Глава 190: «Я вовсе не собирался выступать с речью»
Гвен открыла было рот, но слова застряли в горле.
Лишь спустя мгновение она решилась и рассказала Джорджу об их сегодняшнем визите с Локом в адвокатскую контору Бьюсона Лоуна.
Выслушав дочь, Джордж на какое-то время впал в оцепенение.
Ну и дела… умеют же люди развлекаться.
Вообще, если бы такое случилось лет десять назад… да что там, даже несколько лет назад – разве хоть один чернокожий осмелился бы на подобные игры? А уж в те времена…
Впрочем, неважно.
Джордж мысленно покачал головой и посмотрел на Гвен:
— Значит, ты считаешь, что Лок подходит к этому делу слишком серьезно?
Фраза о том, что «деньги не имеют значения», уже сама по себе расставляла все точки над «и».
Лок вознамерился раздуть этот скандал до небывалых масштабов.
И Джордж ни капли не сомневался, что парню это под силу. Федерация – это общество денег. Когда они у тебя есть, отправить человека за решетку проще простого, даже если на руках нет таких железобетонных улик, как в этот раз.
Однако Гвен покачала голвой:
— Нет.
Джордж слегка оторопел:
— А в чем тогда дело?
Гвен подняла глаза на отца:
— У меня такое чувство, будто я ничем не могу помочь Локу в этой ситуации.
Джордж: — …
Где мой ствол?
Где та пушка, которую я только что купил для охоты?
Черт возьми.
Зря я вообще сюда поднялся.
В душе Джорджа вскипела горькая обида. Видеть, как твой «белый цветочек» окучивает и увозит вдаль какой-то дикий кабан – это еще полбеды. Хуже всего то, что ему самому приходится заступаться за этого «кабана».
А к тому же…
Стоило ему представить, что в будущем именно ему придется раскошелиться на свадьбу и даже на медовый месяц, как Джорджу сделалось совсем дурно.
Гвен, заметив, как отец покачнулся на месте, вскочила и подхватила его под локоть:
— Папа, ты в порядке?
Джордж отмахнулся, но в глубине души испытал облегчение.
Ну, хотя бы так.
Дочь все еще за него переживает.
Ладно.
Джордж вздохнул, его мысли несколько раз совершили крутой разворот, и он жестом попросил Гвен сесть. Когда она устроилась поудобнее, он заговорил:
— Тебе вовсе не обязательно как-то помогать ему.
Гвен непонимающе посмотрела на отца.
— Все, что от тебя требуется – это верить в него, — продолжал Джордж. — Точно так же, когда я еще был детективом и уходил на задание, я знал, что твоя мама очень за меня боится. Но она всегда говорила, что верит в меня.
Гвен захлопала ресницами.
Джордж открыл рот, но не нашелся что добавить.
Полное поражение.
Спустя некоторое время в дверь комнаты Гвен с лучезарной улыбкой постучала Хелен. Одарив Джорджа испепеляющим взглядом, она вошла внутрь, и за ней с глухим стуком закрылась дверь – пришла пора материнских наставлений.
Наступил следующий день.
День предвыборных выступлений.
— Доброе утро, Лок.
— Доброе утро.
Лок посмотрел на Гвен, которая, распахнув дверцу пассажирского сиденья, буквально светилась юностью и энергией. Он запечатлел на ее губах поцелуй и завел двигатель. Направляясь в сторону Мидтаунской старшей школы, он заметил:
— Ты сегодня очень веселая, Гвен.
Гвен повернулась к нему с улыбкой:
— Я вдруг кое-что поняла.
— Да? — Усмехнулся Лок. — И что же?
Гвен склонила голову набок:
— Я собираюсь внимательно тебя прочесть. Я обязательно тебя пойму.
Лок: — …
Прошлой ночью Гвен долго беседовала с матерью. Хелен убедила ее, что подобные чувства – это абсолютно нормально. Ведь Гвен с самых малых лет привыкла держать все под контролем, и ее уверенность в себе всегда строилась на этом фундаменте.
Столкнувшись с чем-то, что не поддавалось ее власти, она закономерно почувствовала нечто вроде растерянности.
