Глава 644 - Недовольство брата Хуа и его смертельный испуг
— Брат Хуа… — ассистент еле успевал за разгневанным артистом. — Стоит ли брать в голову? Ты же здесь главный мэтр! А они — так, мелюзга с копеечной популярностью. Вот и пытаются выслужиться перед гигантами, чтобы хоть где-то зацепиться…
— А ко мне почему не выслуживаются?! — огрызнулся тот.
— Э-э… ну…
«Потому что твой уровень для них маловата одежка», — подумал ассистент, но вслух, естественно, этого не произнёс.
Брат Хуа, распаляясь всё сильнее, подошёл прямо к режиссёрскому креслу.
Постановщик поднял голову:
— О, учитель Хуа! Отлично, подходи, как раз пересмотрим отснятый дубль. Есть пара мыслей по мимике.
— Режиссёр, я что, один должен смотреть? — с поддёвкой спросил А-Хуа.
Режиссёр нахмурился:
— Что ты имеешь в виду?
— Кино — это коллективный труд! Нельзя всё свешивать на исполнителя главной роли. А у нас первая и вторая актрисы чуть что — испаряются! Как обсуждать правки в сценарии, если их вечно нет на месте?
Режиссёр сразу понял, куда ветер дует.
А брат Хуа продолжал гнуть свою линию, перекладывая конфликт в плоскость уважения к постановщику:
— Режиссёр, при всём уважении, ты слишком попустительствуешь Су Юйнин и Инь Юэ. Снимаются кое-как, в перерывах шастают по чужим съемочным группам, разносят молочный чай, кокетничают со сторонними звёздами… Со стороны посмотреть — так они вообще в чужом проекте работают, а на наш забили!
Это была его коронная тактика. В шоу-бизнесе главное — уметь стравливать нужных людей. Зачем самому марать руки об девчонок, когда можно настроить против них режиссёра?
Исполнитель второй мужской роли, стоявший неподалёку, сочувственно кивнул — он тоже считал поведение актрис слишком развязным.
Оба ждали, что режиссёр вспыхнет от гнева. Но выражение его лица изменилось совсем иначе.
Это был не гнев.
Это была… обречённая беспомощность.
— Режиссёр… ты чего? — осекся А-Хуа.
— Я понимаю твоё недовольство, Хуа, — вздохнул постановщик. — Но на некоторые вещи нужно смотреть глубже.
— В каком смысле?
— Ты не замечал, насколько спешно нас запускали в производство?
— Ну… да, было дело. — А-Хуа вспомнил, как едва успел подписать контракт, и его тут же закинули на площадку в Хэндянь.
— А то, что в сценарии нет НИ ОДНОЙ романтической сцены? Даже банального поцелуя! Для современного телесериала это аномалия.
Брат Хуа замер. Действительно! На дворе 2011 год, китайские сериалы под давлением зарубежного контента стали крайне откровенными. Поцелуи — обязательная программа, а кое-где снимают и посмелее. Их же сценарий был чист, как родниковая вода. Никакой романтики, только сюжет.
Нормально ли это? Абсолютно нет!
Обычно, даже если сценарист пишет вегетарианский текст, режиссёр на площадке сам добавляет пару пикантных сцен для рейтинга. Но здесь постановщик не просто не добавлял романтики, он буквально сдувал пылинки с обеих актрис!
Тут явно кроется какая-то тайна…
Зрачки брата Хуа сузились. Как человек, отдавший киноиндустрии много лет, он мгновенно догадался:
— Инвестор?! Ты хочешь сказать, за ними стоит главный спонсор?! Это опять «проект под девочек»? Вся драма снимается только ради их раскрутки?!
Режиссёр молча и тяжело кивнул.
Брат Хуа потерял дар речи. «Вот оно что…» Теперь понятно, почему режиссёр проглатывает любые их капризы. Спонсор — это святое. Кто платит, тот и заказывает музыку.
Но в груди всё равно закипала гордость:
— Хм! Думают, если за спиной папик с деньгами, так всё позволено? В нашей профессии смотрят на талант и актерское мастерство! На одних бабках далеко не уедешь. С таким отношением к работе они через пару лет вылетят из индустрии со свистом!
