Глава 854 - Это приказ председателя Циня! Возражения есть?
Лицо Хань Юя мгновенно налилось свинцовой тяжестью. Его Тунтун всю свою короткую жизнь провела по больницам, у неё просто не было возможности учиться! Даже самых элементарных вещей она не знала. Неужели эти зажравшиеся звезды решили публично смутить его ребенка?!
Бум!
Он сжал кулаки так, что затрещали суставы, и с ледяным выражением лица шагнул вперёд. Хань Юй прекрасно понимал, чем чреват скандал или драка в этом месте — это могло сорвать все планы мести. Но ему было плевать. Главное — не позволить никому обижать его дочь!
Дочь была его единственным сокровищем, единственным смыслом жить. И перед ней он чувствовал неизмеримую вину...
Однако прежде чем он успел вымолвить хоть слово, Су Синин тепло и искренне улыбнулась:
— А ты у нас просто умница! В детстве и не нужно забивать головку цифрами, детство создано для радости и веселья!
— Вот-вот! — подхватила Инь Юэ, присаживаясь перед девочкой на корточки. — Я в твоём возрасте вообще ничего не знала! Ты мне очень нравишься, держи! Это всё тебе, сможешь купить себе самых вкусных сладостей.
С этими словами она вложила в ручонку Хань Тунтун пачку сувенирных банкнот древнего города. Затем достала телефон, сделала десяток веселых кадров с малышкой и ласково погладила её по голове:
— Ты самая милая девчушка из всех, кого я встречала! Я выложу наши фото в соцсетях, сможешь потом сохранить их себе на память. Ну, нам пора!
Девушки поднялись, обменялись с девочкой улыбками и легко пошли дальше. Хотя они не знали точного диагноза Хань Тунтун, болезненная бледность ребёнка бросалась в глаза. Любой нормальный человек сострадал бы такому малышу, а Су Синин и Инь Юэ вовсе не были жестокими.
— Недаром я за них болею! — послышались голоса в толпе. — Су Синин и Инь Юэ такие добрые, так тепло относятся к детям!
— Сразу видно, хорошие люди. Неудивительно, что они так популярны!
— А девочка какая-то совсeм бледненькая... Жалко её. Надеюсь, просто простуда...
Толпа с шумом устремилась вслед за уходящими звездами.
***
Маленькая Хань Тунтун стояла посреди улицы, сжимая в ручонках игрушечные деньги, и смотрела вслед актрисам. На её исхудавшем личике расцвела счастливая улыбка:
— Хе-хе... Папа! Сестрички сказали, что я милая! И дали мне столько денег! И даже позвали на концерт... Папа, я сегодня так счастлива!
Она светилась от радости.
Хань Юй с сложным чувством смотрел вслед уходящим женщинам. Согласно его сведениям, обе они были любовницами Цинь Цзяня. Разве у такого кровавого монстра женщины не должны быть такими же жестокими и бессердечными? Почему же они проявили столько тепла к его дочери?
«Притворяются! — мысленно убеждал себя Хань Юй. — Это просто работа на камеру! Они создают себе образ, только и всего!»
Но, глядя на сияющую дочь, он не мог заставить себя верить в это до конца. За весь прошлый год, провиденный в больницах, Тунтун не улыбалась столько, сколько за один сегодняшний день. С тех пор как они вошли в этот город, её окружало одно лишь добро.
Продавец косметики, сделавший ей подарок...
Торговец, угостивший сладостями...
Девушка на аттракционе, поддавшаяся во время игры...
И вот теперь — две известные актрисы.
Вся картина мира, сложившаяся у Хань Юя относительно корпорации «Хэйлун», давала трещину. Почему организация, которую он считал притоном головорезов, и Цинь Цзянь, которого он считал исчадием ада, пользовались таким искренним уважением? Почему даже подчинённые этого монстра проявляли столько человечности?
Это противоречило всякой логике! Неужели Цинь Цзянь... на самом деле не злодей?
Он подарил его дочери радость. Он исполнил её последнее желание...
«Нет!» — Хань Юй резко мотнул головой, отгоняя крамольные мысли.
«О чём я только думаю?! Попался на дешёвую конфетку?! Он убил моих братьев! Я должен отомстить! Но... за то, что ты подарил моей дочери этот счастливый день, Цинь Цзян... я дарую тебе отсрочку. Ты проживешь ещё два месяца. Считай это моей милостью!»
— Папа... Ты чего? Тебе не весело? — спросила Хань Тунтун, дернув его за руку.
— Нет, что ты! Папа очень рад... Очень рад... — выдавил он.
— Папа! У меня теперь есть деньги! Пойдём, я угощу тебя чаем с молоком!
Хань Юй лишь тяжело вздохнул, пытаясь сдержать подступившие слёзы...
Полночь.
Съемки шоу окончились. Хотя телерейтинг немного не добрал до отметки в 8%, съёмочная группа безумствовала от восторга. Режиссёр орал в рупор так, что жилы на шее вздувались:
— Сезон закрыт безупречно! Объявляю: всему персоналу повысить зарплату! Премия в трёхкратном размере! И месяц оплачиваемого отпуска! Гуляем!
— Ура-а-а! Лечу на курорт!
— С такой премией я наконец-то покажу своей девчонке, кто тут босс!
— А я спать буду три дня подряд!
Площадка потонула в ликующих криках.
Режиссёр направился к гримёркам Су Синин, Инь Юэ и других артистов. Звёзды уже переоделись в повседневную одежду. Несмотря на смертельную усталость, их лица сияли.
Рейтинг выше семи процентов! Это был прорыв не только для съёмочной группы, но и для каждого из них. Статус артистов взлетал до небес, и их агентства уже вовсю строчили пресс-релизы.
— Спасибо за работу, дорогие артисты! — Режиссёр отвесил им глубокий, почтительный поклон. — Без вас шоу «Бегущие братья» никогда бы не побило рекорд. От лица всей команды — низкий вам поклон!
В 2012 году режиссёры в шоу-бизнесе обладали огромным влиянием. А режиссер такого феноменального суперхита мгновенно становился величиной первого порядка. Пусть он не всегда мог утвердить актера, но перечеркнуть чью-то карьеру ему было вполне по силам.
Артисты спешно закланялись в ответ:
— Что вы, режиссёр, это вам спасибо!
— Да, мы просто греемся в лучах славы проекта!
— У меня число подписчиков выросло на миллионы, это я должна вас благодарить!
Царила атмосфера абсолютной гармонии.
Выждав паузу, режиссёр ровным тоном произнёс:
— Коллеги, остался последний штрих нашего сезона.
Звёзды переглянулись. Ещё один штрих? Какой?
— Каждому из вас нужно прямо сейчас опубликовать на своих страницах в соцсетях одну фразу: «У юности нет цены, а Северный Край лежит у твоих ног!» И прикрепить ваше фото на фоне комплекса «Неспящий Сунцзян».
Артисты из «Сингуан Юэюй» лишь кивнули — для них это было естественной просьбой. Однако актеры из сторонних агентств замялись. Подобная реклама требовала согласования с менеджерами и контрактов.
Но не успел никто вымолвить и слова, как лицо режиссёра стало предельно строгим. Он поджал губы и с глубочайшим почтением произнёс:
— Этот приказ отдал лично председатель Цинь! У кого-то есть возражения?