Глава 444: «У самоуверенности есть свои привилегии»
— Ты мне не нужен.
— Замените его на другого.
Том Никсон на мгновение впал в оцепенение.
В конце концов…
Он представлял Адвокатское бюро TNT. В обычных обстоятельствах клиенты выбирают юристов, но на уровне TNT – особенно в сотрудничестве с Локом, когда они вынудили ФБР пойти на досудебное соглашение, в лоб разгромили Министерство внутренней безопасности и даже вытрясли из британской МИ-6 сто миллионов компенсации – всё было иначе.
Без всякого преувеличения можно сказать, что у бюро TNT не было недостатка в клиентах. Им ежедневно звонили даже из Лондона, так что теперь уже они сами выбирали, чьи интересы представлять.
О том, чтобы клиент сам потребовал замены адвоката, здесь не слышали последние года два.
Адвокат Том Никсон буквально лишился дара речи.
Впрочем, замер не только он. Лок и остальные, наблюдавшие за сценой из соседней комнаты, тоже слегка опешили, услышав это заявление.
— Он хоть представляет, сколько стоит один выход юристов TNT? — Фелиция не выдержала и усмехнулась, а затем, вспомнив недавние слова Питера Паркера, добавила с холодным презрением:
— Неужели он думает, что платит из своего кармана?
Лок взглянул на Фелицию и негромко рассмеялся:
— Знаете, госпожа Фелиция, мне кажется, вы попали в самую точку. Похоже, он именно так это и воспринимает.
«Пусть Гарри заменит мне адвоката».
«Где Гарри? Почему он еще не пришел?»
Эти слова…
Лок не хотел показаться предвзятым, но даже если бы эта фраза была произнесена на трехстах шестидесяти пяти языках с самыми разными интонациями, в ней всё равно сквозила бы непоколебимая, почти мистическая уверенность в собственной правоте и в том, что всё должно быть именно так.
Неизвестно почему, Локу вдруг вспомнилась строчка из песни.
«У того, кого балуют любовью, нет страха перед последствиями».
— …Любовью? — Гвен, стоявшая рядом, пришла в себя и резко перевела взгляд на Гарри. Не в силах сдержать недоумение, она спросила прямо:
— Гарри, я давно хотела узнать: почему ты вообще дружишь с Питером Паркером?
Друзья ведь должны помогать друг другу.
По крайней мере, так выглядит настоящая дружба.
А что между Гарри и Питером?
За последние полмесяца, когда Гвен, Синди, Ким и Мэри собирались вместе, они не раз обсуждали их отношения. Из рассказов Мэри следовало, что Питер никогда и ни в чем не помогал Гарри. Более того, они никогда не делали ничего вместе – всё сводилось лишь к тому, что Гарри в очередной раз выручал Питера.
Например, то место на кладбище для дяди Бена… его ведь тоже помог найти Гарри.
Когда Гвен и Синди впервые услышали об этом, они были ошарашены, ведь по официальной версии Питер сам нашел участок на Кладбище Куинса.
Мэри Джейн тогда лишь усмехнулась и пожала плечами, пояснив, что Питер сам попросил Гарри об этом не распространяться.
И вот результат…
Честно говоря, Гвен не понимала, как может существовать дружба с человеком, который умеет только брать. Настоящая дружба так не работает.
Конечно, можно списать это на разницу в социальном положении – у Гарри просто не было нужды просить Питера о помощи, – но тон Паркера явно выдавал привычку.
Как и сказал Лок: у того, кого балуют, нет страха.
Лок тоже не нуждался в деньгах.
Неделю назад Гвен и понятия не имела, что Лок одолжил Дилану миллион. Она узнала об этом только после воскресного ужина, когда Дилан подошел к ней и передал чек на полтора миллиона.
Миллион – основной долг, и еще пятьсот тысяч – проценты.
Вот пример.
Лок богат, но Дилан не счел его щедрость чем-то само собой разумеющимся. Несмотря на то, что Лок даже не напоминал о долге и явно не собирался требовать возврата, Дилан сам нашел его, вернул деньги и не переставал рассыпаться в благодарностях.
А теперь посмотрите на Питера Паркера.
Гвен никак не могла взять это в толк, но одно она поняла точно: почему Черный Паук слился с Питером лишь наполовину.
Должно быть, установив связь и заглянув в душу Паркера, паразит понял, что это за человек, и решил отступить.
По сравнению с Черным Пауком, Гарри, кажется, всё еще упорно шел по неверному пути.
Встретившись взглядом с Гвен, Гарри приоткрыл рот, а затем посмотрел на Питера Паркера в комнате для допросов, чье лицо выражало абсолютную уверенность в своей правоте. Помолчав немного, он покачал головой:
— Мэри Паркер была очень добра ко мне.
Гвен вскинула брови:
— Мэри… мать Питера?
Гарри кивнул и коротко рассказал, как в детстве встретил её в офисе «Озборн Корп» и почувствовал в ней материнское тепло, которого ему так не хватало. Вздохнув, он добавил:
— На самом деле в детстве Питер не был таким. Всё изменилось позже, когда до него дошли какие-то неприятные слухи. Кажется, после этого у него появились претензии ко мне и моей семье.
