Глава 620: «Ты хочешь, чтобы я похоронил тебя раньше срока?»
— Лок, держи.
— …Спасибо.
Лок пришел в себя и посмотрел на подошедшую к нему Мейс. Киллерша протянула ему чашку кофе. Приняв ее, он едва заметно улыбнулся:
— Было бы еще лучше, если бы там оказался алкоголь.
Мейс пожала плечами:
— Плохая затея. Мы все еще на задании, помнишь?
Уголки губ Лока поползли вверх, он усмехнулся, но промолчал.
Задание?
Ну да.
С этого момента происходящее начало казаться ему все более и более забавным.
Размышляя об этом, Лок развернулся и через смотровое окно впился взглядом в девчонку, которую доставили внутрь. Оказавшись в помещении, она тут же улеглась на белый допросный стол и заснула, всем своим видом показывая, что не считает ситуацию серьезной. Лок удивленно вскинул бровь.
Заметив его пристальный взгляд, Мейс огляделась по сторонам и вполголоса спросила:
— Ты ее знаешь?
Лок рассмеялся.
— Сегодняшний день – первый раз, когда я вообще узнал о ее существовании.
— …
Его подмененная флешка.
После расшифровки данных выяснилось, что нужен вовсе не его отпечаток пальца.
И эта внезапно появившаяся девчонка, с которой у него, оказывается, есть кровное родство?
Хм.
В глазах Лока вспыхнул холодный блеск, потоки бесконечной энергии заструились в его зрачках, позволяя мгновенно анализировать спящую на столе девочку.
В ее теле текла кровь, почти идентичная той, что пульсировала в его собственных жилах.
— Сестра? — Лок помолчал, пробуя это слово на вкус, а затем слегка нахмурился. Хотя его воспоминания о том, как он попал в приют в этой жизни, были туманными, в памяти время от времени всплывали обрывочные образы.
Картинка была нечеткой.
Но… этого было достаточно, чтобы Лок с восьмидесятипроцентной уверенностью мог заявить: он родился один. Никто не появился на свет раньше него, и никто не шел следом.
У них одна мать и разные отцы?
Или один отец, но разные матери?
Мысли Лока неслись вскачь. Он вернулся к реальности и посмотрел на Мейс:
— Когда мы сможем ее допросить?
Она пожала плечами:
— Не получится. Руководитель Марисса Виглер уже распорядилась: пока она не прибудет сюда, никому не разрешено вступать в контакт с этой девчонкой.
Лок кивнул и направился к выходу.
— Ты куда?
— Проветриться, покурить, в туалет.
Вскоре Лок толкнул дверь, и его тут же обдало грохотом прибоя южной части Тихого океана. Перед ним, насколько хватало глаз, раскинулись изумрудные острова Мануа.
Это было Американское Самоа.
Удивительное место, заморская территория Штатов. Скажем так: если другие колонии гордятся своей независимостью, то здешние жители гордятся тем, что могут стать частью федерации.
И стоит признать – ласковое дитя двух маток сосет.
По сравнению с соседним независимым государством Самоа, Американское Самоа жило просто припеваючи. Ежегодно сюда стекались огромные дотации: ассигнования Конгресса, целевые пожертвования, субсидии на образование и медицину. Это позволяло местным жителям выигрывать в уровне жизни, даже не ударив пальцем о палец.
Благодаря федеральной помощи здесь была бесплатная медицина – в случае госпитализации нужно было платить лишь символические несколько долларов в день, о чем их западные братья-самоанцы не могли и мечтать.
Лок достал из кармана пачку тех самых сигарет, которые купил из чувства ностальгии во время прошлой поездки в Восточную страну. Он прикурил одну, а затем скосил глаза на камеру видеонаблюдения неподалеку.
В то же мгновение камера дернулась и замерла – она вышла из строя.
Лок усмехнулся, вытащил спутниковый телефон и набрал номер Честера.
Раздался звонок.
Честер сидел у себя дома у барной стойки и разговаривал с Кэрри. В тот самый момент, когда девушка спросила, что будет, если Лок узнает правду о Ханне, телефонный звонок заставил их обоих вздрогнуть.
Кэрри взглянула на экран, высунула язык и пожала плечами, глядя на поднявшего на нее глаза Честера:
— Ну вот, видишь.
Она одарила наставника сочувствующим взглядом, в котором читалось: «Ну, удачи. Не волнуйся, если тебя действительно похоронят раньше срока, я буду частенько навещать тебя в Преисподней, хоть там и воняет».
Честер беззвучно открыл рот, глядя на разрывающийся телефон, и глубоко вздохнул.
Соединение установлено.
Голос Лока прозвучал прямо и жестко:
— Мне уйти самому, чтобы не обвинять тебя в краже моих вещей?
Лок процитировал шутливую фразу, которую сам Честер сказал когда-то, когда расставался с Агатой и ночевал у Лока. Уголки губ молодого человека приподнялись:
— Я даю тебе шанс, старина. Не заставляй меня приходить и спрашивать лично. Ты знаешь мой нрав.
