Глава 341. Сила людей куда больше, чем вы можете вообразить
Сила людей куда больше, чем вы можете вообразить
Не проявляя ни капли робости, Джордж вначале учтиво склонился перед Тинголом, а затем с улыбкой произнёс:
— Я прибыл сюда от имени старшего принца и всего человечества, и у меня есть два вопроса, которые я хотел бы обсудить с Вашим Величеством.
— Во-первых, в эльфийском городе в Дортонионе я основал Академию, в которой люди, эльфы и гномы смогут делиться друг с другом опытом и взаимно укреплять свои силы.
— Во-вторых, я хочу попросить Менегрот, чтобы он послал воинов на борьбу против полчищ балрогов под предводительством их владыки. Мы надеемся вновь выстроить оборону против Ангбанда.
— Человек, об этих двух вопросах уже говорили со мной Ангрод и Аэгнор, и я им дал совершенно ясный ответ.
— Если ты их собираешься повторить, в этом нет необходимости.
— Из уважения к Финроду, что послал тебя, я разрешу тебе погостить здесь какое-то время, а затем подарю немного сокровищ перед твоим отбытием.
Услышав речь Джорджа, Тингол с приподнятой головой усмехнулся, приняв его слова за некую шутку.
— Какой-то смертный смеет так дерзко говорить! Тебе бы следовало немедленно поблагодарить Его Величество за милость и уйти. Сам факт, что ты стоишь в этих чертогах, уже твоё большое везение!
Один из наследников знатного рода шагнул вперёд и презрительным взглядом уставился на Джорджа.
— Аэлис, кто тебе позволил открывать рот? Закройся немедленно, а то не успеешь выйти, как и второго переднего зуба лишишься!
Заметив, что кто-то строит козни против Джорджа, Галадриэль тотчас надменно выставила вперёд свой изящный кулак, грозно сжав его.
Ведь Джордж, возможно, и не столь могуществен, каким его описывают братья, но всё же он прибыл по поручению её старшего брата и был встречен ею лично, а значит, находится под её покровительством. Как она может допустить, чтобы его бесцеремонно унижали?
Услышав это, Аэлис, продолжая кипеть от злости, предпочёл спрятаться за спину своего отца.
—Галадриэль, ты девушка, именно поэтому я раньше не решался всерьёз применить силу. Не воображай, будто я тебя не смогу одолеть.
Когда Галадриэль вначале явилась в это королевство, Аэлис ухаживал за ней. Но её условие, чтобы жених превосходил её в силе, вынудило его, как и остальных, выйти на «спарринг».
Итогом же стало то, что он лишился одного переднего зуба, а руки его временно вылетели из плечевых суставов.
— И, в конце концов, я лишь правду сказал. Какой-то человек возомнил, что может вести обмен знаниями с нашими эльфами? Да кто он такой?
— Аэлис, правильно? Слышал ли ты что-нибудь о подземных снага? — Джордж, обернувшись к нему, сделал голос более жёстким.
Он выступал здесь не прося милостыни, а предлагая выгодное сотрудничество между Нолдор Фингона, людьми и Синдар.
Унижаться перед ними не было нужды – это только бы усилило их презрение.
«Кузнеца делает твёрдость молота» – нужно иметь за душой достаточно силы, чтобы не бояться провокаций. Жёсткий ответ в такой ситуации уместнее, нежели заискивания.
Воины же обычно вступают в союз не из-за чьих-то смиренных речей, а если видят в союзнике реальную выгоду.
— Подземные снага? Что это ещё за существа? — Аэлис растерялся от такого вопроса.
Джордж улыбнулся и пояснил: — Снага – это разновидность орков, мелких и слабых, которые в Ангбанде обычно трудятся на самых низких уровнях, выполняя грязную или чёрную работу.
— Однажды такой снага нёс еду в тюремный блок и повстречал там пленённого Нолдо. Этот орк восхвалял свои «прекрасные условия» жизни под землёй, мол, он даже может почти наесться, и к тому же его почти не бьют кнутом.
— Нолдо же лишь презрительно усмехнулся и поведал ему о том, насколько необъятен мир за стенами Ангбанда, а ещё о роскошной жизни эльфов в Валиноре.