Гвен моргнула, и в её голове что-то щелкнуло.
Дело о гибели четы Паркеров.
В свое время она проводила собственное расследование и никак не могла понять, что заставило их в спешке улететь из страны прямо перед Рождеством.
Однако на этом её поиски зашли в тупик. Она чувствовала, что здесь кроется какая-то тайна, но не знала подробностей.
Гарри тяжело вздохнул:
— Питер всегда считал, что в авиакатастрофе, погубившей его родителей, виноват «Озборн». Наверное, поэтому он и ведет себя так, будто я ему должен.
Гвен замерла от удивления и уставилась на друга:
— Погоди, так ты знал об этом?
Гарри поднял на неё взгляд и кивнул.
Пусть он не был гением, но и дураком его назвать нельзя. Он прекрасно видел, что Питер воспринимает все его жертвы как нечто должное.
Просто…
Опять же, Гарри был слишком мягкосердечным. Когда-то давно, услышав вместе с Питером эти сплетни, он даже пытался заступиться за друга и расспрашивал отца о правде, но в итоге Норман Озборн просто отправил сына в Лондон.
Гарри всегда казалось, что его догадки верны. Он и сейчас верил, что смерть Паркеров как-то связана с компанией отца. А из-за привязанности к Мэри Паркер он, вернувшись, продолжал дружить с Питером, словно пытаясь искупить чужую вину.
В конце концов, Гарри считал: если бы «Озборн» не отправил их в ту командировку, Питер, возможно, не остался бы сиротой.
Лок уже давно раскусил ход мыслей Гарри, поэтому его признание не вызвало у него особых эмоций.
Но Гвен слышала об этом впервые. Она была потрясена.
А потом…
Вспомнив версию событий, которую она сегодня услышала от доктора Коннорса, Гвен покачала головой и посмотрела на Гарри:
— Знаешь, мне кажется, ты ошибаешься.
Гарри вопросительно взглянул на неё.
Гвен помедлила, подбирая слова:
— Возможно, тебе стоит еще раз спросить отца. Может быть, на этот раз он тебе всё расскажет.
Теперь уже Гарри застыл в недоумении.
В этот момент в наблюдательную комнату вошел Том Никсон, которого Питер Паркер так бесцеремонно потребовал заменить. Он вежливо улыбнулся Фелиции:
— Госпожа Фелиция, мне жаль, но адвокатское бюро TNT не может принять это поручение.
Неужели Питер Паркер всерьез полагал, что по одному его щелчку ему пришлют другого адвоката?
Как бы не так.
Питер думал, что просто требует замены Никсона, но на деле он отвесил пощечину всему бюро TNT. Точно так же он воображал себя линчевателем, в то время как нагло плевал в лицо всему полицейскому управлению Нью-Йорка.
Говоря проще, парень еще не получал от жизни настоящих оплеух.
Фелиция поспешно подошла к юристу и пожала ему руку:
— Конечно, я всё понимаю, господин Никсон. На самом деле, я очень благодарна вам за то, что вы приехали сюда сразу же после звонка. Кстати, вы свободны завтра? У «Озборна» есть несколько юридических вопросов, по которым нам бы хотелось проконсультироваться именно с вами.
Питер Паркер, может, и не знал жизни, но Фелиция крутилась в обществе уже давно.
В эту секунду она окончательно вычеркнула Питера из списка людей, заслуживающих внимания.
Паркер бросался словами направо и налево, но разгребать последствия его выходок приходилось ей. Бюро TNT – ведущая фирма на Уолл-стрит, без преувеличений номер один.
Люди такого уровня приехали оказать услугу старому клиенту, а их в лицо просят удалиться. Если это не оскорбление, то что тогда?
Продолжая обсуждать с Томом Никсоном юридические тонкости, Фелиция проводила его к выходу.
В наблюдательной комнате раздался звонок.
Гвен увидела, как Гарри достал телефон, а затем поднял глаза на Питера, который в комнате для допросов снова набирал чей-то номер. Она вопросительно изогнула бровь.
Гарри помолчал секунду, сбросил вызов и посмотрел на Гвен:
— Я еду к отцу.
Гвен кивнула:
— Правильное решение.
Хотя она и сама не знала до конца, что произошло в те годы, намеки доктора Коннорса рисовали совсем иную картину.
Раньше Гвен тоже верила, что Паркеры погибли из-за роковой командировки. Но слова Коннорса, хоть и неполные, указывали на то, что их смерть была куда более сложным делом, возможно, связанным с коммерческими тайнами «Озборна».
Лок, скрестив руки на груди, наблюдал за Джорджем Стейси, который сидел в допросной с невозмутимым видом.
У Джорджа тоже зазвонил телефон.
— Да.
— Это я.
— Хорошо, понял.
Коротко переговорив с кем-то, Джордж убрал телефон и поднялся с места. Он взглянул на недовольного Питера Паркера, который как раз смотрел на экран своего мобильного после сброшенного вызова.
— Не хочешь говорить здесь – скажешь в суде, — отрезал Джордж. — Поклонник Бесподобного ассасина.
Питер онемел.
Лок тоже.
(Конец главы)