Глава 603 - Пыль улеглась, и поползли безумные слухи
Впрочем, так казалось не только этой троице.
Даже А-Цзай и старейшины синдиката, прекрасно понимавшие, что полиция действует строго в рамках закона и на основании железных улик, ощущали, будто над их головами разверзлась тьма.
В их искаженном понимании, кабы не Цинь Цзян, какой-то вшивый капитан Бай Мэн никогда бы не смог под корень уничтожить могущественный «Лунфэй». Ведь у синдиката тоже имелись влиятельные покровители в высоких кабинетах!
Они искренне полагали, будто бойцы Цинь Цзяня оказались попросту свирепее, а их самих покровители сдали, как отработанный шлак. Разумеется, арестованные бандиты понятия не имели, что их прежняя крыша сейчас в панике пакует чемоданы, готовясь уносить ноги из страны. «Лунфэй» уже давно находился в разработке у спецслужб, и силовикам не хватало лишь официального, неопровержимого повода для ликвидации.
Если уж осведомлённые участники событий строили подобные иллюзии, то что говорить о сторонних криминальных боссах? Те беспрестанно сглатывали сухую слюну, окончательно подавленные аурой Цинь Цзяня.
В этот миг, глядя на Цинь Цзяня, восседающего в чреве роскошного лимузина, они видели перед собой не просто человека. Он казался им древним исполином, чья вершина терялась в облаках, или бездонным океаном, чьих глубин не дано постичь смертным.
Рёв моторов!
Тяжёлый гул!
С сотни автомобилей одновременно сорвались с места и устремились прочь.
С момента прибытия армады «Хэйлун» до её отбытия не прошло и часа.
И за этот единственный час…
Синдикат «Лунфэй»!
Гигантская криминальная империя, безраздельно царившая в Сунцзяне на протяжении двух десятилетий… рухнула в мгновение ока, превратившись в пыль под ногами Цинь Цзяня!
Этот день навсегда впечатался в память города как подтверждение древней истины:
[Из вод реки восстал Чёрный Дракон]
…
Бай Мэн молча провожал взглядом удаляющуюся колонну «Хэйлун». Верхушка «Лунфэй» во главе с А-Цзаем уже сидела в автозаках, а криминалисты завершали работу над трупом Дяди Луна, огородив место его падения сигнальными лентами.
Уф-ф-ф…
Капитан тяжело, от душной усталости перевел дух.
Эта безумная гонка наконец завершилась. С момента похищения Цинь Цин прошлым вечером прошло около двадцати часов, за которые Бай Мэн ни разу не смыкал глаз. Двадцать часов — много ли это? Для простого обывателя — пустяк. Для человека его профессии — обычные будни. Но за эти сутки произошло столько событий, сколько иной не видит и за всю жизнь:
Поиски улик, тотальная блокада Сунцзяна!
Новость о том, что Цинь Цзян улетел на вертолете, и спешная переброска самого Бай Мэна в деревню Шаншань для координации!
Арест всей деревни, спасение десятков проданных в рабство женщин! Когда он уже собрался проводит допросы, пришло известие, что Цинь Цзян нашел организатора в Сунцзяне и накопал убойный компромат на «Лунфэй».
Снова вертолёт, бешеный перелёт обратно и штурм штаб-квартиры синдиката!
А посреди всего этого — самоубийственный прыжок Дяди Луна из окна, который Бай Мэн не успел предотвратить, что разозлило его до скрежета зубовного.
Едва он спустился описать труп, как прямо у него на глазах развернулась невероятная, кровавая бойня между лучшими костоломами города!
События наматывались одно на другое с пугающей скоростью, отчего даже двадцати четырёх часов в сутках Бай Мэну показалось мало.
— Кабы про эти сутки решили написать роман, вышло бы глав пятьдесят, не меньше, — пробормотал капитан, вытирая пот со лба. — Чувствую себя так, будто отпахал без продыху целый месяц! Впрочем… Слава богу, всё кончено. Пусть смерть Дяди Луна стала неожиданностью, в целом операция прошла безупречно.
Капитан качнул головой, отгоняя лишние мысли, и решительно махнул рукой:
— По коням! Отбываем!
Дзынь! Хлоп!
Десяток полицейских машин с включёнными проблесковыми маячками покинули площадь перед высоткой «Лунфэй».
На некогда шумной улице стало непривычно тихо. Остались лишь роскошные иномарки местных авторитетов да редкие глазеющие прохожие. Они с трепетом взирали на опечатанный особняк и желтые ленты на месте падения Дяди Луна.
Кто мог вообразить, что час назад процветавший синдикат сгинет так безславно?