— И только тогда этот снага осознал, насколько узкими были его представления о мире.
— Ха-ха, забавное сравнение! Ты и впрямь, Джордж, интересный человек! — Лутиэн, стоявшая у трона, догадалась, что Джордж хотел этим сказать, и, осознав его намёк, невольно рассмеялась.
А Аэлис лишь через пару мгновений понял, что Джордж сравнивает именно его со снагой.
— Человек! Я вызываю тебя на поединок!
Осознав, что его унизили перед Лутиэн, Аэлис покраснел от ярости и, выхватив эльфийский меч, швырнул его к ногам Джорджа.
Тингол, восседавший на троне, холодновато обратился к Джорджу:
— Человек, примешь ли ты вызов Аэлиса?
— Если откажешься, я сочту всё, что ты произнёс, жалкими бреднями труса.
— В нашем королевстве Дориат не нужны такие трусливые болтуны, так что можешь сразу убраться прочь.
Только что рассказанная притча, хоть прямо и высмеивала Аэлиса, косвенно задевала и само королевство серых эльфов во главе с Тинголом.
Неудивительно, что Тингол испытывал к Джорджу куда меньше симпатии.
В глубине души ему даже хотелось, чтобы Аэлис на месте «проучил» этого дерзкого человека, после чего можно было бы вышвырнуть его прочь из леса.
— Я принимаю вызов. И не спешите недооценивать нас, людей. Наша сила куда больше, чем вы можете вообразить.
Джордж слегка пнул эльфийский клинок, и тот мигом взлетел и чётко скользнул обратно в ножны на поясе Аэлиса, заставив всех присутствующих нахмуриться.
Похоже, этот человек и впрямь кое-что умеет.
На самом деле, Джордж не обладал выдающимся мастерством меткого удара ногой, хотя и был физически силён, но не являлся «воином высшего класса», способным филигранно контролировать эту силу.
Если он и вступал в рукопашный бой, то главным образом делал ставку на грубую силу и сокрушал врага, не особо заботясь о филигранных приёмах.
Эффектного «возвращения клинка в ножны» он добился исключительно благодаря способности управления металлом.
Если бы захотел, он, пользуясь такой силой, мог бы управлять мечом и на расстоянии нескольких километров, поражая врагов.
Внутри главного зала Аэлис и Джордж встали друг против друга.
Двое элитных стражников в золотых доспехах внесли огромную подставку, на которой размещались различные эльфийские орудия: мечи, копья, луки, топоры и прочее.
— Человек, я не буду сражаться моим основным Мечом Восхода. Мы оба выберем себе оружие одинакового качества с этого стеллажа и честно сразимся!
Аэлис отложил свой изысканный эльфийский клинок, превосходивший представленные, и вместо него взял с подставки обычный эльфийский меч и эльфийский лук.
Синдар, хоть и не впитали свет Древ, в одиночных схватках были слабее Нолдор, однако благодаря вековому опыту жизни в лесах часто превосходили Нолдор в стрельбе из лука.
К тому же на Дориат издавна проливается защита Мелиан, и рождённые здесь серые эльфы физически крепче, чем зелёные эльфы восточных земель, оставшиеся там со времён древних.
Разумеется, они куда сильнее обычных людей.
— Я маг, и мне не нужно оружие. Ты волен выбирать, что тебе угодно, — улыбнулся Джордж.
Хотя Аэлис явно груб в своих высказываниях, человек он, похоже, не совсем дурной. Поэтому Джордж решил проявить некоторую снисходительность в бою.
*Примечание:
Снага (англ. Snaga), обозначающее «раб» согласно Приложениям к «Властелину Колец», не является собственным именем, но напротив — термином, использовавшимся уруками для обозначения меньших орков. Среди прочих использовался Углуком по отношению к разведчику урук-хай и Шагратом в адрес одного из орков крепости Кирит Унгол.
В кинотрилогии Питера Джексона имя «Снага» ассоциируется с одним определённым орком в «Двух крепостях» (который, к слову, ни разу не упоминался по имени), членом отряда Гришнака, который хотел съесть Мерри и Пиппина, чтобы утолить голод. Этот орк был обезглавлен Углуком и съеден урук-хай.