Глава 833 - Легендарный кадр и десять братьев! Цинь Цзян против Ван Вэя: разгромная победа!
Казалось, само время застыло.
Все присутствующие смотрели на вершину моста, на десять фигур, замерших под огненным небом, и в груди каждого клокотал шок.
Древний город!
Мост!
Фейерверки!
Десять братьев, готовых вместе пройти сквозь огонь и воду!
Легендарная сцена ожила прямо на их глазах!
Хлоп!
Е Цзэ бессильно хлопнул себя ладонью по лбу:
— Ну все, этот гад закрыл гештальт... Пафос просто зашкаливает, чёрт бы его драл...
— Пафос? — удивленно переспросила Юй Мо. — А по-моему, это невероятно вдохновляет! Как главный герой из какого-нибудь эпического сериала...
Е Цзэ скривился.
Главный герой? Цинь Цзян?! Да в каком сериале бандит станет главным героем? Он же вылитый злодей! Вот только этот злодей оказался настолько силен, что напрочь придавил его, главного героя Сунцзяна!
Гу Чуань достала телефон и быстро сделала снимок.
Помощник удивленно взглянул на нее:
— Госпожа Гу, вы...
— А? Да так... Для дедушки... Впрочем, с чего это я отчитываюсь перед мелким клерком?
Помощник мысленно вздохнул: «Терпеть... Я должен терпеть, мне за это деньги платят. Хм, думает, я не вижу, как она на него смотрит? А старик-председатель еще переживал, что у них ничего не выйдет... М-да, любовь — штука слепая».
Как бы люди ни относились к Цинь Цзяну, никто не мог отрицать: момент был поистине великим. Если бы кто-то решил написать книгу о восхождении этого криминального и финансового авторитета Сунцзяна, эта сцена на мосту стала бы ее главной кульминацией!
Бум!
Передние копыта вороного коня Цинь Цзяна с грохотом опустились на камень моста, и он не сдержал громкого, раскатистого смеха:
— Ха-ха-ха!
Чжу Чжэн, Сорок Девятый, Ван Тао и остальные переглянулись и тоже задорно расхохотались:
— Ха-ха!
Цинь Цзян развернул коня:
— Пошли... На смотровую площадку!
— Вперед!
Больше всех экстаз испытывал Мэн Юй. Он орал во все горло:
— И-ха-а-а!
В прошлый раз он упустил кульминационный момент — когда «Хэйлун» переезжала в новое здание и девять братьев стояли на крыше небоскреба. Тогда Мэн Юй был слишком занят организацией, раздавал указания и болтал с гостями, а в итоге остался за кадром. Узнав, что открывается «Неспящий Северный Край», он твердо решил: на этот раз он будет в самом центре! Он отказался от встреч с чиновниками и хвастовства с прохожими, оставшись строго при обязанностях помощника председателя. То есть — не отходя от него ни на шаг!
И его упорство окупилось!
Десять боссов «Хэйлун»! И он — десятый!
«Ха-ха-ха! — ликовал Мэн Юй. — Легендарная сцена! Я попал в кадр! Я заранее приказал людям снимать все на видео и делать фото... Вернусь, выберу самый лучший снимок, вставлю в рамку и повешу прямо над кроватью!»
От этой мысли он еще сильнее вонзил шпоры и заорал:
Тем временем на смотровой площадке бизнес-магнаты долго не могли прийти в себя. Наконец кто-то тихо произнес:
— Какой потрясающий коллектив... Да уж, мир принадлежит молодым. Я... устарел.
— Эх, сбросить бы лет двадцать... Да хоть десять...
Другой старый предприниматель вздохнул:
— Если бы у моего сопляка была хоть треть его хватки... Эх, да ладно! Лишь бы не разбазаривал мое добро и не лез в бизнес — и на том спасибо.
— И то правда! Я тоже не прошу от сына талантов Цинь Цзяна, лишь бы не тупил, когда пытается строить из себя делового...
— А я своему твердил: будь степеннее, учись! А он что? Тольно и знает, что по клубам шляться... Я на него рукой махнул. Умру — наму управляющую компанию, пусть выплачивают ему содержание, лишь бы с голоду не пух.
Остальные боссы с глубоким сочувствием закивали. У каждого из них была одна и та же боль. В молодости они сами были орлами, прошли сквозь огонь и воду, построили империи. Но их наследники... Из десяти мажоров Сунцзяна хорошо если один оказывался путным. Большинство либо пропивали родительские деньги, либо влезали в сомнительные авантюры, либо проигрывались в пух и прах.
Глядя на триумф Цинь Цзяна, эти пожилые бизнесмены испытывали к нему горькую зависть, а при мысли о собственных сыновьях-бездельниках у них закипала желчь.
Многие мысленно дали себе клятву:
«Мать твою! Вернусь домой — устрою этому щенку порку! Пусть посмотрит на людей...»
«Не прошу от него великих дел, но хотя бы десятую долю умений Цинь Цзяна он мог бы перенять?! Неужели моя кровь настолько паршивая?..»
«Ну уж нет, вернусь — первым делом отправлю его на тест ДНК!»
Мажоры Сунцзяна, безмятежно отдыхавшие в этот вечер в ночных клубах, даже не подозревали, что сегодня их ждет самая кошмарная ночь в жизни.
Между тем Ван Вэй, глядя на десятерых юношей, окруженных всеобщим почетом и восхищением, ощутил, как внутри все холодеет.
Состояние?
Капитал Цинь Цзяна в десятки миллиардов оставляет корпорацию «Хувэй» далеко позади. Он уже может тягаться с корпорацией «Линьши»!
Статус?
Цинь Цзян — главный молодой предприниматель Трех Северных Провинций, его влияние в Сунцзяне огромно. Сам Градоначальник приехал на открытие его города! А перед Ван Вэем чиновники даже не удосужились притормозить.
Возраст?
Да, Ван Вэй старше. Но в жестоком мире бизнеса возраст не дает преимуществ — все жаждут молодой энергии!
Здоровье?
Цинь Цзян пышет силой и здоровьем! А Ван Вэй только что выписался из больницы и опирается на костыль.
Наследники?
У Цинь Цзяна пока нет детей, но сможет ли его гипотетический сын быть хуже Ван Сюаня? (Ван Сюань: «Папа, ты че, вообще охренел?!»).
По какому бы пункту Ван Вэй ни сравнивал себя с Цинь Цзяном, вывод напрашивался один.
Цинь Цзян против Ван Вэя — абсолютный разгром!