Один из криминальных боссов глубоко вздохнул и произнес с невольным уважением:
— Стремительный взлет Цинь Цзяня уже не остановить. В нашей северной провинции не осталось силы, способной встать у него на пути. Даже «Хувэй» спекся. Посмотрим, есть ли еще тузы в рукаве у семьи Линь… Впрочем, меня это не касается.
Он повернулся к стоящему за спиной помощнику и чеканно произнес:
— Передай мой приказ: отныне при любой встрече с людьми «Хэйлун» — уступать дорогу. Без разборок и без условий. Запомни: ЧТО БЫ НИ СЛУЧИЛОСЬ, мы отступаем!
— А… Понял, босс! — с нервным смешком отозвался подручный.
«Тоже мне, открыл Америку! — подумал про себя шестёрка. — Будто без твоих указок не понятно! В Сунцзяне и без трагедии «Лунфэй» никто в здравом уме не рисковал переходить дорогу Цинь Цзяню. Мы, мелюзга, давно обходим «Хэйлун» за три версты. Стал бы я на рожон лезть, ага! Жизнь-то одна! Вон, даже среди лунфэевских пацанов дураков не нашлось — один А-Цзай возомнил себя самым умным. Потому-то люди «Хэйлун» и взяли здание так легко, легче любой полиции. Попадёшься легавым — отсидишь срок и выйдешь. А вот если взбесишь Цинь Цзяня — отправят кормить рыб на дно реки!»
— Поехали, — махнул рукой босс.
Остальные авторитеты тоже не стали задерживаться. Разъезжаясь, каждый дал своим подчинённым аналогичное указание: ни при каких обстоятельствах не задевать «Хэйлун»! Выглядело это трусливо, но быть живым трусом куча приятнее, чем мертвым храбрецом.
Вскоре рассосалась и толпа любопытных. И вместе с ними по Сунцзяну с невероятной скоростью понеслись самые дикие, фантастические слухи:
Одни шептались, будто похищение сестры было спланировано лично Дядей Луном, и Цинь Цзян в ярости пришел к нему в офис и лично сбросил того с верхнего этажа…
Другие утверждали, будто Дядя Лун не проявил к Цинь Цзяню должного уважения, за что тот уничтожил весь «Лунфэй», а самого старика выбросил в окно…
Третьи со знанием дела божились, будто Цинь Цзян взглянул на Дядю Луна таким страшным взглядом, что тот от ужаса сам выгнулся и сиганул вниз…
Народное творчество не знало границ! Слухи не просто росли — они превращались в эпос!
— Мать моя роилась! — захлебывался от восторга Гу Сяодун в своей машине. — Не зря приехали! Какая драма! Нет, я должен ехать за ними, хочу увидеть продолжение!
С этими словами он крутанул руль, намереваясь пристроиться к хвосту кортежа Цинь Цзяня.
Хлоп!
Гу Чуань от души отвесила брату звонкий подзатыльник.
Гу Сяодун обиженно перекосился:
— Сестра! Ты-то за что драться лезешь?! Что я опять сделал не так?!
— Ты куда навострился, идиот? — строго спросила Гу Чуань.
— Как куда?! За Цинь Цзянем! Хочу посмотреть, кого он еще разносить пойдет! Это же чистый кайф! Сначала «Хувэй» раскатал, потом «Лунфэй» уничтожил, а уж этот «полёт каскадера»… А драка?! Ты видела эту драку?! У меня до сих пор кровь в жилах бурлит! Сестра, может, мне тоже податься в боевые искусства? Объявляю себя мастером Юнчунь — Гу Сяодуном!
С этими словами он забавно встал в классическую стойку стиля Юнчунь.
Гу Чуань отвесила ему второй подзатыльник:
— Какое тебе кунг-фу, недоумок?! Домой! Дедушка устал!
— Ну давайте хоть капельку проследим? — канючил Гу Сяодун.
— На что там смотреть? — отрезала Гу Чуань. — Занавес опустился. На сегодня «Хэйлун» закончил, никаких зрелищ больше не будет.
— Правда? Что-то я не верю!
— Я считаю до трех! — чеканно произнесла Гу Чуань.
— Понял, едем домой! — моментально сдулся младший брат.
В элитном минивэне Инь Юэ с трепетом обратилась к Су Юйнин:
— Так вот он какой… настоящий криминальный мир? Вот каково это — изнанка реальности? Страшно-то как… Мне кажется, эти монстры могут убить меня одним щелчком пальцев. Они правда владеют ушу? Лао Ван… скажи, вы, люди из мира боевых искусств, действительно все такие страшные? Ты тоже так умеешь?
Водитель и по совместительству телохранитель Лао Ван криво ухмыльнулся:
— Куда мне! Вы, барышня, меня в эти байки не впутывайте. С такими монстрами мне делать нечего — они и меня с одного удара в землю вколотят.