Глава 629 - Первые успехи и догадки со стороны
Ли Чэн действительно являлся одним из самых упорных поклонников Гу Ччуань.
В шестнадцать лет он окончил Университет Цинхуа, в двадцать три получил докторскую степень и улетел в Нью-Йорк, где мгновенно сделал карьеру в крупном инвестиционном банке на Уолл-стрит. Успешный, амбициозный, он уже через пару лет возглавил собственный венчурный фонд.
А затем... на одном из благотворительных вечеров он увидел Гу Ччуань.
И понеслась классическая история: любовь с первого взгляда, пылкие ухаживания и... холодное, ледяное безразличие со стороны девушки.
Но Ли Чэн не привык отступать. Он бросил престижную работу в Штатах, прилетел в Гонконг и устроился в корпорацию «Гу». Узнав, что у Гу Ччуань возникли трения с каким-то материковым нуворишем, он лично вызвался возглавить экспансию. Ли Чэн намеревался доказать ей, кто на самом деле является умом и цветом нации.
«Гу Ччуань... я заставлю тебя смотреть на меня с уважением...»
Тем временем топ-менеджеры «Байвэй» послушно кивали:
— Хорошо, мы немедленно свяжемся с продюсерами и выберем самых популярных артистов...
— Экспансию не останавливаем. Завтра же выезжаем на проверку новых площадок.
— Насчёт Новогоднего фешн-шоу будет сложно. По моим каналам прошла информация, что там выкупает рекламное время гигант «Маотай»...
Ли Чэн кивнул:
— Толкаться локтями с «Маотай» пока бессмысленно. Сделайте упор на амбассадоров. И придумайте вирусный рекламный слоган.
Приняв «Байвэй», он досконально изучил взлёт обеих марок корпорации «Хэйлун». И пришёл к выводу, что ключевую роль сыграли два коротких, но въедливых слогана:
«Всё в порядке? Если всё в порядке — пей „Сюэе Бинчэн“!»
«Не каждый молочный чай имеет право называться „Баван“!»
Эти фразы обладали почти гипнотическим эффектом, вбиваясь в память клиентов намертво.
— Без проблем, — уверенно отозвались менеджеры. — Наши маркетологи выдадут слоган не хуже.
В отличие от них, Ли Чэн понимал, как сложно создать настоящий вирусный слоган. В Гарварде о таких кейсах пишут учебники.
— Назначьте премию, — распорядился он. — Триста тысяч юаней и повышение тому, чья фраза пойдёт в эфир.
— Есть!
Пока топ-менеджеры предвкушали делёж будущих бонусов, Ян Хуэй молча сидела в углу. Бывших амбиций у нее не осталось. Её единственной целью было дождаться окончания двухлетнего контракта, продать свою долю за пару сотен миллионов юаней и уйти на покой.
Пусть делают с «Байвэй» что хотят!
Она прекрасно понимала: без денег семьи Гу и без мозгов Ли Чэня её компания давно загнулась бы. Попытайся она качать права — её просто выбросят на улицу без гроша. Лучше сидеть тихо и ждать своего часа...
...
Вилла семьи Гу.
Старик Гу задумчиво разглядывал финансовый отчёт:
— Открыть свыше четырехсот точек за один приход... Мощный ход. И выручка, судя по цифрам, весьма достойная. Но тянуть столько времени, чтобы потом выдать всего четыре сотни павильонов... Для такого огромного рынка это выглядит как-то мелко. Масштаба не хватает. Ччуань, ты что думаешь?
Гу Ччуань ровно произнесла:
— Все свободные средства «Хэйлун» сейчас сожрала стройка в «Северном Краю». На этой гигантской площадке ежедневно сгорают астрономические суммы. Даже если Цинь Цзян взял в банке кредит больше чем на миллиард, у него всё равно жуткий дефицит наличности. Он просто физически не способен одновременно развернуть агрессивную экспансию по всей стране.
— Хочешь сказать, он пустил операционную прибыль чайного подразделения на открытие новых точек? — уточнял дед.
— Имена так. Строительство города для него сейчас в приоритете.
Ни тот, ни другая даже не допустили мысли о франчайзинге . В Китае 2011 года франшизная модель была редким зверем. Сумасшедшие паушальные взносы в двести-триста тысяч юаней отпугивали мелких предпринимателей, а крупные бренды предпочитали исключительно прямые инвестиции и собственные филиалы. Франшиза считалась уделом бедных и отчаявшихся.
Если бы они узнали истинную правду, их удивления не было бы предела.
Гу Ччуань перевела тему:
— Дедушка, ты понял, что за город он строит?
Старик Гу нахмурился. Судьба четырёхсот чайных лавок его волновала мало. Он верил в интеллект Ли Чэня и в мощь своих капиталов. Но вот стройка в Сунцзяне...
«Северный Край»!
Сейчас весь Сунцзян гудел об одном: Цинь Цзян возводит настоящий город. И хотя готовы были лишь первые улицы, контуры поражали размахом.
— Город... — пробормотал старик Гу. — Что он задумал? Хочет сделать туристический этно-центр? Но Сунцзяну далеко до живописных пейзажей Юга. Обычными декорациями туриста сюда не заманишь...
— Что-то тематическое... — задумчиво проговорила Гу Ччуань.
Они оба погрузились в молчание. И дело было не в недостатке ума — просто в тогдашнем Китае ещё не существовало концепции «Неспящего Города». А Цинь Цзян строил не просто развлекательный центр, а гибрид исторической реконструкции, ночной торговли и иммерсивного шоу.
И пока крупные магнаты пытались разгадать секрет стройки, отправляя шпионов к заборам «Северного Края», на рынке молочного чая готов был рвануть мощнейший информационный фугас...