Глава 869 - Поток туристов зашкаливает за двести тысяч! Паника в «Хувэй»
Время летело неумолимо...
Вскоре наступила пора летних каникул.
Тысячи студентов вырвались на свободу! Жажда путешествий буквально захлестнула молодёжь: если во время учёбы времени катастрофически не хватало, то теперь многие стремились вырваться в поездку вместе с семьями или друзьями.
«Неспящий Сунцзян» мгновенно стал главной точкой притяжения на карте страны!
Целые семьи отправлялись в Сунцзян, чтобы своими глазами увидеть легендарный исторический комплекс. Восторженные отзывы заполонили социальные сети, форумы и ленты новостей.
Запустился идеальный маховик сарафанного радио:
Чем популярнее становился комплекс — тем больше туристов приезжало!
Чем больше приезжало людей — тем выше взлетал его статус!
«Неспящий Сунцзян» превратился в обязательное к посещению место!
...
Плотность людского потока даже не думала снижаться. Напротив, она уверенно штурмовала всё новые и новые рекорды:
Сто десять тысяч...
Сто пятьдесят тысяч...
В праздник Циси — китайский День влюблённых — суточный поток гостей превысил невероятную отметку в двести тысяч человек! Оборот внутри комплекса за один день перевалил за тридцать миллионов юаней!
И хотя на следующий день показатели закономерно снизились, весь Сунцзян до сих пор пребывал в культурном шоке.
Ежедневные сотни тысяч туристов оживили не только сам древний городок, но и весь мегаполис. Приезжие не ограничивались прогулкой по комплексу — руководствуясь принципом «раз уж мы здесь», они отправлялись исследовать окрестности, тратя деньги в ресторанах, отелях и магазинах.
Городская администрация реагировала мгновенно: к комплексу пустили дополнительные автобусные маршруты, установили жесточайший контроль за качеством обслуживания и ценами. Сунцзян, годами пребывавший в полусонном анабиозе, буквально заново расцвёл.
Северный мегаполис неожиданно оказался в самом центре внимания всей страны!
В штаб-квартире корпорации «Хэйлун» витала атмосфера всеобщего ликования.
Каждый сотрудник, наблюдая за стремительным взлётом компании, чувствовал небывалый подъём. Для рядовых работников это означало головокружительные перспективы карьерного роста!
Даже бывшие уличные авторитеты вроде Чжу Чжэна, Ван Тао и Чжао Шаньхэ, привыкшие решать вопросы силой, испытывали священный трепет. И хотя их текущая деятельность сильно отличалась от прежних криминальных мечтаний, зона влияния «Хэйлун» расширилась до невероятных масштабов.
Настоящая территория!
Собственный, ни от кого не зависящий оплот!
В Профтехе студенты тоже ходили с гордо поднятой головой. Пусть сейчас они и не получали прямой финансовой выгоды, их будущее проглядывалось отчётливо: после выпуска любой разумный студент мог рассчитывать на стажировку в «Хэйлун», а при минимальном старании — и на постоянное трудоустройство. Для выпускников обычного среднетолка института это было привилегией, недоступной даже для многих обладателей дипломов престижных вузов.
Сколько людей кусали локти от зависти!
Особенно те, кто в своё время имел достаточный балл для поступления в Профтех, но пренебрежительно счёл его «бесполезной бурсой» и ушёл в другие заведения...
Сожалениям не было предела! Верни время назад — они бы не задумываясь побежали подавать документы в Профтех.
В эти дни каждый, кто имел хоть какое-то отношение к «Хэйлун», купался в лучах успеха.
А вот для всех, кто был связан с корпорацией «Хувэй», наступили тёмные времена.
«Хувэй»!
Хотя руководство изо всех сил пыталось прижать хвосты своим людям, вернуть криминальный бизнес в легальное русло было невозможно. В последние недели силовики устроили настоящую ковровую проверку всех объектов «Хувэй» — заведения закрывались одно за другим, а подчинённых пачками увозили в следственные изоляторы.
Верхушка группировки в страхе залегла на дно, отчего среди рядовых бандитов началась паника.
И если сама «Хувэй» трещала по швам, то сопутствующим мелким группировкам пришлось ещё хуже. Рассчитывавшие на защиту и покровительство мелкие боссы вместо этого попали под раздачу. Крупные банды ещё как-то перебивались, а мелкие разваливались прямо на глазах, вылетая в трубу.
Понимая, к чему всё идёт, многие спешно рвали любые связи с «Хувэй» и семьёй Линь.
Внутри «Хувэй» царило уныние.
Ван Вэя снова упекли за решётку. Без сильного лидера организация погрузилась в хаос.
Возле больничной палаты переговаривались шепотом несколько охранников:
— А где Ван-ге?..
— Да бес его знает! Уже несколько дней не появлялся...
— Вы что, ничего не слышали?
— А что стряслось-то?
— Позавчера рыбаки из Сунцзяна выловили из реки труп...
— Етижи-пассатижи! Серьёзно?!
— Новость сразу замяли, но один дед, что каждый день на берегу с удочкой сидит, сам всё видел. И как раз позавчера Ван-ге сквозь землю провалился... Понимаете, к чему я?
Смысл недосказанных слов был понятен каждому.
— Пресвятые угодники... Помните, когда Брат Ху с Цинь Цзянем на стройке сцепился, Ван-ге больше всех выступал? На Цинь Цзяня орал... Жёстко с ним обошлись!
— Вчера — Ван-ге... А завтра кто? Мы?
Наступила гнетущая тишина.
Никто из них не наглел сверх меры, но гарантий, что завтра они не отправятся кормить рыб вслед за Ван-ге, не мог дать никто.
К тому же шансов на победу «Хувэй» в войне против «Хэйлун» не проглядывалось вовсе.
Зачем оставаться на тонущем корабле?
«Хувэй» обречена. Так с какой стати погибать вместе с ней?
Спустя долгое время один из молодых парней тихо произнёс:
— Я в «Хувэй» уже больше пяти лет. Думал, за Братом Ху буду как за каменной стеной, кусок хлеба с маслом всегда будет... А теперь каждый день боюсь, что меня тихо завалят. Драк было немерено, а денег так и не заработал. Скажу прямо: я валю.
— Серьёзно?.. У тебя есть кула куда податься?
— На юг рвануть хотите?
Парень кивнул:
— На юге у меня есть знакомый авторитет. Не скажу, что золотые горы ждут, но отношение будет точно лучше, чем здесь... Ну что, есть желающие?
— Я с тобой! В этой дыре делать больше нечего...
— И я! Сменишь место — сменишь судьбу!
— Забирай и меня...
Все присутствующие единодушно решили уходить. И пусть будущее на новом месте выглядело туманно, оставаться здесь означало ждать ареста или встречи с [экспрессом до дна реки Сунцзян] от ребят из «Хэйлун».
Заводила про себя ликовал: прийти к новому боссу одному — это одно, а привести с собой преданную бригаду бойцов — совсем другой уровень уважения!
Остальные тоже всё прекрасно понимали. В криминальном мире понятия об «уличной верности» и «братстве» давно превратились в труху.
Как там говорилось в старой поговорке?
«Я парень верный: бьют моего босса — я смотрю, бьют меня — я бегу!»
«Братство — оно в сердце: у босса проблемы — брат испарился!»
«Вышел на улицу — готовься предавать, продавать и жрать чужое...»