Все было просто. Если бы его вещи подменил кто-то другой, Лок бы не стал звонить. Он бы просто возник перед этим человеком, прирезал бы его, а потом отправился в Преисподнюю, чтобы закончить разговор там.
Но это был Честер.
Поэтому Лок позвонил. Он был готов дать старику шанс, хотя до сих пор не понимал, почему тот решил втихую подменить флешку в его сейфе.
Еще на Рождество, когда Лок вернулся домой и открыл сейф, он почувствовал, что вещи лежат как-то не так.
Сейф был одно название – там хранилось то, что Лока почти не волновало. У него вообще было мало вещей, которые имели значение.
Тем более эта флешка.
Лок никогда не придавал ей значения. Когда Гвен спросила, не пропало ли чего-нибудь, он, впервые за долгое время оказавшись дома, мельком глянул на содержимое и, не заметив пропажи, не стал забивать себе голову.
На следующий день он тем более не стал ничего проверять.
Если бы в том домике Лок случайно не увидел эту флешку снова, он бы, вероятно, не узнал о подмене до тех пор, пока ему снова не понадобилось бы устройство без сканера отпечатков.
Жаль.
Пусть Локу было плевать на саму флешку, но стоило ему взглянуть на нее, как он сразу понял: это его вещь. На ней остался след его ауры.
Так что ему даже не нужно было возвращаться и проверять – он был уверен, что его вещь подменили.
А почему он подумал на Честера?
На его квартиру могли позариться воры, но провернуть такое, не потревожив его и так легко подменив флешку, могли только двое.
Гвен.
Или… Честер.
Взгляд Лока стал колючим:
— А теперь говори, зачем.
Честер на другом конце провода замялся, глядя на Кэрри, которая уже отошла от бара и жестами показывала, что ничем не может помочь. Помолчав, он произнес:
— Вообще-то я собирался тебе сказать. Я ведь знаю: если бы я попросил, ты бы мне ее и так отдал.
Лок вскинул бровь:
— Так почему не попросил?
Именно. Если бы Честер попросил напрямую, Лок бы задал пару вопросов и, даже не глядя, швырнул бы ему эту флешку.
Но… он не спросил.
Когда просят и ты даешь – это одно.
Когда берут без спроса – совсем другое.
Честер беспомощно и горько усмехнулся:
— Она не разрешила.
— Кто именно? — Лок хмыкнул. — Твоя бывшая женушка?
Честер глухо прогудел в трубку:
— Да. Она сказала, что раз уж ты ни капли не заинтересован в поисках Лоррейн Броутон, то и втягивать тебя во все это не стоит.
Лок рассмеялся:
— Очевидно, меня все-таки втянули.
— Это вышло случайно, — вздохнул Честер. — Я не думал, что так получится.
— Кстати, — продолжал смеяться Лок, — если бы я сам не заметил, когда бы ты соизволил мне сказать? Не в тот ли день, когда я пришел бы на твои похороны?
Честер ответил предельно откровенно:
— Честно говоря, возможно, даже тогда бы не сказал.
Губы Лока тронула усмешка. Он оглянулся через плечо и произнес в трубку:
— Я понял. Когда вернусь, нам нужно будет серьезно потолковать, старина. Похоже, твоя пенсия стала слишком скучной, раз ты решил добавить в нее немного остроты.
На том конце провода Честер опешил:
— Погоди…
— Что-то еще?
— Тебе разве не любопытно, почему я…
— В этом мире ненависть никогда не берется из ниоткуда, старина!
Договорив, Лок нажал на отбой.
Ненависть не берется из ниоткуда, и точно так же в этом мире не бывает беспричинной любви.
Честер явно хотел спросить, почему Лок совсем не удивлен и почему не спрашивает, откуда тот знает Лоррейн Броутон.
На самом деле Лок давно об этом догадывался.
В конце концов, нормальный киллер, подыскивающий преемника, не стал бы втайне следить за ним и оберегать его во время первого же задания.
Но раз Честер молчал, Локу тоже было лень заводить этот разговор.
Все оставалось по-прежнему: он и Лоррейн Броутон не имели друг к другу ни малейшего отношения.
Ни раньше.
Ни сейчас.
И в будущем… он тоже не горел желанием с ней связываться.
В этот момент из глубины бетонного коридора донеслись торопливые шаги.
Лок обернулся.
В поле его зрения появился агент Льюис – тот самый, что связывался с Мариссой Виглер после операции. С ним была Мейс и еще пятеро оперативников.
Увидев Лока, который стоял в дверях спиной к океану, засунув одну руку в карман, а другой небрежно стряхивая пепел, Льюис на мгновение опешил.
Секунду спустя он пришел в себя, посмотрел на камеру над коридором – в мониторной она значилась как поврежденная, но здесь выглядела целой – и нахмурился, глядя на Лока:
— Почему камера внезапно сдохла?
Лок швырнул окурок в океан и, услышав вопрос, негромко рассмеялся. Проходя мимо Льюиса, он бросил через плечо:
— Понятия не имею. И мне плевать. Это не мои проблемы.
Льюис застыл на месте.
(Конец главы)