Это было естественно.
Хелен сказала ей прямо: если только она не захочет найти себе бесхребетного парня, который будет во всем ей подчиняться, подобных моментов не избежать.
Представив себе такого «мягкотелого» спутника жизни, Гвен тут же отбросила эту мысль и, вспомнив про отца, решила перенять опыт матери.
И Хелен поделилась мудростью.
Твое нынешнее смятение лишь оттого, что ты еще не до конца прочитала эту «книгу». Отношения для того и даны, чтобы люди узнавали друг друга. А когда чтение окончено и вы понимаете друг друга без слов – рождается та самая уверенность, которая и называется браком.
Поэтому…
В глазах Гвен заплясали искорки, и она с улыбкой посмотрела на Лока:
— Я обещаю, что пойму тебя в самые кратчайшие сроки.
Она ведь была лучшей ученицей.
В том, что касалось «чтения книг», ее уверенность в себе была непоколебимой.
Стоило Хелен привести это сравнение, как на Гвен снизошло озарение. Это было похоже на подготовку к первому важному экзамену: сначала ты нервничаешь, потом усердно учишься, и к моменту испытания от страха не остается и следа.
С Локом было так же.
Сейчас Гвен чего-то не понимала лишь потому, что еще не дочитала. Но когда она закончит – она все поймет. Гвен верила, что этот день не за горами, и поставила себе цель.
Четыре года!
Ей понадобится четыре года, чтобы «прочесть» Лока.
И к тому времени…
Им обоим будет по двадцать одному.
Лок, глядя на Гвен, чьи глаза сияли таким энтузиазмом, будто она готова была начать «чтение» прямо здесь и сейчас, почувствовал легкий укол тревоги. Он выдавил смешок:
— Что ж, моя «книга» открыта для тебя двадцать четыре часа в сутки.
Ну всё, приплыли.
Тесть пытается «прочитать» Бесподобного ассасина.
Гвен пытается «прочитать» его самого.
Главное – не паниковать.
Ни в коем случае. Пока он не разоблачен, он держит ситуацию под контролем. В конце концов…
Он – игрок. Причем игрок с читами.
Мидтаунская старшая школа.
На парковке.
Когда Лок и Гвен вышли из машины, они наткнулись на Сэма Малика, который, судя по всему, поджидал их там уже довольно давно.
— Лок!
Сэм отбросил окурок и подошел к ним. Он кивнул Гвен в знак приветствия, а затем посмотрел на Лока, протягивая руку для рукопожатия:
— С нетерпением жду твоей предвыборной речи.
Лок улыбнулся, пожимая руку Сэму:
— Я не готовил выступление.
И это было чистой правдой.
С того самого момента, как он применил «карту дискриминации» Нины Белль против Сэма, он знал, что рано или поздно эта карта вернется к нему бумерангом.
Поначалу Лок хотел немного поиграть.
Но к черту всё это.
Детские игры в песочнице – пустая трата времени. Лучше поскорее завершить задание, забрать награду, а уж потом развлекаться.
Так что…
Он вообще не планировал выходить на трибуну.
Предвыборные речи нужны, когда кандидатов двое.
А если остается один?
Какая к черту речь? Прямое назначение на должность – и дело в шляпе!
В любом случае, его рейтинг поддержки на данный момент составлял…
Лок моргнул и посмотрел на своего менеджера предвыборной кампании:
— Напомни, какой у меня сейчас рейтинг?
— Шестьдесят пять процентов! — Ответила Гвен.
Изначально было шестьдесят семь, но после того как всплыла информация о том, что Лок живет в Башне Стар, рейтинг мгновенно просел на два пункта. В нынешние времена родители некоторых учеников учили своих детей: если в школе возникают вопросы «породы», просто говори, что ты метис.
Лок развел руками перед Сэмом Маликом:
— Видишь? Я могу победить и без всяких речей.
Тут Лок словно что-то вспомнил и добавил, глядя на Сэма:
— Кстати, спасибо за вчерашний диктофон.
Сэм на мгновение опешил:
— Не за что.
Стоявшая рядом Гвен искоса взглянула на Сэма Малика.
