллионов.
Как важнейшая производительная сила и источник солдат, крестьяне были для Лорда бесценным ресурсом.
Чэнь Мо выделял беженцам землю, раздавал инструменты, зерно и семена, позволяя им быстро обосноваться и вновь начать производство.
После разгрома нескольких крупных лордов в округе владения Чэнь Мо расширились почти до десяти тысяч квадратных километров — территории, сопоставимой с несколькими графствами в Британии.
За вычетом лесов и гор оставались огромные площади, пригодные для освоения. Что же до населения — его много не бывает.
Хотя по мере расширения Чэнь Мо тратил значительные силы на истребление оборотней, темпы завоеваний не снижались.
Обладая сокрушительной боевой мощью, превосходным снаряжением и поддержкой народа, войска Чэнь Мо были неудержимы. Земли одна за другой переходили под его контроль, и многие лорды на границах его владений сдавались ещё до подхода армии.
От таких дворян Чэнь Мо требовал передачи всех земель и власти, позволяя сохранить личное богатство. Дальнейшую судьбу он решал после проверки.
Способных он назначал управлять регионами, неспособным позволял остаться праздными дворянами в городах.
А тех, кого народ искренне ненавидел, Чэнь Мо приказывал немедленно судить и казнить публично.
Он не заботился о том, отпугнёт ли это других лордов от добровольной сдачи. Для него сопротивлялись они или нет — разницы не было. Перед лицом его рыцарей Храма любая сила рушилась. А если кто-то сопротивлялся дольше, это лишь служило дополнительной тренировкой войск.
Примечательно, что среди лордов, мудро решивших добровольно сдаться под давлением армии Чэнь Мо, оказалось имя — Виктор.
Увидев его воочию, Чэнь Мо окончательно убедился в своём предположении: мир, в который он попал, действительно был миром того самого фильма, и события разворачивались до того, как Виктор стал вампиром.
До этого Виктор лично возглавлял своих рыцарей в истреблении оборотней на своих землях. Его сорок элитных рыцарей вместе с ним самим были богаты боевым опытом и обладали внушительной силой.
Чэнь Мо решил без колебаний включить этот особый элитный отряд в свои войска.
Он не стал реорганизовывать их, как другие части, а полностью оставил под командованием Виктора.
Чэнь Мо не опасался предательства. Во-первых, сила Виктора не представляла для него угрозы. Во-вторых, это можно было рассматривать как своего рода испытание.
После тщательного расследования, личного общения и сопоставления с сюжетом фильма Чэнь Мо понял, что Виктор — человек принципов, упрямый и консервативный.
Для него родовые законы и честь семьи стояли превыше всего. Даже когда его дочь Соня нарушила законы вампирского рода, осквернив чистоту крови, полюбив оборотня-раба Люциана и забеременев, Виктор, несмотря на невыносимую боль, подчинился закону расы и собственным убеждениям, лично приказав привести приговор в исполнение.
Самое главное — у него не было великих амбиций. В отличие от Маркуса, прародителя крови, мечтавшего о господстве нежити над миром, Виктор всегда считал, что истинными хозяевами этого мира являются люди.
Разумеется, сейчас он всего лишь обычный человеческий лорд под властью Чэнь Мо.
Примечание: нашел название фильм «Другой мир» (англ. Underworld, 2003 год)