Он повернулся ко второму актёру:
— Скажи, разве я не прав?!
Второй актёр отшатнулся: «Брат, ты чего меня в это втягиваешь?! С тобой-то ладно, а мне проблемы с инвестором нафиг не упёрлись!» — и демонстративно замолчал, уставившись в землю.
— Ладно, хватит, — режиссёр поднял руку. — Учитель Хуа, ты можешь выплескивать желчь передо мной, но упаси тебя бог ляпнуть подобное на улице!
— Хм! Я не брызжу желчью, я говорю правду!
— Я тебя не предупреждаю. Я тебя КАПИТАЛЬНО ПРЕДОСТЕРЕГАЮ, — отчеканил режиссёр.
— Ты это о чём? Инвестор хренов… Да пусть он хоть трижды богач, я имею право на собственное мнение!
Режиссёр воровато огляделся по сторонам:
— Заткнись и тише говори!
Увидев, как побледнел постановщик, брат Хуа почувствовал, как к горлу подступает холодок:
— Да что случилось-то?!
— Что случилось?! — прошипел режиссёр. — Ты вообще в курсе, кто тут вокруг работает? Исполнительный директор, замрежиссёра, реквизиторы, администраторы площадки… Восемьдесят процентов съёмочной группы — люди из компании «Сингуан Юэюй»! И Су Юйнин с Инь Юэ — их эксклюзивные артистки!
— И что с того?! — попыталсяхорохориться А-Хуа. — Ну настучат они своему боссу, и что? Забанят меня?! Я, А-Хуа, в этой индустрии не первый день! «Сингуан Юэюй» — мелкая конторка, про которую никто раньше и не слышал, что они мне сделают?!
Он говорил это не из бахвальства — у него был контракт с крупнейшим медиахолдингом, и мелких фирмачек он не боялся. В этот проект он пошёл только потому, что переживал застой в карьере, а сценарий был действительно хорош.
Заблокировать его? У «Сингуан Юэюй» кишка тонка!
— «Сингуан Юэюй» действительно мелковата… — тихо сказал режиссёр. — Вот только над ними стоит материнская структура — корпорация «Хэйлун».
Брат Хуа замер:
— Корпорация «Хэйлун»? Не слышал о такой… Они что, из кинобизнеса?
— Нет. Не из кинобизнеса.
— Ну а чего тогда ссать?! Они что, на бирже торгуются? Крутые олигархи, что ли?
— Какая, к чёрту, биржа?! — не выдержал второй актёр, вклинившись в разговор.
Оба — и режиссёр, и А-Хуа — уставились на него.
— Ты чего орёшь? Знаешь эту контору? — насупился брат Хуа.
Второй актёр кивнул, у него даже губы слегка задрожали:
— Знаю… Я сам родом с Севера.
— И что, они там знамениты?
— Не то слово, — второй актёр огляделся по сторонам и понизил голос до шепота. — Корпорация «Хэйлун» — это абсолютный монстр северных провинций. Ей от силы пару лет, а оценках уже идет на миллиарды. У них сети общепита, ночные рынки, коммерческая недвижимость, медиа… Но самое главное — это не просто бизнес.
Брат Хуа нахмурился.
— «Хэйлун» — это синдикат, — выдохнул второй актёр. — Председатель холдинга, Цинь Цзянь, носит прозвище Северный Хэйлун, или Тонущий Дракон. Он — крупнейший криминальный авторитет всего Севера! Считается, что тех, кто перешёл ему дорогу и отправился на дно реки, уже никто не сосчитает. Он невероятно лют!
Слушая пересказ легенд о сунцзянском Драконе, брат Хуа и режиссёр сидели с открытыми ртами.
— Этот Цинь Цзянь… настолько отмороженный? — сглотнул А-Хуа. — Ему же едва за двадцать… Постой!
Он вдруг вскинул глаза на режиссёра и указал пальцем в сторону, куда ушли Су Юйнин и Инь Юэ.
Режиссёр молча и мрачно кивнул.
Брат Хуа: (屮゜Д゜)屮