«Так вот чей это был диктофон», – пронеслось у нее в голове.
Лок усмехнулся и сказал Гвен:
— Пойдем. Пора заканчивать этот балаган.
Уладить всё утром, днем вставить пару острот в инаугурационную речь, а вечером – получить на счет обещанные сотни тысяч очков достижений.
Кабинет директора.
Когда Лок и Гвен вошли в коридор, ведущий к администрации, они увидели Нину Белль и того самого чернокожего парня, которого она подговорила. Они как раз приближались с другой стороны.
Нина Белль, заметив Лока, на секунду замерла.
— Какое совпадение, — улыбнулся Лок.
Толстые губы Нины Белль растянулись в оскале, напоминающем гримасу гориллы:
— Если ты пришел просить мира, то извини – поздно. Я давала тебе шанс.
С этими словами Нина Белль, подобно тяжелому танку, вильнула бедрами и сама распахнула дверь в кабинет директора.
Директор, сидевший за бумагами, вздрогнул. Он уже хотел было выразить недовольство бесцеремонным вторжением Нины, но, увидев вошедших следом Лока и Гвен, тут же расплылся в улыбке.
Двенадцать кубков «Большого шлема»… В следующем полугодии бюджет на образование штата Нью-Йорк выделит Мидтаунской школе весьма внушительную сумму.
Для школы Лок и Гвен были настоящими денежными деревьями. Стоило потратить огромные средства, чтобы заполучить их, и теперь достаточно было лишь слегка потрясти ветви, чтобы остаться в выигрыше.
А что до Нины Белль и того паренька рядом с ней?
В лучшем случае – просто пыль…
Нет.
Максимум – «черное удобрение». Ничего не поделаешь, даже Мидтаунской школе в угоду нынешним веяниям приходится, зажав нос, принимать несколько символических экземпляров «определенной породы». Лишь бы не доставляли проблем, а там – пусть живут как знают.
— Лок.
— Гвен.
Директор радушно поприветствовал вошедших:
— Заходите. Возникли какие-то трудности с сегодняшним выступлением? Говорите прямо, школа сделает всё возможное, чтобы помочь.
Нина Белль грубо перебила его:
— Господин директор, я вошла первой!
Директор, даже не оборачиваясь, отмахнулся от нее. Если бы не оглядка на общественное мнение и не тот факт, что в глазах совета директоров эта Нина Белль была лишь клоуном, с которым лень связываться… Впрочем, один из членов совета директоров Мидтауна был акционером компании «Блэкуотер».
Лок вежливо улыбнулся:
— Господин директор, на самом деле я пришел сказать, что в дневном выступлении нет никакого смысла. Не могли бы мы заменить его на речь по случаю вступления в должность?
Услышав это, Нина Белль просто расхохоталась:
— Лок Броутон, выходить из игры уже поздно. Я давала тебе…
Раздался резкий стук в дверь.
Директор посмотрел на человека, стоявшего на пороге, и нахмурился:
— Вы… Бьюсон Лоун?
В этот момент Лок поднялся со стула:
— Господин директор, позвольте представить: господин Бьюсон Лоун, ведущий адвокат моей юридической группы!
Директор на мгновение лишился дара речи.
Нина Белль тоже явно впала в ступор.
Что же касается ее спутника, тот и вовсе застыл как истукан.
Бьюсон Лоун вошел в кабинет, пожал руку директору и повернулся к «тяжелому танку» в лице Нины Белль:
— Вы и есть Нина Белль?
Нина пришла в себя:
— Я. А вы еще кто такой?
«Я черная. Мне нечего бояться», – читалось в ее взгляде.
Бьюсон Лоун достал из внутреннего кармана повестку и протянул ее прямо Нине Белль:
— Это повестка в гражданский суд Верхнего Ист-Сайда на Манхэттене. Прошу вас явиться сегодня к трем часам дня без опозданий.
Нина Белль опешила:
— Явиться? По какому поводу?
Директор тоже нахмурился.
Но тут…
Бьюсон Лоун достал диктофон и нажал на кнопку воспроизведения.
И на директора снизошло озарение!
— …
(Конец главы)